Моя мачеха - землянка (СИ)

— Кровь дракона может исцелить только другого дракона. Магия первого должна быть сильнее, чем у второго, иначе ничего не выйдет. Это понятно?
— Ясно. Кровь Айка тебя не спасёт, — буркнула я. — Но при чём тут кассади? Я точно слабее вас обоих, поэтому кровь меня вылечила. Выжгла яд и…
— Роза, — мягко перебил он, и я осеклась. Моё имя в устах мужчины прозвучало так нежно и притягательно, что по коже побежали мурашки. — Это значит, что магия к магии. Иначе зачем были бы нужны целители? Простых людей кровь иха убьёт быстрее любого яда.
Я похолодела, осознав, какой опасности подвергала себя неосознанно. И как самонадеянно решила, что спасу Доминика. Что, если я ошибалась? Сжала губы. Нет. Я не должна сомневаться! Барсилий тому доказательство. Капля драконьей крови — последний шанс выжить для моего мальчика.
— Прости, — заметив, как изменилось выражение моего лица, вздохнул иха и покачал головой. — Вчера я думал о…
Он царапнул взглядом мою шею, и я невольно дотронулась до места, где должна быть метка. По лицу мужчины пробежала тень.
— То есть, я не думал, — поправился он, — что это тебе неизвестно. На Луниане это знает каждый, но я порой забываю, что ты из другого мира.
Повисла напряжённая тишина. И тут меня пронзила догадка.
— Ты снова подозреваешь меня? — потрясённо ахнула я. — Думаешь, я приняла противоядие и заманила твоего сына в ловушку? Да я вообще не знала, куда еду! Спроси своего друга, которого приставил ко мне. Эронд пообещал мне прогулку, сказал, что будет сопровождать меня, а сам исчез. Ох! Будь я злодейкой, разве отправила бы Айка за помощью, а сама осталась работать мишенью? Ты действительно веришь в это?!
— Не верю, — тихо рассмеялся он, и у меня сердце пропустило удар.
Иха и так невероятно притягателен, а когда лицо его преобразилось в искреннем веселье, то привлекательность приобрела опасную степень концентрации. Ради женского спокойствия этому человеку надо официально запретить улыбаться!
Я с трудом оторвала взгляд от его чувственных губ и отвернулась с наигранной обидой.
— Кстати, моего кота, в котором нет ни грамма пресловутой магии, кровь дракона не убила, — отстранённо заметила я. — Хотя иногда я об этом жалею. Например, когда эта хвостатая животина затягивает меня в неприятности.
— Барсилий принимал кровь иха? — Тон Такета стал тревожно-серьёзным. — Должно быть, у жителей вашей планеты невосприимчивость к магии… Это объясняет, почему ты выжила после Брачной Печати.
— Вот! — довольная, подвела я итог. — Говорю же, меня исцелила твоя кровь.
Захотелось улыбнуться, но я сдержалась. Стоило не радоваться тому, что Такет больше не подозревает меня, а подумать над очередным покушением на мою жизнь. Очень ловко всё было подстроено. И опять-таки, было непонятно, кого подозревать. Вспомнилось письмо от Кнэссэ. Её работа? Или это Луин?
— Интересно, — пробормотала я, — насколько быстро должен был подействовать яд?
— Мы бы уже не разговаривали, — вздохнул иха и обжёг меня странным взглядом.
— Если бы ты не вернулся, так точно, — невесело усмехнулась я.
— Больше я тебя не оставлю, — с неожиданной торжественностью пообещал Такет.
Стало жарко. Обмахиваясь ладонью, я поспешила перевести тему:
— А эти стрелы? Где их можно купить?
— Отравленные болты не редкость, а вот отлетающее древко — другое дело. Приобрести подобное оружие, в отличие от яда, непросто. Для изготовления нужна магия.
— Которой даже на Луниане обладают немногие, — задумчиво подытожила я. — Луину вряд ли такое под силу. Кнэссэ не позволила бы мне умереть тихо и безболезненно. Выходит, на этот раз таинственный злодей решил действовать сам.
Спина похолодела при мысли, что в эту минуту всё было бы кончено. Контейнеры продолжили бы стоять в комнате, а Доминик ждать на Земле. Смерти… Потому что некому было бы передать лекарство.
— Ничего не бойся. — Такет накрыл мою ладонь своей, и от простого прикосновения будто током прошибло. — С этого дня я рядом и сумею тебя защитить. А ты постарайся узнать похитителя на балу.
