Красный рассвет. Иноходец (СИ)

Мокрая ткань слушалась плохо, девушка запуталась и едва не выпала за борт в попытке и удержать равновесие, и одновременно грудь от меня прикрыть. Нет, грудь конечно стоит внимания, но не понимаю зачем так активно ее закрывать — я уже и так рассмотрел вроде бы все-все-все с самых разных ракурсов.
К тому же когда гидрофутболка оказалась надета, отличий от голого тела практически не было — мокрая белая лайкра обтягивала ее грудь так, что в принципе ничего и не скрывала. Пока невоспитанная красавица поправляла плотную гидрофутболку, растягивая ее на себе, я вновь потянулся за страховочным жилетом.
И замер, осматривая собственные плечи и руки. Невоспитанная красотка меня о чем-то спросила, но я даже не слушал. Отпустив парус и руль, давая лодке возможность дальше дрейфовать по ветру, я в чувстве близкому к состоянию шока смотрел на свои руки. На кожу, совсем еще недавно чистую, и на которой сейчас проступали черно-багряные очертания агрессивной вязи татуировки.
Да не может такого быть. Этого просто не должно случиться — у меня еще как минимум несколько лет в запасе, — мысли в голове заметались, как шарик в автомате для пинбола.
На коже у меня сейчас проступала вязь рунного орнамента, созданного с помощью стихии адского пламени и защищающего от большинства видов агрессивных физических, магических и физико-магических повреждений.
В обычном мире — в моей прошлой реальности, как и в этой, татуировка просто не может работать — здесь нет Сияния. Сияния, или в просторечии магии, если грубо обобщать. А если я сейчас вижу татуировки, то это значит, что в этот мир открылся портал... нет, даже не портал, а скорее всего разлом.
Я примерно представлял, как возникает цунами — после того как на дне происходят тектонические сдвиги, взрывы, извержения вулканов и еще какая-нибудь хтоническая неприятность. Также я примерно знал, что первые порталы демонов должны открыться в районе Флориды. Кто б еще подсказал, что «район Флориды» — это плюс-минус тысяча километров.
Исходя из увиденного, я понял: сегодня произошла попытка открыть Разлом — многокилометровое ущелье, в глубине которого при накапливании энергии хаотично открываются порталы. Вот только прицел оказался взят не очень точно, и первый блин вышел немного комом, судя по всему. Разлом открылся на дне морском.
И это хорошо.
Понемногу приводя в порядок мысли, я внимательнее смотрел на татуировку.
В активном состоянии рунный орнамент антрацитово-черный, и окантовка агрессивной вязи должна заметно поблескивать отсветом багрянца. Сейчас же рисунок едва-едва виден. И это, хоть немного, но успокаивает — татуировка проявилась, но чуть-чуть, после эха Сияния, после несильного его отзвука.
Если рунный орнамент не начнет наливаться силой, значит можно будет пока выдохнуть — значит первый разлом, на дне моря, не удался. А одновременно несколько разломов открыть невозможно — слишком много энергии нужно для подобного. И если рунный орнамент не засияет, значит время на передышку и оповещение у меня еще будет. Если же орнамент оживет, это значит, что...
— Что? — не понял я того, что мне уже повысив голос сказала невоспитанная красотка.
— Мог бы мне жилет отдать. Я плохо плаваю! — сообщила мне она.
— Что отдать? — все еще витая в отголосках мыслей не до конца понял я, что она вообще от меня хочет.
— Жилет! Мне! Я плаваю плохо!
Подруга, то что ты плохо плаваешь — это совершенно маловолнующий меня фактор, мог бы сказать я. Но не стал. Мазнул по девушке безразличным взглядом, и не выходя из состояния глубокой задумчивости снова посмотрел на проявившиеся под кожей блеклые очертания рунного орнамента.
Ладно, пора делать что-нибудь — встряхнулся я. Недавний вопрос, как и вопросительный взгляд невоспитанной красотки, я проигнорировал.
— Голову, — произнес я, обращаясь к девушке.
Во ответном взгляде удивление и полное непонимание.
— Голову пригни! — рявкнул я.
Послушалась, склонилась вниз, вжимаясь в корпус лодки. Я повернул руль и подтянул шкот. Лодка, поворачивая, легла на курс к берегу. При этом гик стремительно перекинуло на другую сторону, так что он просвистел над моей головой — я тоже предусмотрительно пригнулся. С громким хлопком парус поймал ветер и остановился, удерживаемый натянутым шкотом.
 
