Бьёрн Магнуссон (СИ)

— Поздравляю вас, мистер Вильямс, — она с удовольствием посмотрела на значок, который Магнуссон прикрепил к мантии. — Завтра вы получите вот такой перстень.
Бьёрн посмотрел на её руку, на которой проявилось замысловатое массивное кольцо из платины, украшенное тёмно-синими камнями.
К этому времени все остальные кандидаты получили свои значки и вернулись к наставникам. После чего началось обсуждение книг, которые планировалось использовать для обучения детей в новом году. Затем один из докладчиков стал рассказывать о собственных исследованиях, которыми он занимался у себя в Японии. Бьёрн внимательно запоминал сидящих в зале людей. Когда-нибудь подобные знакомства могут пригодиться.
На другой день всё прошло даже проще. Они с миссис Макгонагалл вошли в гораздо более скромное помещение, где сейчас находилось всего около сорока человек. Был здесь и Дамблдор. Он приветливо кивнул им обоим, но подходить не стал. Они с Минервой остановились перед креслами магистров на небольшом подиуме, и Макгонагалл уверенно произнесла:
— Мой ученик, Бьёрн Вильямс претендует на звание мастера трансфигурации. Его несомненный талант и упорство позволили ему подняться гораздо выше обычного волшебника. Он сумел добиться максимально возможного уровня в трансфигурации. Превращение самого себя в анимагическую форму с сохранением человеческого разума!
Магистры заинтересованно зашумели, председатель поднял руку:
— Ну, что же, мистер Вильямс. Практика — мерило истины. Продемонстрируйте нам ваши достижения.
Бьёрн кивнул, отошёл в сторону и мгновенно сменил форму. Председатель посмотрел на Макгонагалл, потом на Дамблдора. Те разрешающе кивнули, и он направил на Бьёрна целый каскад диагностических заклинаний. В воздухе появились таблицы графиков, трансфигурационных формул, тысячи вычислений. Все магистры начали внимательно их изучать, возбуждённо обмениваясь мнениями.
— Идеально! — председатель с уважением посмотрел на Дамблдора. — Вы, англичане, не перестаёте удивлять мир. Даже у оборотней не бывает такого идеального превращения, которое демонстрирует подопечный вашей ученицы. Заметьте, Альбус. Крепость тела молодого человека значительно выше, чем у обычного медведя. Не удивлюсь, если на него не подействует большинство заклинаний начального и среднего уровней. Смотрите, он замечательно использует преобразования Фурье в обратном превращении. Это действительно ранг мастера, сто́ит признать!
Бьёрн между тем вернул себе человеческую форму и поклонился важному собранию. Макгонагалл едва сдерживала торжествующую улыбку, стоя в стороне.
— Кхм, кхм, — председатель торжественно поднялся и посмотрел на остальных волшебников. — Ну что, коллеги? В наш просвещённый век, в ряду семерых известных миру анимагов появился новый талант. Достоин ли мистер Вильямс присвоения ему звания мастера трансфигурации?
Несколько секунд переглядываний, а потом зал зааплодировал. Многие магистры поздравляли Дамблдора, и тот не скрывал довольной улыбки. Макгонагалл просто светилась от счастья. Наконец, шум стих, все магистры вытащили палочки и хором произнесли довольно длинное заклинание, запуская ритуал. Из палочек вырвались тёмно-синие лучи, и в воздухе засияло маленькое солнце, которое выстреливало во все стороны яростными протуберанцами и постепенно сжималось. Через какое-то время свечение погасло, а в воздухе завис небольшой аккуратный перстень из платины. Крупный сапфир в центре загадочно сиял. Кольцо опустилось в руку председателя, он подошёл к Магнуссону.
— Поздравляю вас, мистер Вильямс, — старый волшебник в цветастом халате выглядел внушительно. Бьёрн чувствовал, что тот ненамного слабее, чем Дамблдор. Когда кольцо очутилось на пальце Магнуссона, председатель приобнял его за плечи и сказал:
— А теперь, молодой человек, можете идти праздновать, а мы побеседуем с вашей наставницей. Возможно, она открыла неизвестный до сих пор способ подготовки анимагов. Это очень интересно. А поздравить её со званием магистра, вы сможете позже.
