Цикл романов "Новый Михаил". Компиляцияю Книги 1-7 (СИ)

– И какими вы видите эти общие идеалы?
– Народовластие, равенство прав и возможностей, равенство перед законом, справедливость, Конституция, дух и буква которой священны. В России сейчас происходят очень мощные процессы, которые в чем-то даже можно назвать революционными. Массы пришли в движение, народная энергия трансформирует Россию в свободное и современное государство. Уверен, что в самое ближайшее время будут приняты законы о всеобщем тайном и равном избирательном праве, об избирательных правах для женщин, о снижении до 18 лет минимального возраста для голосования на выборах. Никаких ограничений по вероисповеданию, расе, национальности, полу, социальному положению и происхождению, никаких имущественных цензов. Всеобщее равенство будет отражено в избирательном законе. Точно так же будут сняты все подобные ограничения для государственной службы, армии и других сфер общественной жизни.
Американцы переглянулись. Ну, да, многого из провозглашенного мной не было в этот момент и в самих Штатах.
– Мне кажется, это именно те идеалы, которые близки и народу Соединенных Штатов, не так ли?
Судя по их лицам, я их таки добил. Суворин, заметив наметившуюся паузу, дал новый толчок интервью.
– Джентльмены, у кого есть вопрос?
Представительный американец откашлялся, прежде чем задать свой вопрос.
– Джек Моррис, «Уолл-стрит джорнэл». Деловые круги Соединенных Штатов с интересом изучают изменения в вашей стране. Однако провозглашенная вашим величеством концепция Освобождения многих настораживает, а некоторых, прямо скажем, пугает. Кое-кто видит в этом покушение на частную собственность и угрозу социализма. Думаю, что читателям нашего издания было бы интересно получить разъяснения, что называется, из первых уст. Могли бы вы чуть подробнее коснуться этого момента?
– Что ж, опасения бизнесменов мне понятны. Боюсь, что понятие солидарного социального общества действительно может иметь неоднозначное толкование. Однако думаю, что для подобных опасений нет никаких оснований. На самом деле мы говорим о создании более гармоничного общества, в котором каждый его член берет на себя определенную солидарную ответственность за всеобщее благо. И роль государства в этом обществе сводится лишь к регулированию общественных и экономических процессов, обеспечивая как защиту интересов всех слоев нашего общества, так и гарантию развития и неприкосновенности бизнеса в России.
– А как это будет выглядеть на практике?
– Интересы общества защищаются твердым трудовым законодательством, законодательством о деятельности профессиональных и рабочих союзов, антимонопольным законодательством, законами о социальном, пенсионном и медицинском страховании. Интересы же бизнеса будут защищены жестким и понятным законодательством, четкостью и прогнозируемостью налогов и сборов, гарантией равенства перед судом и полной нетерпимостью к коррупции. И заметьте, лично я ожидаю в России начало экономического бума в самое ближайшее время. И это не просто надежды, ведь нам предстоит бурное развитие экономики, увеличение производств в десятки и сотни раз по таким направлениям, как машиностроение, в особенности сельскохозяйственное, энергетическая сфера, ускорение развития всех видов транспортной инфраструктуры, освоение новых технологий и многое другое. Все это даст возможность всем, кто вовремя вложил деньги в бурный рост нашей экономики, получить на этом очень хорошие прибыли.
– Простите, ваше величество, но многие деловые люди в Америке опасаются чрезмерного бюрократизма в России. Говорят, что очень трудно прогнозировать прибыль, когда не знаешь, кому сколько и когда нужно платить, и при этом большая часть подобных трат никакими законами не регулируется и зависит лишь от масштаба жадности местных или центральных чиновников, которые к тому же постоянно меняются. А значит, невозможно не только прогнозировать прибыль, но и быть уверенным хоть в чем-то. Что приводит к интересу лишь к краткосрочным и максимально рентабельным проектам.
