Армия Зла (СИ)
"Солдаты, с некоторыми из вас мы прошли многое. Другие только встали в строй". — начал я. — "Но все мы под угрозой. Нашествия, беды, убийства и диверсии — результат подлого, вероломного предательства! Вождь племени Бьоров решил уничтожить нас, чтобы диктовать Империи свои условия. Он пытался сделать это тайно и чужими руками. Похитить меня, а на вас натравить дикарей с Дальнего Севера и Кринтар. Сейчас он строит козни, пытаясь обелить себя перед Сенатом. Но я не позволю ему остаться безнаказанным! С этого момента все кто севернее реки Этар наши враги! Лишь делом доказав обратное они могут заслужить прощение. До тех пор мы начинаем поход на Север. Во имя правосудия, славы и богатства. Мы победим!"
Последние мои слова уже звучали в сознании на фоне ликующих криков и гула тысяч воинов. Тяжесть подходов, риск, ранения и смерть не имели пока значения. Запах победы витал над армией. Многие здесь уже успели поверить в мою счастливую звезду. Другие хоть что-то, но слышали о победах над тремя племенами. И никто из них точно не знал о масштабах армии федератов. И не надо.
Наконец шум утих и я вернулся в лагерь. Теперь главное не потерять осторожность. Где-то рядом потенциальные предатели, купленные Шаниром и еще боги знают какая гадость. Поэтому даже в свой шатер не заходил. Вместо этого я направился в походный храм Клепсиды, вызвав к себе Касс, Гана, Даруса и всех кто ранее был моими телохранителями. Явился и Севин Дацинис, мой контубернал. Мальчишка заметно сдал после смерти матери. Лицо осунулось, черты заострились, а в глазах появился какой-то остервенелый блеск.
— Готов служить, стратег.
Я приподнял маску, улыбнулся шедшему за мной Ренде из Рачига и его близким, а сам обратился к контуберналу:
— Размести моих гостей со всеми почестями, скажи, чтобы им предоставили лучшее угощение… — а затем через РТС-систему лично Севину добавил. — И, во имя богов, найди того, кто мне объяснит что это за варвары записались в мои войска!
Вскоре центурионы уже вернулись с построения, приветствуя меня и заваливая вопросами по поводу моего спасения, а также предательства федератов. Насчёт первого я отвечал уклончиво, но зато о втором говорил максимально подробно. Упомянул и предательство Сидониуса, и взятки сенаторам, и многолетнюю работу Геора по подрыву боеспособности Лимеса, включая истребление лояльной Империи знати. О причастности покойных к Хрустальной Гробнице, разумеется, тактично умолчал. Вот уж что мне сейчас не нужно, так это серая мораль. Геор абсолютное зло в борьбе с которым все средства хороши. Я с чистым сердцем доношу до своих людей эту позицию, уверенный что тоже самое про меня вещают на каждом углу в землях Бьоров.
— Эта свинья заслуживает только смерти… — подвел итог моим словам один из центурионов Двадцать Первого.
— Столько хороших людей погибло из-за подлости этих мразей… — Летир Дацинис, примас центурион когорты копейщиков комитата знал о чем говорил. Атну, жену его покойного брата и многих ее родственников постигла печальная участь.
— Так варварский царек решил поиграть в сенатские интриги? — почесывая загорелый подбородок, спросил Поций Арвин, примас ударной когорты Двадцать Первого. — За такое точно убивать надо. Будто мало нам своих сенаторов. Еще и варвары воду мутить начинают.
Было приятно видеть энтузиазм вокруг себя. И мне он был хорошо понятен. Враг, ранее сокрытый в тени, обрёл наконец лицо, в которое можно воткнуть гладиус. Но сначала требовалось решить очень много сопутствующих вопросов:
— Что это за сэйфские всадники и какие-то керлы селятся тут? — . спросил я. — Кто это вообще?
— Это Сэйфы, стратег. — пожал плечами Дацинис. Забывал он, что я из другого мира и за дела вне Севера плохо в курсе. — Еще до боя с Кринтарами, вы стратег, хотели набрать сильную кавалерию. Тогда же отдали приказ поощрять деньгами и землей тех, кто со своими оружием и конем запишется в армию. Эти меры привели к нашествию сэйфов, которое началось месяц назад.
— О каких масштабах идет речь?
