Цикл романов "Новый Михаил". Компиляцияю Книги 1-7 (СИ)

Город во многих местах горел. Временами попадались руины от русских бомб, но чаще всего пожары были следствием поджога. Явные мародеры сновали там и тут среди пожарищ, таща на себе какие-то тюки. Что они будут с ними делать, если русские уже совсем рядом? Где-то запрячут и постараются переждать оккупацию? Так вряд ли она скоро завершится.
Впрочем, есть такая порода людей, которая хорошо устроится при любой власти.
Улицы Константинополя бурлили. И если в предыдущие дни это бурление скорее напоминало хаотически кипящую воду, которая часто полнилась настоящими водоворотами из голов и рук, то теперь это скорее была бурная река, которая вся текла в одну сторону – на юго-запад, прочь из города.
– Герр посол! Мы не проедем!
Вся набережная перед Галатским мостом через бухту Золотой Рог была запружена людьми, которые так или иначе пытались попасть на мост. Однако его двадцатипятиметровая ширина не позволяла пропустить всех желающих, причем было очевидно, что толпа прибывает намного быстрее, чем могла пройти.
– Двигай вперед потихоньку.
Шофер с отчаянием бросил взгляд на посла и вновь посмотрел вперед, оценивая бесконечное море голов впереди.
Четыре грузовика медленно двинулись, и тут же кто-то угодил под колеса передней машины. Поднялись крики, десятки рук ухватились за дверцы и борта грузовиков. Кто-то из посольских не выдержал и дал предостерегающую очередь из пулемета в воздух.
И тут начался ад. Огромная масса людей колыхнулась испуганно и двинулась подальше от места стрельбы, давя упавших. Кто-то из толпы выстрелил в пулеметчика, и пуля размозжила тому голову. В кузове все тут же начали стрелять, причем кто куда, кто в небо, а кто туда, откуда прозвучал выстрел. Попадали убитые и раненые, но это лишь спровоцировало остальных, и на машины полезли со всех сторон, вырывая оружие, закалывая немцев ножами, обрушивая на их головы свои дубинки, камни и все, чем постарались вооружиться добрые жители в столь трудный час.
Последнее, что увидел фон Кюльман, был окровавленный приклад от германского карабина, который летел ему прямо в лицо…
Османская империя. Константинополь.
8 (21) августа 1917 года
Пропеллер мерно молотил воздух. Гидроплан слегка завалился на крыло, делая вираж.
– Глядите, вашброть, что у моста-то деется!
Лейтенант Вавилов взглянул туда, куда указывал унтер Лошкарев. У Галатского моста творилось светопреставление. Людское море бушевало вокруг каких-то четырех грузовиков.
Пилот развернул машину и пошел на снижение, желая понять, что же там происходит. Явно кого-то в грузовиках, что называется, разрывали на куски.
– Затейливо у них тут, вашброть!
Вавилов кивнул, продолжая снижение…
Османская империя. Константинополь.
У Галатского моста. 8 (21) августа 1917 года
Внезапный рокот с неба заставил десятки тысяч голов в испуге посмотреть в небо. Сверху на них падал русский аэроплан.
– Бомба! Сейчас сбросят бомбу!
И толпа побежала, толкаясь, падая, давя упавших, хрустя своими и чужими костями, давясь предсмертными хрипами и стонами раненых. Паника охватила не только набережную, но и тех, кто уже был на мосту. Толпа хлынула, кого-то просто сбрасывали с моста в воду, кого-то…
Османская империя. Константинополь.
8 (21) августа 1917 года
– Может, бомбу на них сбросим, а, вашброть?
Лейтенант усмехнулся.
– Не любишь ты их, Лошкарев.
Тот согласно кивнул.
– Не люблю, вашброть. Еще с Кавказского фронта. Повидал всякого от них, но ничего хорошего не видел. За что мне их любить-то? Звери они. Видел, как они с нашими поступают-то.
– Ладно, Лошкарев, отставить разговорчики! В полетном задании обозначено четко – казармы у султанского дворца. Вон они уже видны. Там и отбомбимся. А пока сбрасываем листовки.
Распахнулся люк, и тысячи бумажек полетели на головы беснующейся толпе. Одну из листовок потоком воздуха прилепило к лобовому стеклу, и на ней можно было прочитать короткую надпись, продублированную на всех языках Константинополя:
 
 
«Армянский стрелковый корпус входит в город.
 
