Муж любовницы моего мужа (СИ)

— Но ты спрашивала про конкретного мужика? — не отставал Димка.
Я потупила глаза, чувствуя, что меня загнали в угол. Я не знала, что ответить мужу.
— Это Кира Ярцев, да? — напрямик спросил Димка.
«Кира»?! Чем они там занимались, что мой муж так фамильярно называл Кирилла Олеговича?
Я промолчала, разглядывая пушистые помпоны на своих тапочках. Не ответила ни да, ни нет.
— Послушай, Маша, что бы он тебе ни говорил, что бы ни предлагал — не соглашайся! Он опасный человек. Он разобьёт тебе сердце и разрушит твою жизнь.
— Ты-то откуда знаешь?! — вскинулась я.
Сама не ожидала, что брошусь на защиту Ярцева. Но что-то внутри меня подталкивало возражать мужу.
— Поверь, я знаю больше тебя! Не доверяй ему. Не ведись на его харизму, — увещевал Димка.
— Я не ведусь.
— Вот и хорошо. Если он хоть пальцем к тебе прикоснётся, я урою этого мудака.
За окном зашуршал гравий под колесами машины. Приехало такси. Димка чмокнул меня в щёку и вышел из дома. Я окончательно перестала что-либо понимать.
  
4. Выбор Кирилла
 
Мой муж явно невзлюбил Кирилла Ярцева. Но за что? Я бы поняла, если бы негатив проявлял Кирилл: «Ты переспал с моей любимой женщиной, и я тебя возненавидел!». Тут всё логично. А наоборот — нет. Кирилл-то ничего плохого Димке не сделал.
Или сделал?
Как я ни крутила эту мысль в голове, вывод напрашивался один: Димка безумно ревновал Зою к мужу. Видимо, знал, что она никогда не разведётся с Кириллом, и бесился от ревности. При этом убеждал меня, что между нами всё хорошо, и его отношение ко мне не изменилось. Да, он не сказал «я тебя люблю», но его слова звучали оптимистично. У него какие-то личные проблемы, но ничего страшного, он с ними разберётся, и мы будем жить по-прежнему. Ходить на работу, копить на дом, ездить по выходным в кино и заниматься сексом раз в неделю. А ещё он будет тосковать по Зое…
Перед домом снова затормозила машина — большая и чёрная, как у Кирилла. Накинув куртку и всунув голые ноги в резиновые сапоги, я выскочила во двор. Точно! Это была его машина! Из неё вышел телохранитель Виктор с гигантским букетом белых роз.
— Вы Мария Истомина? — спросил он так, словно мы не встречались каждый месяц в салоне «Натали».
Или раньше он не знал моего имени?
— Да, это я.
— Кирилл Олегович просил вам передать, — он протянул мне букет.
— А где он сам?
— На конюшне, — Виктор дёрнул квадратной челюстью в сторону «Ярцевских конюшен».
Видимо, после стрижки Кирилл заехал к жене. Может, и в аэропорт её отвезёт.
Розы были такими тяжёлыми, что мне пришлось прижать их к груди. Виктор сел в лимузин и уехал. Между бутонами торчала карточка с надписью от руки: «Маша, спасибо за всё». За что «за всё»? За новую стрижку, которая шла ему больше старой, или за то, что я разрешила себя поцеловать?
Вернувшись домой, я нашла чистое ведро и поставила туда цветы, а записку скомкала и выбросила.
Что он делал? Он соблазнял меня — сознательно и технично. А я плыла от его взглядов, рук и губ. От того, что он не скрывал свой красноречивый стояк под тонкой тканью костюмных брюк. Оказалось, что я соскучилась по этому ощущению, — что тебя хотят и будут добиваться любой ценой, даже после отказа. Упорные мужчины вызывали у меня восхищение и уважение — при условии, что они тоже мне нравились.
Кирилл мне нравился.
К чему лукавить?
Я его хотела, как давно никого не хотела. Моё тело, изголодавшееся по ласке, реагировало со страстью, о которой я и не подозревала. Как странно испытывать настолько сильное желание, не испытывая к человеку любви. Димку я любила и отдалась ему по любви, а больше у меня никого и не было. Я мало что знала о сексе и мужчинах. Я даже о любви мало что знала.
— Чё за цветочный склад? — спросила Наталья Петровна, заходя в дом. — Чё он натворил, что притащил такой здоровый веник?
— Кто?
— Сынуля мой.
— Это не Дима, — ответила я, — это Кирилл Олегович.
— Ярцев? — удивилась свекровь. — С чего такая щедрость? Деньги некуда девать? Лучше бы бутылку коньяка подарил. У меня в магазине большой выбор — и кизлярский, и армянский, и молдавский. И уж подешевле этого бесполезного веника.
 
