Владимир Петрович покоритель (СИ)
— Что там, — выглянул в дверь и застыл удивленный.
В ворота входили избитые и израненные були. Шли одни женщины, немногочисленных мужчин тащили на волокушах веерах, изобретенных мной во время потопа.
— Что случилось, я скатился со второго этажа и бросился на встречу.
— Мы не знаем кто они. Появились неожиданно с севера, со стороны моря. Там пустынные земли, никто вроде не живет, во всяком случае мы раньше никого там не встречали. Таких, что пришли мы и не видели никогда. Уроды. Сами все черные, здоровенные, тело круглое, в панцирь одетое. Голова маленькая, многоглазая, в шлеме костяном. Ноги в чешуе, тоже костяной, руки длинные. Вооружены дубинками шипастыми. Пули от них отскакивают и топор не берет. Ходят вроде медленно, а когда атакуют прыгают далеко. — Страдальчески доложили мне с одной из носилок.
Началось. Героя нашли. Ну вот скажи мне, почему каждый попаданец, должен обязательно с головой окунуться в это дерьмо сражений и войн? Ну почему нельзя просто, мирно наслаждаться своим высоким положением, поплевывая на слуг через губу?
— Попытались мы их остановить. Выстрелили, так только рикошет и получили. В топоры кинулись, да куда там, только искры высекаются, не берет их ничего. А вот нам досталось, как видишь. Все, кто жив поранены и еще семеро к предкам отправились. — Подхватил один из, раненых, с других носилок, тихим голосом.
— Сколько их?
— Пятерых видел. Нам и этих хватило.
— Ясно, что ничего не ясно. Посмотреть надо самому. — Почесал я бороду. Да, забыл сказать, у меня борода теперь, знатная. Бриться нечем, вот и выросла.
— Есть возможность подобраться поближе незаметно?
— Любого из молодняка бери, они там все тропки знают. — Завздыхал расстроенный Бутсей. — Как же так, я же, только вчера оттуда? Все же нормально было.
— Вот как раз после твоего ухода и заявились. — Прошептал раненый и потерял сознание.
Блин, вот зачем мне все это? Разговор со своими фастирами придется отложить до лучших времен.
Я приподнял голову над поросшей синим мхом кочкой. Добираться к поселку були пришлось по грудь в противной болотной жиже, новый костюм было жалко до слез. Много раз ругал себя, что в нем пошел. Но хныкать поздно.
В проеме от вырванных ворот хорошо видны неторопливо передвигающиеся вражины. Действительно здоровые твари, метра под три ростом, а в остальном все как раненый описал, добавить нечего. Если только то, что оружие у них на пузе, на крючке висит, толи естественном, природой выращенном, то ли прикрутили его. Не видно, далековато для подробностей.
Трупы моих зеленых соплеменников в рядок, недалеко от ворот разложены. Там один из захватчиков, что-то с ними делает. Присмотрелся по внимательнее и едва сдержался, чтобы не вырвало. Твою дивизию! Он их разделывает. Куски отрезает и в мешок складывает. Вот урод, аж руки затряслись, и к ружью потянулись. Но сдержал себя. Рано еще. Понаблюдать надо. Понять, как бороться с ними. Если все, что говорит болотный правда, то пуля не возьмет. Панцирь крепкий. Блин, танки какие-то, а не живые существа. Что же с вами делать, в болоте утопить что ли. Нет вряд ли такое тонет. Ту что-то иное надо.
Эх, была не была, дайка я тебе обед испорчу. Потянул ружье со спины аккуратно, к прикладу приложился прицелился. Руки то не трясутся. Чудо какое-то. Еще совсем недавно в такой ситуации, в штаны бы наложил, а сейчас нормально. Хотел в голову, но думаю не получится, не попаду, далековато. А эта образина встрепенулась, панцирь свой на две половины раскрыла, расправила, и давай трястись, только треск стоит.
— Так это же крылья у нее, — вырвалось у меня вздохом удивления, и в тот же момент я не кнопочку спусковую придавил. Грохот, клубы дыма, хорошо ветер приличный и местность открытая, сразу в сторону снесло, жучара эта кувырок через голову сделала, на спину шмякнулась и лапками засучила. В ту же секунду через частокол еще четыре подобные ей выскочили, а заборчик не маленький, больше четыре метров, знатные прыгуны. Стоят в растерянности глазенками моргают, а у них их аж по шесть штук, по три на сторону. Не поймут откуда стреляли. Ну а я-то, хоть и дурак дураком, а сообразил, что затихнуть нужно, вжался в мох, лежу не дышу, наблюдаю, что дальше будет.