– Знаете, мистер Моррис, очень многое зависит от четкости позиции и твердости центральной власти. Если власть в целом и правоохранительная система в частности будет придерживаться жесткого курса на искоренение коррупции, на экономический бум и на гарантии прав собственности и инвестиций, то нет и не будет никаких препятствий для успешного бизнеса в моей стране. А я намерен лично курировать данный вопрос. Более того, я собираюсь учредить специальный совещательный комитет по американским инвестициям, в который войдут американские инвесторы и высшие представители исполнительной власти России. Причем членов этого комитета будут выбирать сами инвесторы, путем голосования за своих представителей. Все вопросы, жалобы и предложения будут всесторонне изучаться, и на все вопросы будет максимально быстрая реакция. В общем, все инвестиции в Россию будут защищены, и американские бизнесмены, разумеется при соблюдении российского законодательства, могут смело вкладывать деньги в Россию. Более того, мы примем программу льгот и преференций для всех, кто будет открывать в нашей стране различные производственные и сборочные цеха. Я хочу, чтобы вы передали американскому бизнесу следующие мои слова: «Добро пожаловать в Россию! Мы ждем инвестиций, технологий, производств, мы хотим торговать, Россия – надежный, быстрорастущий и привлекательный рынок. Ваш бизнес в России будет защищен законом и гарантиями на самом высоком уровне государства».
 
Джек Моррис кивнул.
– Да, прозвучало сильно. Но многих волнует ситуация, которая складывается вокруг французских инвестиций. На фоне обострения межгосударственных отношений есть опасения, что Россия откажется выплачивать долги и нарушит свои обязательства. Эти соображения настораживают многих представителей американского бизнеса, заставляя их более осторожно и осмотрительно подходить к вопросу сотрудничества с Россией.
– Думаю, что опасения не имеют под собой почвы. Как бы ни развивались наши межгосударственные отношения с Францией, на наши финансовые обязательства это никак не повлияет. Знаете, мой далекий предок, император Петр Великий, однажды сказал, что Россия гарантирует выплаты по векселям России, размещенным в Амстердаме, даже в случае открытой войны между Голландией и Россией. Я не вижу причин менять наши традиции в этой сфере.
– Вы прогнозируете возможность войны с Францией?
– Боже упаси!
– Русский посол убит в Париже, – напомнил Моррис, – а в России ширится мнение, что Великобритания и Франция стояли за попытками государственного переворота. Отношения между вашими странами стремительно ухудшаются. Москва буквально бурлит, сейчас на улицах просто толпы разъяренных русских.
– Я думаю, что возмущение моих подданных понять можно. Не думаю, что американцам бы понравилось, если бы их посла убили в Париже.
– Да, но все винят в убийстве французов, а между тем этому нет никаких доказательств. Как вы это прокомментируете?
– Если бы это печальное событие рассматривалось отдельно от общего контекста, то да, но контекст очень нехороший, что превращает печальное событие в событие откровенно тревожное.
– Разве можно быть уверенным в том, что дело не примет более острый оборот?
– Да, проблемы есть, но я надеюсь, что мы их благополучно разрешим. Как вы верно заметили, Россия не являлась и не является инициатором ни одной из существующих проблем между союзниками. В любом случае инвестициям в Россию ничего не грозит. Положение в империи стабилизировалось, власть сильна и полна решимости провести необходимые реформы.
– Вы не боитесь революции?
– России сейчас меньше всего грозит революция. Во всяком случае, куда меньше, чем другим странам Европы. Сейчас в России скорее шумно, но кризис уже миновал.
– Ваше величество прогнозирует революцию в Европе?
– Я ничего не прогнозирую, но ничего и не исключаю. Революции происходят там, где власть отказывается замечать очевидное и делает вид, что ничего менять не нужно. К сожалению, мы наблюдаем сейчас обострение этой проблемы. А когда такое происходит, то эта территория становится не лучшим местом для бизнеса.