Манускрипт египетского мага (СИ)

Расположенные рядом портреты производили совсем другое впечатление. Во-первых, поза каждого было как бы зеркальным отражением другого, вплоть до мелочей. Женщина, стоявшая у окна, в правой руке держала цветок шиповника. Мужчина в левой руке держал цветок василька. Позади женщины стоял черный круглый столик на одной ножке и на нем лежала раскрытая книга. Ник помнил раскрытую книгу на этой картине, она его удивила тем, что буквы как будто были очень четко выписаны, и в то же время ничего нельзя было понять. Видно было, что книга переплетена очень тщательно, в дорогую тисненную кожу. На раскрытых страницах лежала шелковая закладка, сплошь расшитая восточными орнаментами.
Но самым поразительным было то, что на втором портрете, за мужчиной, тоже стоял такой же столик, на котором лежала подобная книга, но значительно тоньше. Книга также была раскрыта, и в ней тоже лежала закладка, но страницы книги были немного странными. Текст прочитать, конечно, было невозможно, и художественное исполнение этому не способствовало. Но на нескольких буквах были очерчены как-будто окошечки, казалось, что это прорези, через которые видны буквы предыдущей или последующей страниц. Конечно, что нибудь сказать по такой слабой копии было трудно, но все же это был какой-то намек.
Пока Ник и Аполлинарий рассматривали и обсуждали рисунки, наступил вечер. В назначенный час к гостинице подъехала коляска и Ник с Аполлинарием отправились во дворец наследника. Там Ключевский уже ждал их и провел в свой флигель, неподалеку от дворца. Ник рассказал ему коротко о портретах и полученных сегодня их копиях.
Весьма скептически настроенный Ключевский, перед которым Ник положил оба рисунка, вглянувшись повнимательнее, вдруг схватил первый из них, сдвинул очки на лоб, и стал напряженно его рассматривать. Потом он вскочил так резко, что едва не опрокинул стол, на котором лежали рисунки, бросился к своему письменному столу, достал большую лупу и принялся вновь рассматривать рисунок, что-то бормоча едва слышно. Потом он растерянно поднял глаза на притихших Ника и Аполлинария.
— Наверное, вы слышали о знаменитом Джоне Ди, придворном алхимике королеве Елизаветы? — немного охрипшим от волнения голосе спросил он.
Ник и Аполлинарий согласно кивнули головой.
— Так вот, перед вами, на этой картине, лежит знаменитый манускрипт, принадлежавший Джону Ди. За самим этим древним манускриптом, неизвестно каким путем попавшим в руки Джона Ди, велась отчаянная охота, но он берег его как зеницу ока. Собственно говоря, Джон Ди сделал его перевод на современную ему латынь и зашифровал изобретенным им самим шифром. Так что наряду с древним манускриптом существовал еще один, созданный Джоном Ди. Видимо, на рисунке изображена как раз копия. Известно, что он и только он смог расшифровать древний манускрипт, а ключ к этому манускрипту спрятан был в тайнике его библиотеки. В 1597 году какие-то люди распалили толпу и натравили на дом Джона Ди. Библиотека, а в основном кто-то старался добраться до библиотеки, была разграблена. Пропали четыре тысячи редких книг и пять тысяч рукописей, видимо, хватали все подряд, чтобы разбираться потом. Пропал и древний манускрипт. Но ключ к нему, спрятанный в тайнике, остался. Потом Джон Ди куда-то переправил его. С тех пор древний манускрипт, то есть оригинал, бесследно пропал. А копия, созданная и зашифрованная Джоном Ди, время от времени всплывает то тут, то там. Самые известные криптологи бьются над ней, но тщетно. Да, так вот, озлобленные тем, что манускрипт оказался бесполезным, недруги или какие-то неизвестные, стали интриговать против Джона Ди. Началась травля, против которой даже покровительство английской королевы оказалось бессильным. Считается, что против Джона Ди действовало какое-то тайное общество, так называемые «Люди в черном».
Джон Ди был в высшей степени одаренным человеком, в некотором смысле Леонардо да Винчи Англии. Ну, тут существует история с «черным зеркалом», ангелами и так далее.
— Василий Осипович, простите, что я перебиваю вас, я хотел бы показать вам нечто, — осторожно сказал Ник, боясь обидеть знаменитого историка, который был в таком нервном состоянии, что казалось, может взорваться, если его перебьют.
 
Ключевский грозно нахмурил брови, но в этот миг Ник достал из кармана коробочку, вынул из нее перстень и протянул его Ключевскому.
