НеНужный (СИ)

Стоило только вновь почувствовать её рядом, как в мозгах Егорова привычно переклинило. Не осталось никого и ничего важнее этого ощущения. И аромата с лёгкими цветочными нотками, которым пропахла она вся. И Стас не выдержал. Уткнулся в изгиб девичьей шеи и с шумом втянул в себя её запах. 
— Я его убить готов только за то, что он на тебя смотрит, — признался едва слышно.
Арина, будто очнувшись, резко дёрнулся прочь. Мужские руки вынужденно сжались на тонкой талии крепче. А зубы чувствительно прикусили тонкую кожу на её шее.
— Если ты сейчас сбежишь от меня, я за себя не ручаюсь, — предупредил Стас с яростью в голосе. — Хватит испытывать мою выдержку на прочность, принцесса. Она и так из-за тебя ни к чёрту уже очень давно.
Арина послушно замерла.
— Отпусти, — попросила негромко, положив ладони поверх его.
— Зачем? — усмехнулся Егоров, едва осязаемо целуя её за ушком. — Чтобы ты убежала к своему жениху? Нет уж. Сперва мы с тобой поиграем, а потом… я тоже ещё подумаю, отпускать тебя или лучше всё же запереть там, где никто не найдёт. Тебе какой вариант больше нравится?
Наравне с последними словами Стас развернул девушку к себе лицом. Но от себя не отпустил, продолжив крепко держать за талию одной рукой. Второй — подцепил подбородок, вынуждая запрокинуть голову и смотреть исключительно в его глаза.
— Так какой вариант, принцесса?
И да, в этот момент он не помнил ни о её предательстве, ни о том, что ведёт себя едва ли лучше её собственного отца, принуждая подчиняться навязанным правилам. Похрен на всё! Пусть только рядом будет всегда.
— Отпусти, — снова попросила Арина.
Вот только в зелёных глазах ни намёка на мольбу. Зато полно желания. А приоткрытые губы так и манят впиться в них поцелуем.
— Нет, — хрипло ответил Стас, проводя пальцем по нижней губе девушки. — И не проси. Я лучше сдохну, чем отпущу тебя к нему.
Последнее произнёс настолько тихо, что и сам не понял, то ли действительно вслух сказал, то ли про себя подумал. Да и какая разница, когда она смотрит на него так, что дышать становится всё труднее и труднее, а сердце бьётся в груди, заглушая все посторонние звуки, в том числе и крики разума. И лишь её тихий вздох напополам со стоном в этой тишине, как самый громкий выстрел.
— С ним ты так же стонешь? — прошептал Стас, ловя очередной её вздох уже губами.
Арина промолчала. Лишь задышала тяжелее, не сводя своего взора с лица Егорова. 
— Так же? — переспросил он уже с яростью, не дождавшись ответа. 
Толкнул девушку к стене, нависнув сверху, и принялся задирать подол её платья.
— Нет! — тут же опомнилась Арина, перехватив его за запястья. — Давай просто поговорим, Стас…
— А я что делаю, Прохорова? — деланно удивился Стас, жестоко ухмыляясь, совершенно не обращая никакого внимания на сопротивление девушки, продолжая сминать бархатную ткань. — Говорю. И между прочим, ты так до сих пор не ответила на мой вопрос, — развернул её к себе спиной, вплотную прижимаясь сзади.
Арина буквально распласталась грудью по холодной стене. И контраст между ней и горячим телом возбудил её ещё больше. 
Парень носом уткнулся в девичий затылок, окончательно задирая подол до талии, а следом уложил руки на оголённые бёдра, чуть сжав.
— Стас… — в очередной раз выдохнула Арина, впиваясь ногтями в твёрдую поверхность камня.
— Так же? — повторил он, чуть толкнувшись бёдрами вперёд, в то время как пальцы скользнули между ног девушки, приласкав прямо поверх нижнего белья. — Да или нет, принцесса? Стонала с ним? Стонала?
— Да… 
Сознание Егорова разлетелось на тысячи острых осколков, стоило только представить её в чужих объятиях, как она выдыхает другое имя, подаётся навстречу не его губам и рукам, не под ним выгибается…
Пальцы наверняка до боли впились в нежную кожу, оставляя отметины, но уж слишком сильно запекло в груди, и слишком велико было желание наказать ту, что его предала. 