— Сначала прибыло несколько сотен их всадников из которых мы, насколько смогли, начали организовать ауксилариев. Но дело это очень тяжелое. — жаловался Дацинис. — Люди совершенно дикие. Хуже Гератов. Те как дети… Хотя бы верят и слушают. Сэйфы же живут по своим обычаям и других не хотят. Считают себя поголовно великими воинами, знатными как сам Император. Так вот… Несколько сотен всадников мы кое-как организовали. Отдали им бывший лагерь федератов. Но вслед за ними повалило ещё больше. Не только всадники, но керлы, то есть простолюдины в их понимании, да и воины прибывали. У нас не так много средств осталось, чтоб всех их принять на службу. В итоге, чтобы избежать разбоя, мы начали выдавать им только землю с условием защищать границу.
— Сколько их сейчас на Лимесе?
— Одни боги знают. К нам записалось и получило землю четыре сотни знатных всадников и… всадниц. По обычаям сэйфов некоторые женщины тоже считаются воинами. Сколько керлов притащилось вместе с ними не посчитать. Но кроме тех, кто записывался и получал землю есть те, кто селился на чужих участках как бы поступая на службу к тем всадникам. Есть банды, которые приехали не селиться, а надеясь на грабеж.
— Много проблем с ними было?
— Пока нет. Угоны скота, мелкие стычки. Часть из них во главе с каким-то их вождем удалось отослать в горы для рейда по землям Скавадов. Вряд ли они туда доберутся, но если Велвегры их прикончат, то невелика потеря.
— Ясно… — вздохнул я. — Почему именно сэйфы. Что спровоцировало такое активное переселение?
— Слухи про дармовую землю. — ответил Поций. — А один из сэйфов был у вас на службе. Он послал весточку родственникам, те другой родне. Вроде на Западе сейчас засуха. Вот и лезут куда могут. Сэйфы хуже саранчи бывают.
У меня на службе… Запад. А… Так это сородичи Ангре. Теперь все более-менее встает на свои места. Сейчас мне главное, чтобы они воевали в нужную сторону. А воевать придется много.
Кроме ситуации с сэйфами, выяснил я и судьбу Гератов. Они ушли к переправе через реку и там поселились вроде как в ограниченной боевой готовности. Ну то есть строевой они не занимаются, живут привычно рыбалкой, но могут относительно быстро собраться плюс какая-то их часть удерживает крепость. Эйлит в мое отсутствие упорхнула туда к родственникам. Жаль, но вряд ли наше воссоединение будет долгим. Не место ей в том походе, что я собираюсь организовать. Может, она и смелая девушка. В этом не сомневаюсь. Но я не хочу, чтобы она видела, что произойдет на Севере по моей воле. А ничего хорошего там не случится. У меня скоро закончатся деньги и припасы для содержания легионов. Судя по словам центурионов этого осталось на месяца полтора. Что-то я могу выжать с Лимеса, через введение экстраординарного налога. Но даже этого надолго не хватит, да ещё и отвернет население. Нет. Пусть за свои амбиции расплачиваются сами федераты… Но прежде чем запустить руки в казну Бьорторна и сорвать золотую цепь с шеи Геора мне придется ограбить тысячи простых земледельцев. Мою душу обезболивает то, что подобной жертвой я куплю спокойствие и жизни тех за кого отвечаю. Хорошая сделка. Однако не хочу, чтобы Эйлит видела это торжественное жертвоприношение, что свершит имперский жрец войны в железной маске. Пусть для неё я останусь не страшным монстром, а уставшим человеком, который освобождал рабынь и был добр к проигравшим. Увы, но такому сейчас не победить. Нужна Армия Зла.
После встречи с центурионами мой шатер наконец был подготовлен. Его перетряхнули и перепроверили. Даже деревянный настил подняли. Вся посуда подверглась особо тщательному досмотру. Была вымыта и вычищена. Все запасы вина, масла, соли и так далее — в выгребную яму. Я помнил слова Геора о крупице яда.
Отобрали в качестве слуг только людей, происходящих из Мелиодана, известной репутации и без белых пятен в биографии. Однако даже таковым нельзя было доверять на сто процентов. Поэтому работать они будут только под надзором солдат и строго в определенные часы. Остальное время доступ в мой шатер должен быть закрыт для всех, кроме непосредственно охраны и центурионов.