Дикая сердцем

– Как она к этому отнеслась?
Джона уже несколько лет не видел свою мать.
Он тяжко вздыхает.
– Они хотят приехать к нам.
– О боже, это действительно происходит.
Целая неделя с матерью моего парня, которую я никогда не видела, и отчимом, которого Джона презирает. Добавьте сюда моего отчима-психоаналитика и мать, которая суетится из-за мелочей, и все это вместе может стать просто катастрофой.
– А?
Я отмахиваюсь от своих тревог.
– Это здорово! Значит… Наш дом будет полон гостей.
Нам действительно нужен обеденный стол.
– Ага. – Джона фыркает. – Обе пары родителей и Агги с Мейбл? Как, черт возьми, мы собираемся всех их уместить здесь?
– Агнес и Мейбл тоже приезжают?
– Конечно, они приезжают.
Если я добьюсь своего, к тому времени они уже будут жить здесь.
Джона мотает головой.
– Может, мы поселим мою маму и Мудака в гостинице?
– Мы не можем поселить их в гостинице на Рождество после того, как они прилетят к нам из Осло.
– Отлично. Может быть, тогда в гостиницу переберемся мы, – бормочет он, застегивая ремень. – Интересно, сколько будет стоить построить один из таких домиков, как у Мак-Гивни? Мы могли бы построить такой, чтобы поселить их на неделю. У нас достаточно земли для этого.
Я смотрю, как Джона достает из другого ящика футболку и натягивает ее через голову, скрывая от моих глаз свое тело.
Но в моей голове уже крутятся другие мысли. Сейчас самое подходящее время.
– Эй, а ты не мог бы уделить мне полчаса? Я хочу тебе кое-что показать.
* * *
Дверные петли шумно скрипят.
– Положи его сюда. – Я киваю на небольшой валун.
Джона подпирает дверь, и мы входим внутрь.
Его любопытные голубые глаза блуждают по четырем темным углам.
– Не могу поверить, что Фил ничего не рассказал нам об этом месте.
– Я тоже.
Я рассказала Джоне о старом домике еще в тот же день, когда Оскар попал в медвежий капкан, и хотела привезти его сюда, но прошло какое-то время, а домик все стоял тут заброшенный.
Но не забытый.
– Что ты думаешь о том, чтобы отремонтировать его?
– Этот дом? – Джона в задумчивости поглаживает бороду, пока медленно обходит кругом, осматривая стены. – Я не знаю. Он слишком маленький. И это будет недешево.
– Все не так плохо, как кажется. – Я робко улыбаюсь. – Я уже пригласила одного парня из Анкориджа, который реставрирует старые дома, чтобы он посмотрел его и составил смету. Его зовут Стив, и он сказал, что постройка очень добротная, и похоже, Фил поддерживал его в хорошем состоянии все эти годы.
– Значит, что-то он ремонтировал, а? – язвительно спрашивает Джона, но улыбается. – Как долго ты вынашиваешь этот план?
– С тех пор, как здесь побывала Диана, а потом и Агнес с Мейбл. – Я пожимаю плечами. – Мне нравится, когда рядом есть люди. У нас невероятно красивое место. Мы могли бы сдавать его в аренду на выходные. Выставить на Airbnb. Уверена, что парочкам он придется по вкусу.
Джона выходит на улицу и смотрит вверх.
– Понадобится новая крыша.
– А еще окна, водонепроницаемое покрытие, отопление, водопровод, подъездная дорожка… – перечисляю я все расходы, которые уже прикинула. – Я искала способы сделать его экологичным. Думаю, это было бы здорово, как думаешь? Иметь функциональный домик тут. И посмотри, как близко он расположен к воде.
Я пробираюсь сквозь деревья, поправляя ружье, перекинутое через мое плечо, и раздвигаю ветки, чтобы добраться до скалистого берега в десяти метрах от нас. После инцидента с медведем в прошлом месяце Джона установил на нашем заднем дворе мишень. Так что я научилась заряжать ружье и стрелять.
Джона подходит ко мне, чтобы взглянуть на озеро и наш бревенчатый домик на противоположном берегу.
– Ты и подумать не мог, что он прямо здесь.
