Цикл романов "Новый Михаил". Компиляцияю Книги 1-7 (СИ)
Оставшиеся в гавани Бизерты корабли прекратили мятеж, сложили оружие и сдались вошедшим в Бизерту войскам итальянской армии.
Потери итальянского флота уточняются.
Мы следим за развитием ситуации.
ЗАЯВЛЕНИЕ РОССИЙСКОГО ТЕЛЕГРАФНОГО АГЕНТСТВА от 6 июля 1917 года
ЕГО ИМПЕРАТОРСКОЕ ВЕЛИЧЕСТВО ГОСУДАРЬ ИМПЕРАТОР МИХАИЛ АЛЕКСАНДРОВИЧ повелел Российскому телеграфному агентству сделать заявление.
«Его Величеству Королю Итальянского королевства Виктору Эммануилу III.
С болью узнали МЫ о горе, постигшем братский итальянский народ. Известие о героической гибели в сражении при Бизерте флагмана Итальянского королевского флота линкора “Данте Алигьери” всколыхнуло всю Россию.
От имени всего народа НАШЕГО выражаем соболезнования семьям погибших героев и сочувствие всему итальянскому народу.
Гибель 915 лучших сынов Италии не будет забыта и не может быть прощена.
Мир и спокойствие будут восстановлены. Виновные понесут кару.
В знак сочувствия и поддержки братскому итальянскому народу ОБЪЯВЛЯЮ в России 7 июля днем траура.
ИЗ СООБЩЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS. 19 июля 1917 года
По сообщениям очевидцев, основные силы российского Черноморского флота покинули бухту Севастополя и вышли в открытое море. Цель похода держится в строжайшей тайне.
Мы будем держать наших читателей в курсе информации о развитии ситуации.
РИМ. ПЛОЩАДЬ ПЕРЕД КВИРИНАЛЬСКИМ ДВОРЦОМ. 6 (19) июля 1917 года
– Ваше королевское высочество! Разрешите преподнести вам в дар от нашей фирмы этот скромный знак благодарности и любви, которую, вне всякого сомнения, испытывают к вам все подданные Итальянского королевства!
Иоланда, в полном соответствии с протоколом, величественно обозначила готовность принять подношение.
Синьор Фраскини рассыпался в любезностях и буквально захлебывался от восторга, описывая прелести и достоинства подарка.
– Ваше королевское высочество! Соблаговолите оценить это чудо технической мысли. Собранный мастерами нашего предприятия автомобиль «1911 Isotta-Fraschini Tipo PM Roadster». Данный экземпляр изготовлен лично для вашего высочества и полностью собран вручную. Использованы самые изысканные материалы для отделки, а форсированный мотор позволяет разогнать автомобиль до 160 километров в час! Обратите внимание на отделку салона!
Принцесса с достоинством обошла сверкающий автомобиль, на дверцах которого красовался ее личный герб, а на радиаторной решетке горела золотом надпись «Иоланда Савойская».
Да, подарок был хорош. Во всех смыслах этого слова хорош.
– Прошу ваше королевское высочество опробовать автомобиль на ходу!
Иоланда кивнула и с высочайшим аристократизмом заняла место шофера. Двигатель взревел, и вспышки фотографов слились в сплошное сверкание, в ярких сполохах которого полированные до зеркального блеска бока и части автомобиля сияли, словно подсвеченные изнутри.
Принцесса величественным жестом подняла руку, приветствуя синьора Фраскини, столпившихся репортеров и прочих лиц, удостоенных чести присутствовать при данном событии, о котором, вне всякого сомнения, напишут во всех газетах, а модные журналы будут долго смаковать ее строгий черный наряд, сколь скромный, столь и изысканный. Все, что она сделает и скажет сегодня, будет долго на первых полосах прессы и главной темой разговоров в высшем свете. И не только в высшем, в этом нет ни малейшего сомнения.
Девушка едва удержала себя от желания прикусить губу. Нет! Нельзя! На тебя все смотрят! Будь образцом величественности и благородства!
