Хрустальная бухта (ЛП)

Он сомневался, что когда-нибудь сможет забыть, как увидел тонущую Джастину; ее лицо было серым, таким, будто она была на полпути к смерти. Он сделал бы все что угодно ради нее, рискнул бы всем. Он отдал бы ей свою жизнь, отдал бы ей всю свою кровь, если бы это спасло ее. И, безусловно, самопожертвование – новое для него чувство.
Но самое странное – Джейсон и не пытался искать выгоду. И не хотел. Чувство, испытываемое к Джастине, не оставляло ему выбора. Слишком рано для любви. Но время уже не имело значения.
Все его прошлые отношения заканчивались, когда становились неудобными. Или надоедали. И каждый раз Джейсон с высокомерным убеждением полагал, что любовь никогда не сможет изменить его, тем более к лучшему.
Каким же идиотом он был.
Теперь он знал: если этому не будет конца, значит, это любовь. Такое же неизбежное чувство, как сила притяжения. Любовь – это падение в пропасть; и единственный способ избежать боли – продолжать падать.
Когда Джейсон поднялся на верхнюю ступеньку, он постарался не задеть маленький колокол, установленный на двери в качестве звонка, и вошел в дом. Он снял свою куртку, повесил на вешалке у входа, а потом разулся – его ботинки были мокрыми насквозь. Его футболка была холодной и влажной. Его шорты успели высохнуть, но он все равно чувствовал себя в них некомфортно. Дом затопил аромат испеченного хлеба, и рот Джейсона тут же наполнился слюной. Он умирал от голода.
– Мистер Блэк. – Ему навстречу вышла Сейдж с охапкой белых полотенец. – Вот, возьмите.
– Спасибо. Пожалуйста, зовите меня Джейсон. – Он взял полотенце и начал вытирать им волосы и шею. – Как Джастина?
– Она спит. Розмари рядом с ней.
– Может, мне стоит зайти к ней, – сказал Джейсон, стараясь побороть сдавливающее чувство в груди, будто сердце оплетают стальные обручи. Беспокойство. Еще одно новое для него чувство.
– Джастина – здоровая молодая женщина, – ответила мягко Сейдж. – Немного отдыха, и она вернется к своей привычной жизни. – Она задержала на нем взгляд, будто что-то в его лице удивило ее. – Ты сегодня поступил очень смело. Я понимаю, что значит для мужчины в твоем положении такой риск.
Мужчины в твоем положении? Джейсон пристально на нее посмотрел, пытаясь понять, что именно она имела в виду.
– Позволь показать тебе гостевую ванную, – сказала Сейдж. – Ты сможешь принять горячий душ и переодеться в сухую одежду.
Он поморщился.
– К сожалению, у меня нет с собой запасной футболки или…
– Не беспокойся, милый мальчик. Я принесла тебе некоторые вещи, которые принадлежали моему покойному мужу. Он был бы рад, если бы они оказались полезными кому-нибудь.
– Я бы не хотел… – начал Джейсон, чувствуя, что ему совсем не хочется надевать чужие вещи, тем более принадлежавшие мертвому мужчине, но его внимание переключилось на слово «мужу». – Вы были замужем?
– Да. Нил был хранителем маяка. После того как он ушел, его должность заняла я. Я провожу тебя в гостевую комнату. Мы пройдем длинным путем, так что ты сможешь осмотреть дом.
– А маяк сейчас не работает?
– Нет, еще с начала семидесятых. Береговая охрана продала мне его за смешную сумму. И взамен того что я содержу его в порядке, меня наградили пожизненной пенсией от частного фонда охраны исторических памятников. Тебе обязательно надо подняться наверх, к самой лампе Френеля. Она сделана из французского хрусталя. Очень красивая вещь, в стиле «ар деко».
Стены всех комнат различались лишь оттенками синего: голубой, бирюзовый, цвет морской волны, лазурный. Мебель была резной и удобной. Главная комната выходила на кухню и в комнату меньшего размера.
– Мы ее называем комнатой хранения, – сказала Сейдж. – Чаще всего тут хранятся разные безделушки, сделанные своими руками, но когда у нас есть гости – как сегодня, – мы превращаем ее в столовую.
Джейсон прошел в угол комнаты, к полке на стене, на которой стоял старинный бронзовый водолазный шлем. У него было стеклянное круглое окошко, которое закрывалось на замок.
– Эта вещь будто из романа Жюля Верна. Сколько ей лет?
 