— И как? — прошептал довольно спокойно Стас, вопреки испытываемым эмоциям. — Понравилось? — поддел края кружевного женского белья и потянул его вниз.
 
Арина в попытке пресечь происходящее дёрнулась в очередной раз. Вот только силы слишком неравны. Да и желания бурлит в крови не меньше. Так что сопротивление было скорее показательным, призванным разжечь в её искусителе ещё большее желание. И надо сказать, у неё получилось. 
Звонкий шлепок в качестве наказания и тихий вскрик, полный неожиданности, раздались в тишине балкона, сильнее заведя обоих. 
— Понравилось?
— Да…
— Сука, — выдохнул Стас, резко вторгаясь пальцами в горячую глубину. — Какая же ты… 
На этот раз не договорил. Замер, тяжело дыша, дрожа от неудовлетворённости. Всё потому, что:
— И с чего я должен это делать? — спокойно, но немного напряжённо говорил проходящий мимо балкона Аксёнов.
— Потому что мы оба знаем, что в итоге всё равно будет по-моему, — ответил его дед.
Заслышав знакомые голоса столь рядом, Арина дёрнулась прочь. Безрезультатно. Стас только сильнее вжался в неё всем телом, а пальцы скользнули в ней так правильно и нужно, что протяжного стона сдержать не удалось.
— Стас… — позвала она Егорова с ужасом.
— Ч-ш… ты же не хочешь, чтобы нас услышали?
Арина не хотела. Как и не желала, чтобы всё это продолжалось. Слишком больно билось сердце в груди от его присутствия рядом. Самого Стаса нисколько не волновало ни наличие возможных свидетелей, ни её отношение к происходящему. Наоборот. Стоило услышать голос ненавистного теперь уже точно врага, как разум заволокло пеленой ярости. И снова в голове замелькали вспышки-кадры о том, как его принцесса проводит ночи с другим. И не только ночи.
— То есть я должен отказаться и от невесты, и от ребёнка, которого она, возможно, уже носит? И всё потому, что так сказали вы? — продолжал говорить тем временем Аксёнов.
А у Стаса, кажется, в груди биться перестало. Словно ледяной водой окатило, остужая кровь, но последующая волна всё той же ярости вскипятила её до прежней температуры и выше. Мужские пальцы выскользнули из желанного тела, а через миг Арина уже прижималась к стене спиной. Рука Егорова сомкнулась на её горле, в голубых глазах застыла чистейшая ненависть.
— Беременна? — едва слышным сиплым шёпотом переспросил он у неё. 
А самого уже откровенно трясло от гнева и жажды убийства. Наверное, войди сейчас Илья на балкон и ему точно бы уже никто не смог помочь. Стас бы его голыми руками придушил. Точно так же, как сейчас почти душил Арину.
— Стас… — положила девушка ладонь на его запястье.
В зелёных глазах ни капли страха. Только просьба и ожидание. А ещё море сожаления. И Егоров действительно отступил. Отпустил. Даже на шаг отошёл. Смотрел на неё и не верил. 
Этого просто не может быть!
Не может и всё тут!
— Ты… беременна? — переспросил и без того очевидное, уставившись на плоский живот Арины. — От него?
А у самого в висках начинало стучать всё громче. Тем более, девушка продолжала молчать. Только глядела с мольбой.
— Да или нет? — сорвался Стас, уже не заботясь о том, что может быть услышан.
Но видимо, ещё недавно разговаривающие дед и Аксёнов уже успели покинуть этаж, потому что на его выкрик так никто и не явился. Да и плевать на них. Тем более что Арина опять не спешила отвечать.
— А знаешь, плевать мне! — рывком вернулся он к ней. — Похрен! 
Наравне с последним словом, впился в её губы болезненным поцелуем. Подол платья снова взлетел до талии. На этот раз до того быстро, что Арина не успела среагировать. Только ахнуть от неожиданности.
— Стас, погоди, остановись, — прошептала она едва слышно, попытавшись остановить наметившееся безумие.
Только как он мог остановиться? Сейчас. Ощущая её так рядом. Настолько близко, что тепло её тела вмиг смешалось с его. Пропитало каждую клетку организма, ударяя в пах, вынуждая дышать через раз, чтобы сохранить в разуме хотя бы остатки контроля. Который рухнул вместе с протяжным стоном, когда он, приподняв Арину за бёдра, одним толчком наполнил собой.