Автомобиль тронулся с места, и Иоланда покатила на нем вокруг площади. Это не первое авто в ее жизни, машины она любила и водить умела очень хорошо. Но эта модель действительно вызвала восхищение даже на ее избалованный вкус. Было в ней что-то особенное, с благородным изяществом, пожалуй, могущее в чем-то даже посоперничать с ее любимыми породистыми скакунами из королевской конюшни.
Синьор Фраскини вот уже несколько дней умолял ее принять этот автомобиль в качестве подношения, но принцесса всякий раз отвергала, не желая связывать себя даже намеком обязательств, да и это могло нанести ущерб тому образу, который она старательно создавала все последнее время.
Но пришедшая вчера новость из Бизерты коренным образом изменила ее настроение. Невзирая на поднявшуюся суматоху, она добилась того, чтобы ее царственный отец не только принял ее, но и уделил ей целых четверть часа, что было чрезвычайно много в сложившихся условиях. Но король ее выслушал и в целом план ее одобрил, высказав лишь несколько мелких замечаний и дав пару дополнительных советов.
Затем уж у нее самой был полный встреч и распоряжений вечер, так что спать принцесса легла уже далеко за полночь. А утром нужно было не только решить все вопросы, но и выглядеть идеально!
Автомобиль плавно подкатил к ступеням дворца, где ее ждала толпа встречающих и репортеров. Грациозно покинув авто, принцесса Иоланда заговорила:
– Синьоры и синьориты, я принимаю подношение синьора Фраскини и благодарю его за все. Он учел все мои пожелания, хотя последние штрихи вносились этой ночью. Это прекрасный автомобиль, достойный королевского дома.
Она кивнула Фраскини, и тот мгновенно протянул ей какую-то табличку. Иоланда поставила изящный автограф, и пластину тут же прикрутили к приборной панели машины.
– Позднее мы заменим временную табличку с собственноручным автографом ее королевского высочества на золотую пластину с точной выгравированной копией подписи принцессы Италии.
Сказав это, Фраскини кивнул механикам, и те поспешили привести автомобиль вновь в идеальное состояние, избавляя его даже от намека пыли, которая могла осесть на машину во время короткой поездки по площади.
– Смиренно прошу ваше королевское высочество продолжать!
Иоланда обозначила кивок и заговорила вновь:
– Синьоры и синьорины, все вы знаете о той страшной трагедии, которая произошла вчера в водах Бизерты. Наша славная Отчизна потеряла своих лучших сыновей. Нет и не может быть прощения виновным. Вы все слышали высочайшее послание ко всем верным подданным, с которым сегодня обратился ко всем итальянцам мой царственный отец король Италии Виктор Эммануил III. И я могу лишь присоединить свой голос, свое слово сочувствия и поддержки всем, кто потерял родных и близких людей в этом бою.
Принцесса помолчала, обозначая траур. Подол ее черного длинного платья развевался на ветру. Повисла тишина, прерываемая лишь шелестом ветра в ветвях деревьев да стрекотом кинокамер.
– Предвосхищая неизбежные вопросы о том, зачем вас здесь собрали и зачем этот сверкающий автомобиль в такой день оказался в центре внимания прессы и общества, я хочу сделать заявление. Сегодня в Квиринальском дворце соберутся самые известные и самые богатые люди нашего королевства. Сегодня же этот, теперь уже мой, автомобиль станет главным лотом на благотворительном аукционе, на вырученные средства от которого я образую фонд «Данте Алигьери», средства которого пойдут на помощь семьям погибших, а также станут начальным капиталом, на который будет построен новый, самый великий боевой корабль в нашей истории. Естественно, имена всех, кто сделает приобретения на этом благородном аукционе, всех, кто сделает пожертвования в фонд, будут опубликованы в специальном именном издании фонда, а также будут переданы прессе. Италия должна знать имена тех, кто готов быть в трудную минуту верным сыном своей Отчизны.
Говоря все это, принцесса тщательно следила за своим лицом, мимикой, жестами, за тем, в каком ракурсе ее видят фотографы и кинооператоры. В этом деле впечатление может испортить любая досадная мелочь, после которой обсуждать будут не ее заявление и ее фонд, а какой-нибудь неосторожный жест или взгляд.