Любовный треугольник (СИ)

Могло ведь быть намного хуже. От одной мысли внутренности в узел сворачиваются.
Развернувшись, Давид, собирается выйти из кухни, но я ловлю его пальцы своими.
- Спасибо тебе…
- За что? – обернувшись, удивленно вскидывает бровь.
За что…?
За то, что помогаешь, несмотря ни на что… За то, что не ненавидишь, хотя я и знаю, что тебе тяжело… (Слышала, как он узнавал у Мариам про Олю на днях перед отъездом…) За то, что хоть ты и не любишь меня, но я продолжаю чувствовать себя защищенной.
В слова все это облачить у меня не получается. Но, вероятно, он читает ответ в моих глазах, потому что взгляд его становится понимающим и мягким.
Осторожно забрав свои пальцы, указывает ими на стол.
- Стол освобождай. Я пока сделаю заказ и в душ схожу после дороги.
  
63 Ани
 
Мама звонит уже третий раз.
Стиснув в ладони мобильный, поднимаю руку и отпрашиваюсь выйти из аудитории.
Сегодня Гор с ней, и пока я торопливо шагаю к двери, уже успеваю себе придумать как минимум десять вариантов того почему она так часто звонит. И каждый из этих вариантов заканчивается скорой помощью.
- Да, мам? – принимаю вызов, еще даже не успев закрыть за собой дверь в аудиторию.
- Ой, Ани, наконец-то. Доченька, мы с Гором едем к тебе. Ты сможешь уйти?
- Эмм… случилось что-то?
- Нет. Но так получилось, что меня записали на сегодня к врачу. Следующая запись аж через две недели, а ты же знаешь, как у меня колени болят. Пусть бы уже прописали что-то. Гора с собой в больницу тащить не хочу. Там вирусы и народу много. И так болел часто. Сможешь перехватить его? Мы уже в автобусе.
Хмурюсь, но конечно соглашаюсь. Мама очень мучается с коленями. Ей ходить тяжело, а приходится. С Гором ведь на месте не посидишь. Пока Катерина на несколько дней уехала к своей дочери в гости, приходится снова оставлять сына с мамой…
Я еще никогда не отпрашивалась с пар. Некоторые мои одногруппники прогуливают с завидной регулярностью, а я не могу. Один раз только три дня пропустила, когда сама заболела и провалялась с температурой.
От волнения начинает тарабанить пульс, потому что сегодня у нас лекция и в аудитории несколько групп сразу. Как отпроситься-то, Господи? А если не отпустят?
Втянув нервно воздух в легкие, открываю дверь.
- Кислоты, основания и соли допускаются к применению для изменения кислотности пищевого продукта, другими словами, для придания продукту кислого вкуса. К ним относятся: винная, молочная, янтарная, уксусная, яблочная и другие кислоты; гидроксиды магния, натрия, калия, - диктует профессор, пока я шагаю к его кафедре.
Подойдя, топчусь на месте, пока он меня не замечает.
- Слушаю Вас.
- Извините пожалуйста, Виктор Сергеевич, - лепечу, чувствуя, как краснею, - можно мне уйти с пары?
- По каким причинам?
- Мне нужно ребенка забрать. Незапланированно. Я прошу прощения, больше такого не повторится и лекцию я обязательно выучу.
- Ну, ребенок – это святое, конечно идите, Даниэлян, - махнув рукой на дверь, он снова возвращается к своей лекции, а я пока забираю сумку, чувствую на себе десятки любопытных пар глаз.
Что ж, теперь похоже все в курсе, что у меня есть дети.
- Всё нормально? – шепотом спрашивает Лена, - случилось что-то?
- Нет, потом расскажу, - улыбаюсь ей.
- Наберешь.
- Ладно.
Когда я выбегаю на улицу, мама с Гором уже ждут меня около скамейки. Сын, заметив меня, несется в мою сторону, а мама нетерпеливо поднимается.
- Прости, доченька, но другого времени у них не было.
- Ничего. Беги. – улыбаюсь ей, целуя щеки Гора, - Потом позвонишь, скажешь что врач сказал.
- Хорошо. Пока-пока.
Развернувшись, мама слегка прихрамывая, уходит в сторону остановки, а я занимаю место на той же скамейке.
Домой идти не хочется. Погода солнечная и теплая. Весеннее солнце приятно греет кожу, и хочется немного погреться в его лучах.
Гору такая погода тоже по душе, потому что он начинает собирать одуванчики. Подняв голову к верху, прикрываю глаза.
Нужно будет обязательно взять лекцию, которую я пропущу и выучить. Виктор Сергеевич интересно подаёт материал. Но особенно мне нравятся его практические занятия. Когда можно испытать новые соединения продуктов, которые раньше мне казались несопоставимыми.
 