– Шлем был сделан примерно в восемнадцатом или девятнадцатом веке, – со смешком в голосе пояснила Сейдж. – Нил сказал то же самое, когда купил ее: он напомнил ему о Жюле Верне. Ты читал его романы?
– Почти все, – улыбнулся Джейсон. – Жюль Верн смог предсказать появление многих изобретений: подводные лодки, видеосвязь, космические корабли… Никогда не мог решить: гений он или же волшебник.
Сейдж улыбнулась:
– Наверное, и то, и другое.
Сейдж отвела его в комнату для гостей. Помещение было похоже на сказку: восьмиугольные эркеры и обитые материей скамьи, стоящие почти у каждой стены. В комнате еще стояли просторная железная кровать и маленький деревянный стол рядом. В комнате было холодно по ночам, поэтому на кровати лежали несколько теплых одеял цвета слоновой кости.
– Боюсь, у нас нет подходящих тебе носков, – с сожалением сказала Сейдж, – пока твоя обувь не высохнет, тебе придется ходить босиком.
– В доме своей бабушки в Японии я всегда хожу босиком, – ответил Джейсон.
– Так у тебя японские корни? Теперь понятно, откуда у тебя такие высокие скулы и красивые темные глаза.
– Сейдж, вы флиртуете, – засмеялся Джейсон.
– В моем возрасте я могу флиртовать с кем угодно и где угодно безо всяких неприятностей.
– Думаю, вы можете сотворить кучу неприятностей, если захотите.
Сейдж рассмеялась.
– А теперь кто флиртует? – Она показала рукой на маленькую ванную со старомодным душем. – Туалетные принадлежности для гостей на полке под раковиной. У тебя более чем достаточно времени для отдыха. Можешь вздремнуть – никто тебя не побеспокоит.
– Спасибо, но обычно я не сплю в обед.
– Тебе стоит попробовать. Ты наверняка устал после такого героического спасения Джастины.
– Да не было оно героическим, – сказал Джейсон, чувствуя себя некомфортно из-за похвалы. – Я сделал все, что было необходимо.
Сейдж улыбнулась.
– А разве не это делают герои?
  
Глава 13 
 
Спустя три часа Джейсон спустился вниз. Он принял душ, побрился, внял совету Сейдж и немного вздремнул. Хотя ему всегда казалось, что в обед он уж точно никогда не уснет, Джейсон погрузился в сон спустя всего пару минут после того, как его голова оказалась на подушке. Он решил, что все дело в самой комнате. Сон в таком изолированном от всего остального мира месте, в окружении шторма и океана, полностью накрыл его и позволил расслабиться так, будто он провел в медитации часы.
Одежда, которую дала ему Сейдж, была мягкой, удобной и почти новой, будто ее никто не носил раньше. От нее исходил свежий кедровый аромат. У него были сшитые вручную рубашки из Гонконга и Лондона, но ни одна из них не сидела на нем так хорошо как эта. И Джейсон не считал это простым совпадением.
Оказалось, ему нравится компания ведьм намного больше, чем он ожидал.
Он спустился на первый этаж: в гостиной никого не было. В воздухе разносились аппетитные ароматы. Из кухни доносились звуки звенящей посуды и голоса. Немного задержавшись в комнате хранения, Джейсон заметил, что стол там был накрыт белой скатертью, на которой находились столовые приборы и сверкающая стеклянная посуда.
Джастина зажигала свечи; Джейсон видел только ее спину. Тонкий голубой свитер и юбка с цветочным принтом мягко облегали ее стройную фигуру. Она была босиком и с распущенными волосами и выглядела очень сексуально. Не заметив его присутствия, Джастина продолжала поджигать свечи длинной кухонной зажигалкой. Одна свеча никак не хотела загораться; Джастина отложила зажигалку и поднесла свои пальцы к фитилю. Щелчок – появилось пламя.
Опять магия. Хотя Джейсон не подал виду, что что-то заметил, он был заворожен искрами на кончиках ее пальцев. Невероятно просто! На что еще она способна? Джейсон спрятал руки в карманы и прислонился к косяку двери.
Под его ногой скрипнул пол – Джастина вздрогнула и резко повернулась в сторону Джейсона.