 
Я растерянно моргнула, приходя в себя, а потом растянула губы в натужной улыбке.
— Ах да… Бал!
Конечно. Ради этого дня и затевалась эта свадьба. Я деловито продолжила:
— Не волнуйся. Теперь-то я знаю, что делать. И не допущу ошибки, как на королевском завтраке. Оттопчу всем отважным кавалерам ноги, но найду того гада, что пытался забрать Айканара!
Такет коротко усмехнулся моей решительности, а я, прижимая одеяло к груди, немножечко приподнялась и, прислушиваясь к себе, уточнила:
— Кстати, а что с моей раной? Судя по повязке, она всё ещё кровит, но я чувствую себя прекрасно. Когда можно будет подниматься?
— Хоть сейчас. — Иха наконец отпустил мою руку и встал.
Я покосилась на платье, разложенное на другой стороне кровати, и попросила:
— Тогда… Отвернись, пожалуйста.
— Зачем? — выгнул он белоснежную бровь.
Мне в лицо бросилась краска, и я мысленно прокляла свою белую и предательски краснеющую кожу. Пожала плечами и отвела взгляд:
— Я намерена одеться. Ты же не собираешься смотреть?
Вот так. Верно. Наш брак фиктивный. Этот невероятно красивый и чудовищно чужой мужчина не соблазнится такой обыкновенной женщиной, как я. Наверняка он не обратил внимания на то, что на миг я предстала перед ним полуобнажённой.
Или не на миг?
Ох, а кто меня перевязывал? Не Луин же? Бр-р! Так, не стоит думать о плохом. О том, что иха добровольно заботился обо мне, тоже лучше забыть. Надо сосредоточиться на подготовке к балу. Переговорить с Кристофой, вызнать у дамы всё возможное и составить план. Конечно, забот предстоит немало…
— Уверена, что хочешь именно этого? — прервал Такет мои мысли. Я растерянно моргнула, и он наклонил голову набок. — Думал, воспользуешься ситуацией и попытаешься получить… Какое же слово там было?
Прищурился и сказал, будто выстрелил:
— Семенная жидкость.
Кровь снова бросилась мне в лицо. Но теперь я покраснела целиком, до кончиков волос. И, кажется, даже задымилась. Такого стыда мне никогда не приходилось испытывать. А иха продолжал, будто не замечая моего состояния:
— Моя кровь у тебя уже есть. Но, как я понял, этого мало.
Тут все сомнения рухнули, а сердце провалилось в желудок. Такету всё известно. Хуже того, он считает, что я действительно собиралась его соблазнить, выполняя поручение мистера Ховарда.
Надо было воспользоваться моментом и рассказать свою историю. Чтобы иха услышал её сейчас, а не строил предположения из того, что я пролепетала в горячечном бреду. Вспоминая сны, которые меня мучили, я даже предположить боялась, что он подумал.
Но, как назло, язык будто прилип к нёбу, а в голове стало так пусто, словно я разом позабыла все слова. Остался лишь взгляд тёмно-зелёных глаз, приковывающий меня к месту и мешающий дышать. А ещё стук сердца. Слишком частый. Очень сильный.
Я боялась пошевелиться. Казалось, прошла вечность, а может, пролетел лишь миг.
— Видимо, я ошибался, — разорвал тишину Такет.
Невероятным усилием я заставила себя преодолеть странное оцепенение и медленно, будто каждый мускул в шее вспоминал, как это делается, кивнула.
Лицо иха оставалось бесстрастным, и было непонятно, понравился мужчине мой ответ или же нет. Такет неторопливо направился к выходу, но у самой двери замер и повернул голову так, что стал виден его идеальный профиль.
— На столике шкатулка. Мой подарок тебе.
— Подарок? — сипло уточнила я. — За что? Очередное спасение Айка?
— Надень, — коротко приказал иха прежде, чем исчезнуть за дверью.
Первым делом я откинула одеяло и при виде нижней юбки едва не рассмеялась от облегчения. Не всё так ужасно, как успела себе придумать.
Затем оделась так быстро, что — клянусь! — мне бы позавидовали пожарные. Сомневаюсь, что даже эти бравые ребята справились бы с сотней крючочков быстрее, чем я. Третье — я оказалась у столика, на котором стояла небольшая шкатулка из неизвестного материала. На вид он был похож на яркий разноцветный перламутр, но на ощупь оказался тёплым и шершавым, будто дерево.