— Что, что это? — с недоумением и дрожью в голосе спросил тот. Ник пожал плечами.
— Есть догадки, но только догадки, что природа камня в перстне та же, что и природа «Черного зеркала».
— Откуда тогда у вас, Ник, этот перстень?
— Подарок йезидского шейха, того самого.
— Так, подождите, я должен придти в себя.
С этими словами Ключевский полез в шкаф, достал бутылку ямайского рома и со словами: «Подарок адмирала, великого князя Александра Михайловича, считается, что очень помогает в трудные минуты жизни!» — принял значительную дозу. Тряхнув бутылкой, он выразительно посмотрел на Ника и Аполлинария, но те дружно отрицательно замотали головами. Спрятав живительный напиток снова в шкаф, Ключевский вернулся к разговору.
— Я, конечно, слышал об этом «Черном зеркале», — тут пришлось Нику снова перебить его.
— Вот Аполлинарий Шалвович видел его в Британском музее.
Ключевский воззрился на Аполлинария так, как будто перед ним возник сам Джон Ди.
— Ну и что? — немного охрипшим от волнения голосом спросил он.
— Ничего, — пожал плечами Аполлинарий. — Мне сказали, что официально это кусок полированного каменного угля. Ходят же слухи, что это кусок метеорита. Но не доказано, так как администрация Британского музея ни за что не дает никому его исследовать.
— В общем-то правильно делает, — задумчиво сказал Ключевский. — Знания не всегда попадают в достойные руки. Так, давайте, посмотрим другой рисунок.
— Он исполнен довольно слабо… — начал было оправдываться Ник, но Ключевский нетерпеливо махнул на него рукой, призывая к молчанию. Несколько минут в комнате стояла тишина, только было слышно сопенье профессора. Его лицо краснело и Ник испугался даже за его здоровье.
Неожиданно профессор бросил рисунок на стол и обхватил голову руками. Так прошло еще какое-то время.
Наконец профессор поднял голову, обвел всех сияющими глазами и сказал:
— Кажется, я догадался. На картине с дамой — знаменитый манускрипт, вернее, копия на латыни, созданная Джоном Ди. А ключ к нему на картине с рыцарем. Манускрипт считается запрещенной книгой и объявлен недоступным. Но в мире нет ничего недоступного. Кстати, на картине изображен фламандский рыцарь. Это неспроста и вытекает из биографии Джона Ди. Изгнанный из Кембриджа за занятия колдовством, он в 1547 году отправился в Лёвен, во Фландрию.
Ник и Аполлинарий переглянулись. Нити опять ведут во Фландрию. Туда, где зародилась идея крестовых походов, туда, откуда отправлялся в поход Готфрид Буйонский.
Ключевский продолжал свой рассказ:
— Там он и сошёлся с Меркатором, знаменитым фламандским картографом. Он сделался астрологом и зарабатывал на жизнь составлением гороскопов, затем его арестовали за магическое покушение на жизнь королевы Марии Тюдор. Позже Елизавета освободила его из тюрьмы и дала ему некое таинственное поручение на континенте. Возможно, именно в то время, когда он был в Лёвене, и были созданы эти портреты. История не сохранила имен тех, с кем он имел отношения во Фландрии, кроме Меркатора, но видимо, ему покровительствовали очень знатные особы. И они были замешаны в эту историю с манускриптом.
Гонения на Джона Ди не прекращались до самой его смерти. Умер он в должности ректора Колледжа Христа в Манчестере, должности, которую он занимал с 1595 по 1605 год и, которая, похоже, не приносила ему удовлетворения.
Василий Осипович откинулся в изнеможении на спинку стула.
— Да, есть еще какие-то сведения о манускрипте, да и о других бумагах Джона Ди. Большая их часть пропала, как я уже говорил. До наших дней дошло всего лишь несколько фрагментов. Там содержатся чрезвычайно любопытные сведения. Ди, в частности, утверждает, что проекция Меркатора — лишь первое грубое приближение. По его мнению, Земля на самом деле не совсем круглая, она состоит из множества наложенных одна на другую сфер, выстроенных вдоль другого измерения. Между этими сферами есть точки или, вернее, поверхности соприкосновения, и, таким образом, Гренландия в других мирах простирается до бесконечности. Вот почему Джон Ди и подаёт королеве Елизавете многочисленные прошения, в которых убеждает её, что Англия должна завладеть Гренландией, чтобы получить в своё распоряжение дверь в иные миры.