Пришел час расплаты за резню армян.
 
Сегодня!»
 
Лейтенант Вавилов криво усмехнулся. Конечно, обезумевшей толпе сейчас не до чтения. Но лишним не будет.
Османская империя. Эдремит.
8 (21) августа 1917 года
Сержант Truppi speciali Бенито Муссолини выругался и отдал команды корректировки огня. Следующий залп минометной батареи все ж таки накрыл досаждавшую десанту пулеметную точку, не дававшую солдатам ССО поднять голову.
Оценив через бинокль результаты стрельбы, сержант удовлетворенно кивнул. Да, в этот раз хорошо.
– Benissimo! Молодцы, парни! Можете ведь, когда хотите!
От Российского Информбюро.
Сводка за 8 (21) августа 1917 года
Сегодня, 8 августа, союзные войска России, Италии и Болгарии одержали еще несколько славных побед!
Части 14-й русской и 4-й болгарской армий, полностью разгромив в сражении османские войска и взяв штурмом укрепления городов Шаркей и Галиополи, вышли на побережье Мраморного моря! В результате сражения 19-я дивизия 5-й армии Османской империи была уничтожена.
Развивая наступление, 6-й кавалерийский корпус 14-й русской армии под командованием генерал-лейтенанта Павлова разгромил 13-ю дивизию османской 5-й армии, взял под контроль город Эджиабат и, выйдя к деревне Седдюльбахир, полностью овладел европейским берегом входа в Проливы со стороны Средиземного моря. Батареи полуострова Херсонеса Фракийского под контролем наших войск!
Общие потери турецкой армии оцениваются в 8–9 тысяч человек, еще более 13 тысяч солдат противника попали в плен.
Также сегодня на рассвете в Андрамитийском заливе был высажен на берег русско-итальянский десант, поддержанный артиллерией итальянских броненосцев «Витторио Эмануэле», «Рома» и «Наполи». В результате операции войсками сводного корпуса под командованием генерала Свиты Его Императорского Величества, барона Петра Врангеля был взят город Андрамитий. Первыми на берег высадилось подразделение под командованием подполковника барона фон Унгерн-Штернберга. Также особо отличились в бою бойцы итальянской минометной батареи под командой сержанта Бенито Муссолини.
Россия, Италия и Болгария чествуют своих героев!
Его Императорское Величество Государь Император Всероссийский Михаил Александрович высочайше повелел представить к орденам и медалям отличившихся в этом сражении и учредить памятную медаль «За взятие Дарданелл» на Владимирской ленте.
Из сообщения Российского телеграфного агентства (РОСТА). 8 (21) августа 1917 года
Сегодня в Вашингтоне президент США Вудро Вильсон выступил с радиообращением ко всем главам государств – участников Великой войны и призвал все страны во имя человеколюбия с целью защиты мирного населения и избегания чрезмерных ужасов войны отказаться от применения отравляющих газов, прекратить неограниченную войну на море и уважать нейтральный статус судов стран, которые не участвуют в Великой войне.
США в одностороннем порядке официально провозглашают отказ от всего перечисленного выше и считают эту инициативу одним из шагов на пути к всеобщему миру.
Российское Министерство иностранных дел приветствовало данное решение президента США.
Мы будем следить за развитием событий.
Крым. Черное море.
Императорская яхта «Колхида».
8 (21) августа 1917 года
Меня сегодня дважды удивили. Удивили Эфрусси, удивили немцы. Впрочем, от Эфрусси я ожидал какого-то действия по итогам моих прошлых ультиматумов, которые я им передал через Закса, но они дождались, когда у них на руках окажется необходимый нам весьма скоропортящийся товар, и сделали предложение, от которого я не смог отказаться. Во всяком случае, в части согласия на встречу.