Смотрю размышляю. На блох эти чуда-юды похожи, только здоровы больно. Так и обзову их блохами, на местном тарабарском бляхс получится, ничего так звучит, прикольно. Та, что пулю мою словила, затихла уже, а над ней другая склонилась, что-то делает. Причащает наверно. Три другие облачко пороховое взглядом провожают, к прыжку приготовились. Ага, ищите дурака, я лучше в этой луже болотной, что подо мной натекла замерзну до состояния снеговика, а не покажусь.
Как их завалить я понял, осталось сообразить, как их крылья заставить раскрыть, а вот тут в голову не лезет ничего.
Упертые насекомые оказались. До самой ночи меня продержали. Ту что причащала свою подружку, которую я так удачно завалил, разделала тушку соплеменницы вместе с телами моих павших фастиров на филе. В мешки сложила и в поселок уволокла. А трое других застыли в позе прыгуна в длину, и только глазами по сторонам зыркают.
Когда уже совсем стемнело, я задним ходом к своим подался. Молодняк бутсеевский меня в лесочке неподалеку ждал. Молодцы кстати, замаскировались хорошо, если б не окликнули не нашел бы не в жизнь. Удивили меня. Оказалось, что они все видели. С дерева наблюдали подвиг великого Фаста, сразившего чудовище. Вот ведь оторви головы. Приказал им дальше наблюдать, и как только блохи вылезут куда ни будь, из поселка, сообщить немедленно мне. Покомандовав, припустил назад домой. План у меня родился, только бы успеть все подготовить.
Рождение местного Сусанина
Из-за того, что я вернулся глубокой ночью будить никого не стал. Разговор с вождями племени дольсящ состоялся утром. Выяснение отношений по поводу тихого саботажа моих зеленых друзей я отложил на потом. Будет у меня еще время разобраться, почему они мешают встрече с Ларинией, да и вообще с людьми. На данный момент другие проблемы есть, посерьезнее.
Я сидел, смотрел на них молча и думал: «Интересно как называется их раса? Столько времени тут уже живу, а как-то ни разу не заходил разговор на эту тему. Да и вообще, я так мало знаю. На набитый соломой тюфяк вы похожи, господин Иванов. Несетесь по течению, надеясь на удачу. Наверно пора брать судьбу в свои руки. В том мире прожил затюканной серой лошадкой, угрюмо тянущей воз судьбы по дороге жизни, и тут хотите остаться таким же. Нет, пожалуй, уже не получится. Не то теперь у вас положение. Судьба, без всякого согласия, из дерьма вас вытащила, и новый шанс дала. А что делаете вы? Даже не пытаетесь ей помочь. Легли на спинку, ручки за голову заложил и плывете. А ведь таким образом может и не туда занести. Так можно нырнуть, что не отмоешься. Необходимо манятся. Развивать себя и племя необходимо. Для начала, хотя бы узнать, что это за раса такая? С кем свела судьба. Кто они? Эти зеленые уродцы, что сидят напротив.»
Я хлопнул обоими ладонями по столу. Да именно по столу, ни у кого тут такого предмета мебели нет, а у меня есть. Специально заставил сделать, и еще четыре табуретки к нему в придачу, хватит на полу обедать. Но истины ради, надо с прискорбием отметить, что сидеть, на столь удаленном расстоянии от земли, друзей моих можно было заставить только силой. При каждом удобном случае, они скатывались вниз. Пришлось даже целый указ издать, обязывающий в моем присутствии, задницы свои приземлять исключительно на возвышенных предметах.
— Приступим. Может конечно первый мой вопрос будет неуместным, и даже не своевременным, но он не дает мне покоя… Ребятки. А вы кто? — Спросил блин. Настолько тупая получилась формулировка вопроса, что ответом послужили еще более тупые выражения на лицах собравшихся. — Раса ваша как называется спрашиваю? — Поправился я.
Ответом послужило оставшееся неизмененным выражение лиц и немой вопрос в глазах: «Ты парень вообще, о чем. Что это за зверь такой, раса эта? А она съедобная?» — Ну как еще спросить?