Ветер задувал все сильнее и сильнее. Нахождение на лодке давно перешло из статуса «легкая прогулка» в «выход в море под парусом», теперь же находилось совсем близко к тому, чтобы перейти в следующий статус: «выживание».
Я сейчас даже к берегу по оптимальной прямой не могу лодку направить — дует так сильно, что я не удержу лодку. Ну или удержу, особенно если рядом с собой невежливую красавицу посадить, добавив веса возможности откренивания, но тогда есть неиллюзорный шанс получить сломанную мачту и порванный парус на сильном порыве.
После этого только грести, что мне не очень хотелось. Поэтому я шел приближаясь к берегу не по прямой линии, а двигаясь наискось, забирая все больше влево и удаляясь от Галфпорта.
Несколько долгих минут, ощущаемых гораздо растянутее обычного времени в обычных обстоятельствах, прошло в молчании. Я приноравливался держать лодку так, чтобы движение не превращалось в аттракцион выживания, но чтобы при этом мы все же приближались к далекому берегу.
Невежливая красотка сидела молча, и судя по всему представляла котел эмоций — от панического страха до злого раздражения по поводу моего молчания. Нижняя губа закушена, смотрит на меня со смешанными чувствами — то как барыня на холопа, то как преданная собачка на хозяина.
— Видела как гик над головой свистнул? — спросил я ее.
После вопроса девушка вздрогнула, но поняла о чем речь и кивнула почти сразу.
— Да.
— Если что-то случится, например мне попадет по голове, вырубит и я упаду за борт без жилета, тогда конец настанет нам обоим. Если вырубит тебя, то я не только тебя достану обратно, но смогу привезти на берег нас обоих. Это понятно?
— Да, понятно. Меня Алиса зовут.
Лиса-Алиса, надо же. Уж насколько внешне на Меган Фокс похожа, так и по имени совпало.
— Да мне плевать как тебя зовут. Ты уже отлично представилась, когда кинула в меня бутылкой. Была бы мальчиком, давно бы отхватила по лицу, может быть даже с ноги. Поэтому чтобы я не пожалел, что тебя подобрал, сиди тихо и делай все что я скажу. Ясно?
— Ясно, — пряча взгляд, ответила уже почти полностью отрезвевшая девушка.
Ну вот и хорошо, что ясно.
Была бы нормальной, кстати, могла бы и прощения за бутылку и за пьяные крики попросить.
Впрочем, мое отношение к невоспитанности красотки уже переходило на второй план. Ветер задувал все сильнее и я, если честно, уже начинал серьезно переживать за возможность без проблем добраться до берега.
Вернее, не «без проблем» добраться, а вообще добраться.
  
Глава 5
 
Алиса то и дело пристально на меня посматривала. Девушка определенно желала или поделиться мнением, или же задать много-много вопросов по ряду интересующих ее проблем. Но сдерживалась. Похоже, моя недавняя отповедь произвела на невоспитанную красавицу серьезное впечатление.
Вот часто так бывает, что вежливость за слабость принимают, а стоит жестко всечь один раз, как сразу уважение у собеседника появляется.
Алиса продолжала с немым вопросом смотреть на меня огромными глазами, но не отвлекала. Я на нее поглядывал периодически, мельком. Был занят управлением лодкой — ветер скучать не давал, периодически поддувало очень хорошо. Вскоре невоспитанную спутницу я посадил рядом с собой на борт, чтобы не висеть в откренивании. Сразу почувствовал, как она дрожит от холода.
Отвлекшись немного от паруса, внимательно посмотрел на девушку. Бледная, губы синюшные, зубы стучат. Ну да, как-то тридцать градусов на солнце к вечеру совсем уже совсем не тридцать, что в комплексе с повышенным ветром и мокрыми брызгами вот прямо бодрят-бодрят.
Температура воды была двадцать градусов, когда выходил в обед из яхт-клуба. Но одно дело, когда светит жаркое солнце, а другое как сейчас — к вечеру, под холодным дождем брызг. И если я еще с парусом работаю, мне почти не холодно, даже жарковато иногда, то ее явно морозит.