— Ваш Гена любит коньяк? — вырвалось у меня.
Она уставилась на меня тяжёлым взглядом:
— Больно дерзкая ты стала. Ужин приготовила?
— Дима уехал в командировку, — сообщила я.
— И чё? Готовить не надо? Пусть семья голодает?
Сцепив зубы, я полезла в холодильник за курицей. Пока мы жили в доме свекрови, приходилось подчиняться её правилам. А главное правило гласило: в этом доме готовит невестка. Жаль, что я не любила готовить.
Спалось плохо. Крутилась с боку на бок, переворачивала подушку на прохладную сторону. Цветы я поставила около кровати, и всю ночь до меня доносился тонкий аромат роз. Думала о том, что Кирилл точно так же спит в пустой постели, Зоя-то уехала. А вот Зоя и Дима могли спать вместе. Хотелось верить, что Зоя ему откажет, но в том, что Дима попытается раскрутить её на секс, я не сомневалась. В конце концов он тоже изголодался по ласке. Он ведь молодой парень, четыре месяца без секса — это долго.
Мысль о Димке и Зое причиняла мне боль.
Возможно, надо было откровенно поговорить с мужем. Сказать ему, что я всё знаю, — о его чувствах к Зое, о том, что у них был секс втроём, о том, что постельный эксперимент Ярцевых оказался слишком жестоким. Было бы правильней всё обсудить с Димкой, а не притворяться слепой и наивной жёнушкой. Мы же семья, мы любим друг друга.
Любили когда-то раньше.
Но теперь я не доверяла мужу. Я до обморока боялась поднимать эту тему. Вдруг Дима обрадуется, что его тайна раскрылась, и предложит расстаться? Вдруг своим признанием я подтолкну его к разводу? Сложно заговорить о разводе с ничего не подозревающей женой, а с той, которая сама разнюхала подробности личной жизни мужа, — легко. «Ну, раз ты всё знаешь, то давай поживём отдельно», — вот что я боялась услышать. Я надеялась, что страусиная политика принесёт свои плоды: Димка перебесится, поняв, что с Зоей ему ничего не светит, семейный секс наладится, и мы заживём лучше прежнего.
Я просто хотела вернуть свою прежнюю жизнь.
Больше ничего.
В час ночи пришло сообщение от Димы: «Я заселился в домик, всё в порядке, связь тут плохая, позвонить не могу. Не переживай, всё будет хорошо». Немного успокоенная, я заснула.
Назавтра зарядил дождь, подул резкий ветер. Пришли две клиентки по записи, а после них я осталась одна. Убралась, села в кресло, достала телефон и уткнулась в соцсети. Часа в четыре к салону подъехала машина. Я выглянула в окно и с удивлением увидела, что это машина Зои. А я думала, она в Ростовской области!
Зоя вышла из автомобиля и стремительно пересекла крыльцо. Хлопнула дверью и смахнула дождевые капли со своего рыжего ёжика:
— Ну и холодрыга на улице! — с чувством сказала она. — Устала как собака! Ты голодная? Давай съездим в суши-бар. Любишь роллы?
Я остолбенела:
— А почему ты здесь? Я думала, ты поехала с Димой в командировку.
— Это он так сказал?
— Да.
— Наверное, перепутал что-то, — отмахнулась Зоя. — Зачем я ему нужна? Он прекрасно справится и без меня. Я летом туда ездила, посмотрела на жеребцов и выбрала парочку перспективных. Осталось проверить их здоровье и привезти в Мухобор самого лучшего. Жду не дождусь моего красавчика!
— Вот как…
Может, и правда перепутал, но, скорее всего, принял желаемое за действительное. По умолчанию решил, что Зоя поедет с ним. Его просто зациклило на этой женщине.
— Маша, — Зоя шагнула ко мне и подняла мой подбородок наманикюренным пальцем. Дождалась, пока я не посмотрю ей в глаза. — Маша, мои отношения с твоим мужем чисто деловые. Мы больше не будем встречаться в нерабочей обстановке. Я понимаю, что это может дать ему ложную надежду, а тебе причинит боль. Я не идиотка. Если я сказала, что между нами всё кончено, — значит, кончено. Я его начальница, а он мой сотрудник. На этом всё. Ты мне веришь?