- Мама, на, - мне на колени ложится небольшой самодельный букет из одуванчиков.
- Спасибо, милый, - взяв подарок сына в руки, утыкаюсь носом в маленькие цветы, - мне очень приятно.
- Я еще принесу. Вон там много, - круто развернувшись на пятках, он бежит в противоположную сторону как раз, когда со ступеней спускается какой-то парень.
Не успев затормозить, Гор врезается в его ногу и почти падает на попу, но парень успевает его подхватить за руку.
Спохватившись, бегу к ним.
- Ты как, нормально? – вернув сына в вертикальное положение, парень с улыбкой оглядывает его.
- Да, - кивнув, Гор возобновляет движение по своему курсу, а я облегченно выдыхаю.
- Извините пожалуйста. – осматриваю его светлые джинсы и с ужасом замечаю грязное пятно от земли на колене.
- Ничего, - усмехается молодой человек, пытаясь отряхнуть землю.
- У меня влажные салфетки есть, но боюсь, что ими только хуже сделать можно. Пусть высохнет, а потом придется постирать… Мне жаль, простите.
- Да ладно тебе, нашла проблему, - насмешливо смотрит на меня. – Это же ребенок, что с него взять-то?
- Мама, иди сюда, - зовёт Гор.
- Мама? – брови парня удивленно взлетают вверх, - я думал сестра.
С ответом не нахожусь, поэтому просто жму плечами.
Не дождавшись меня, Гор подбегает и вручает мне еще три цветочка.
- Там еще есть, - тыкнув пальцем, уносится обратно.
- Спасибо, - кричу ему в след, чувствуя на себе слегка шокированный мужской взгляд.
- Повезло мальцу с такой мамой красивой.
Мне немного неловко от комплимента, хоть и приятно.
- Спасибо, я пойду, - прохожу мимо него, отчего-то улыбаясь.
Вечером, когда мы с Гором забираем Арсена из сада, отправляемся через парк домой. Гуляем, ужинаем, а потом, когда мальчики смотрят мультики, я сажусь за домашнее задание.
Давид в последнее время снова приходит очень поздно, а уходит рано. Мы практически не пересекаемся. Открытие ресторана забирает массу времени, поэтому, когда он звонит в одиннадцать, я не удивляюсь.
- Привет, едешь уже? – отвечаю на звонок.
- Привет, нет. Я сегодня здесь останусь ночевать.
От неожиданности теряюсь.
- Где здесь? В ресторане?
- Да. Еще дела есть, разгребаю коробки, а завтра утром встречаю подрядчиков. Смысла мотаться туда-сюда нет.
Заторможено встаю из-за стола. Все это время Давид ночевал дома. Исключением было только, когда он пару раз улетал в Ереван. В груди болезненно тянет и давит. Умом понимаю, что это логично, проще там остаться, ведь ресторан находится на противоположном конце города, но шестое чувство вопит об опасности.
- Давид…
- Да?
Слова разбегаются, и я не знаю, что сказать. Открываю и закрываю рот, так и не вытолкав то, что крутится на самом деле на языке.
- Ты не голодный? – спрашиваю вместо этого.
- Нет. У вас всё хорошо?
- Да, - подхожу к окну, всматриваясь в ночную темноту и зачем-то, сама не знаю зачем, говорю, - мне сегодня один парень сказал, что я красивая.
Затаиваюсь в ожидании, а с того конца звучит равнодушное:
- Сложно не заметить очевидное.
Прикрываю глаза и проглатываю ком в горле. Ему все-равно…
- А завтра приедешь домой?
- Посмотрим, как управлюсь.
- Ясно…
- Спокойной ночи.
На следующий день Давид все таки приехал….
Но с тех пор не ночевать дома он стал все чаще и чаще…
  
64 Давид
 
- Охуенно, - констатирует Битеев, обойдя зал. – Особенно стены мне нравятся.