– Нам придется срубить несколько деревьев, чтобы отсюда открывался хороший вид. – Он смотрит на домик позади нас с того места, где мы стоим. – Мы не успеем доделать его к Рождеству. Без шансов.
Я медленно выдыхаю.
 
– Вообще-то я вроде как уже наняла Стива и начала. Все разрешения были получены на этой неделе. Они прорубят дорогу через лес, а затем выполнят все строительные работы снаружи и проведут водопровод до снегопада, чтобы в ноябре заняться внутренней отделкой. Вот почему я решила не улетать в Торонто – чтобы быть здесь и следить за ходом работ. И я знаю, что мы договорились обсуждать большие траты, а это гораздо больше тысячи долларов, но это то, что меня очень вдохновляет. Я пыталась найти правильный способ рассказать тебе, потому что боялась, что ты решишь, будто я сошла с ума.
Я затаиваю дыхание и улыбаюсь ему с надеждой.
У Джоны отвисает челюсть. Он смотрит на меня с выражением, которое никак, кроме шока, и охарактеризовать нельзя.
И мне хочется успеть выложить ему все свои фантастические планы, пока он не взорвался.
– Итак, дорога будет ответвляться от главной вон там. – Я указываю на дальний конец озера. – А потом мы можем использовать всю эту древесину от срубленных деревьев, чтобы построить еще один дом – что-нибудь побольше – для Агнес и Мейбл, чтобы они в нем поселились, потому что мне понравилось, когда они гостили здесь, и я думаю, что если появится место, куда они смогут переехать, то Агнес согласится…
– Выходи за меня.
Мои бессвязные слова замирают в горле.
 – Что?
Джона берет мои руки в свои и притягивает меня к себе. Его серьезные глаза блуждают по моему лицу.
– Выходи за меня, Калла.
Мое сердцебиение, которое и так было учащенным, теперь стучит прямо в ушах, пока я ищу слова.
– Это потому, что я действовала за твоей спиной и потратила огромную кучу денег?
– Нет. – Он наклоняется вперед, прижимается лбом к моему лбу, и его дыхание скользит по моим губам. – Потому что я хочу быть здесь, когда ты будешь ремонтировать эту старую хибару, строить дом для Агги и Мейбл, и еще тысячу других домиков на нашей земле, если ты того захочешь. Я хочу быть здесь во время всего этого. – Его горло с трудом сглатывает. – Ты думаешь о будущем? Что ж, я тоже, и я не хочу никакого будущего, в котором не будет тебя.
Я выдавливаю дрожащий смешок. В последний раз, когда Джона намеревался сделать мне предложение, это было запланировано. Теперь же мы стоим в зарослях, я облита спреем от насекомых, а через мое плечо перекинуто ружье. Я не ожидала ничего подобного. Не здесь, не сегодня.
– А как же «не торопиться»?
Он убирает с моего лба пряди выбившихся волос.
– Думаешь, мы торопимся?
– Нет, – качаю я головой.
– Я тоже.
Внутри меня поднимается волна нервозности, возбуждения и переживаний, готовая вырваться наружу. Мои глаза горят от слез счастья.
– Ты точно уверен? Потому что ты не можешь спросить меня о чем-то подобном, а потом передумать.
Меня охватывает чувство дежавю – я вспоминаю раннее утро в аэропорту в ноябре прошлого года, в окружении суеты путешественников, когда я решила изменить всю свою жизнь. Хотя, по правде говоря, она навсегда изменилась еще в тот момент, когда я встретила Джону.
– Я никогда в жизни не был так уверен в чем-либо, – отвечает он, обхватывая мое лицо ладонями и прижимаясь губами к моим. – Это значит «да»?
– Мой ответ тебе всегда будет «да», Джона. Да.
Поцелуй, которым он прижимается к моим губам снова, глубокий и медленный.
– У меня даже нет кольца с собой. То есть оно у меня есть, но оно в доме…
– Я знаю. Я его уже видела.
Джона отстраняется и поднимает брови.
– Оно выпало из кармана твоего пальто. Это было совершенно случайно, клянусь! И оно прекрасно.
Он заключает меня в свои объятия, и над водой разносится его мелодичный смех.
* * *
Я ставлю пищевой контейнер с ужином – пряное пенне с говядиной и домашними помидорами – на крыльцо, а потом в шоке пялюсь на появившегося Роя.