Бьёрн поклонился всем присутствующим и вышел. Через полчаса он уже гулял по Манхэттену, разглядывая спешащих по улицам людей. Нью-Йорк оказался таким же шумным, как Лондон. Он посидел в каком-то кафе, а потом вернулся в гостиницу, где они остановились. Правда, Минерва постучалась в его номер только на следующий день. Выглядела декан львиного факультета, как кошка, налопавшаяся сметаны. Казалось, Минерва даже помолодела.
 
— Собирайтесь, мистер Вильямс, мы возвращаемся в Англию.
— Поздравляю вас, магистр Макгонагалл, — улыбнулся Бьёрн, в душе́ немного недоумевая. Насколько же ей важны эти звания и должности? Комплекс отличника, не иначе. Самому Бьёрну было безразлично, что он теперь мастер. Магнуссон не собирался таскать перстень, тем более делать его видимым. Главное, что это даёт ему авторитет в общении с другими волшебниками, возможность покупать некоторые материалы по льготным ценам и полезные связи.
— Благодарю вас, мистер Вильямс, — Макгонагалл важно кивнула. — Престиж Хогвартса, как лучшей школы Европы в очередной раз подтверждается. В том числе и благодаря вам.
Бьёрн проверил номер и вышел в коридор. Макгонагалл появилась из своего, почти одновременно с ним. Они вернулись в Министерство магии, и через двадцать минут уже выходи́ли из портального зала в родной Англии. Ещё полчаса и Бьёрн, наконец-то, оказался в Хогвартсе.
«Завтра на занятия, — Магнуссон про себя устало вздохнул. — Хорошо хоть на трансфигурацию ходить не надо и в «Запретную секцию» не потребуется брать пропуск. Всё же у мастеров есть привилегии. Конечно, они предназначены для преподавателей, но он-то теперь тоже мастер». Бьёрн вошёл в комнату, поприветствовал друзей, принял душ и завалился спать.
***
Грюм и Доркас вышли из лечебницы святого Мунго. В памяти звучали последние слова целителя Гиппократа Смитвика: «... и я ничего не понимаю». Уже который год они старались завести ребёнка, но у них ничего не получалось. Грюм предлагал слетать в Швейцарию, но жена только отмахивалась. Закончится война, вот тогда и будем заниматься собой, а сейчас надо подготовить аврорат к противостоянию «неизвестным» бандитам.
Так, официально называли людей, скрывающих лица за серебряными масками. Хотя все вокруг прекрасно знали, что это орден «Пожирателей Смерти». Однако только недавно в Визенгамоте начали поговаривать о том, что следует запретить деятельность любых военизированных политических структур, не подчиняющихся Министерству. Притом что действующий министр магии Гарольд Минчум активно предлагал запретить «Пожирателей Смерти», а представители древнейших и благороднейших родов требовали того же, в отношении «Ордена Феникса».
— Мои осведомители принесли интересную информацию, — довольно ухмыльнулся Грюм, пропуская вперёд Доркас. — Эта русская сволочь, Долохов, построил домик в нашей родной Шотландии, представляешь? Как говорится, темнее всего под свечой. Но теперь ему не скрыться, мы обязательно его поймаем. А потом на заседании Визенгамота русский поведает всем, кто на самом деле виноват в нападениях на мирных волшебников. Возьму с собой Прюэттов и десяток-другой, доверенных мракоборцев. Этот мерзавец очень опасен.
— Я тоже иду с тобой, — отрезала Доркас.
— Конечно, милая, — Грюм крепко поцеловал её в губы. — Очистим Англию от этой плесени. Прокля́тым инородцам нет места на нашей земле. А там Альбус и до его хозяина доберётся.
— Если мы сами раньше не поймаем Волдеморта, — Доркас беззаботно рассмеялась. — Я думаю, он просто умело раздувает свою славу сильного мага, а сам не лучше, чем любой из его прихвостней.
— Посмотрим, — Грюм взял её за руку, приготовившись к парной аппарации. — Если Волдеморт примчится спасать своего дружка, вместе их и схватим.
В Старом Абердине, прямо на центральной площади, возле покрытой мхом статуи полураздетого мальчика, из аппарационной аномалии сноровисто выскочил отряд мракоборцев во главе с Грюмом и Медоуз. Скрытые невидимостью волшебники целенаправленно двинулись на север в сторону бывшего поместья рода Фразёр. Характе́рные цилиндрические башни с зубчатыми парапетами, увенчанные полумесяцами, были хорошо видны на фоне городской постройки.