Конфликты и войны после распада СССР

Американский посол Стивен М. Янг (Stephen М. Young) из кожи вон лез, доказывая, что его страна не вмешивается в ход киргизских выборов, Что же касается президента Акаева, то он, по словам оппонентов, только и твердит об американском вмешательстве [8].
С 1992 года США израсходовали в Кыргызстане 746 млн долл., а все наши старые знакомые — Национальный демократический институт (National Democratic Institute), Международный республиканский институт (International Republican institute), Международный фонд избирательных систем (International Foundation for Election Systems), «Freedom House» и другие неправительственные организации (НПО), финансируемые США, — проявляют такую активность в этой маленькой нищей стране? Как сказал сам посол, «в пересчете на душу населения мы тратим в Кыргызстане больше денег, чем в любом другом центральноазиатском государстве: благодаря нашему партнерству с Кыргызстаном эти программы помощи — одни из самых эффективных на всем пространстве бывшего СССР» [9].
По чистому совпадению, особенно много НПО действует в Ферганской долине, где и начались безпорядки:
• Национальный демократический институт имеет представительства в Джалалабаде и Карасуу — крохотном городке на границе с Узбекистаном, Агентство США по международному развитию (USAID) и американский Корпус мира — в Оше [10].
• USAID финансирует массу мероприятий (чтобы привести полный список, здесь просто не хватит места), в том числе деятельность крайне необъективных СМИ вроде «Internews».
• Фонд Евразия (Eurasia Foundation), председателями которого являются Марти Ахтисаари (Marti Ahtisaari), Мадлен Олбрайт (Madeline Albright), Джеймс Бейкер (James Baker) и Лоуренс Иглбергер (Lawrence Eagleberger) — создал отделения в Бишкеке и Оше. Среди спонсоров этого фонда — Philip Morris, «ЮКОС», «Citigroup», и, конечно, щедрые американские налогоплательщики [11].
«Комиссия по делам демократии», существующая непосредственно при посольстве США в Бишкеке, финансирует СМИ, в том числе радио- и телестанции [10]. «Freedom House» открыл представительство в Бишкеке в ноябре 2003 года: сегодня он издает в Кыргызстане 60 газет и журналов. (В Ташкенте представительство этой организации возглавляет бывший американский дипломат Роберт Фридман (Robert Freedman): последним его местом службы было посольство США на Украине). Хотя посол Янг и утверждает, что американская помощь НПО не носит политического характера, помощники госсекретаря Элизабет Джонс (Elizabeth Jones) и Лорн Крейнер (Lome Craner) специально прибыли в Бишкек на открытие типографии, оборудованной на средства Бюро госдепартамента по вопросам демократии, прав человека и труда, соросовского Института открытого общества и норвежского МИДа. Законным владельцем типографии является фонд «Центр поддержки СМИ» — орган, который считается «<и^1^^;зской НПО», вот только пост его председателя занимает американский сенатор Джон Маккейн (John McCain), а в состав правления входит бывший советник Президента США по национальной безопасности Энтони Лейк (Anthony Lake). И наконец, следует отметить, что одним из лидеров киргизской оппозиции является бывший посол в США Роза Отунбаева, чья партия «Ата-Юрт», ранее имела статус НПО и специализировалась на проектах по водоснабжению и озеленению [12].
Как именно «Ата-Юрт» перешла от посадки деревьев к захвату заложников, не совсем ясно, однако пройденный ею путь наглядно показывает, что разграничи
тельная линия между обеспечения честных выборов» и политическим
вмешательством не такая четкая, как пытается нас уверить посол Янг. Розу Отунбаеву можно отнести к самой радикальной и непримиримой части оппозиции. Адахана Мадумарова, депутата парламента Киргизии прошлого созыва, причисляют к умеренным. «Оппозицию можно поделить на три категории, — считает Мадума-ров. — Есть меркантильная оппозиция, которая критикует власть, но с оговоркой: если бы вы это делали вместе с нами, все было бы хорошо. Есть спонтанная оппозиция, которая воспользовалась моментом и хочет урвать свой куш. А есть классическая оппозиция, которая системно борется, критикует власть, не выводя народ на улицы. В данном случае классическая оппозиция проигрывает — народ требует решительных мер» [13].
 
Как это ни странно, не менее разветвленная сеть отделений НПО действует и по другую сторону границы — в узбекской части Ферганской долины.
23 марта около полудня в Бишкеке на площадь неподалеку от Дома правительства стали стягиваться представители местного молодежного оппозиционного движения. Из притормозившего у обочины автобуса выскочил спецназ. Словно нож сквозь масло, бойцы ОМОНа прорезали толпу, отработанным маневром разбив ее на мелкие группки и окружив. Зачинщикам заломили руки за спину и потащили их в кутузку, а саму территорию принялись планомерно зачищать. Через пятнадцать минут площадь была девственно пуста. По ней бродили только десятки растерянных журналистов: никто не ожидал, что власть разгонит митинг. И уж никто не предполагал, что-оппозиция из грозной силы вдруг превратится в горстку испуганных школяров, схваченных железной рукой ОМОНа за шиворот. В отличие от Киева и Тбилиси в Бишкеке кровопролития избежать не удалось. К концу первых суток революции было известно о 15 погибших и 360 раненых. Когда толпа молодых людей ворвалась в бишкекский Белый дом, где находиться администрация президента и правительство, стало понятно, что Киргизия стала очередной страной, события в которой журналисты назовут революционными, а новую власть — «освободительной».
Основные события, позднее завершившиеся «победой революции», начинают разворачиваться в 10 часов утра 24 марта 2005 года на окраине столицы. Митинг оппозиции, среди участников которого выделялись дети 6–7 лет с розовыми повязками на головах и транспарантами «Акаева — в отставку!», открывает глава МВД Кешенбек Душенбаев. Он заявляет: «Все акции должны идти мирно» и призывает демонстрантов не допустить братоубийственной войны.
Место у микрофона занимает лидер «Народного движения Кыргызстана» Курманбек Бакиев. Он заявляет, что присоединяется к требованиям народа об отставке Аскара Акаева, правительства, ЦИКа и губернаторов, допустивших нарушения закона на выборах. Митингующие движутся в центр, на площадь перед Домом правительства. По договоренности с МВД колонну пропускают беспрепятственно. По дороге к ней присоединяются жители окраин Бишкека и приезжие с юга республики. Агрессивно настроенная молодежь еще до штурма Дома правительства принялась бить стекла в автобусах и забрасывать камнями стоящих в оцеплении милиционеров. Призывы и уговоры организаторов митинга не нарушать общественный порядок толпа не слышит. Лидеры оппозиции не в состоянии контролировать толпу. Дальнейшее происходит уже помимо их воли. Когда шествие оппозиционеров достигло площади перед семиэтажным Домом правительства (он же Президентский дворец, он же Белый дом], в ряды митингующих ворвались несколько десятков мужчин и спровоцировали драку. Нападавшие, которых было значительно меньше, чем демонстрантов, были отброшены, но эта стычка имела катастрофические последствия. Сотни разгоряченных людей, в основном молодых, вооруженных кольями, обрезками арматуры, камнями, смели милицейское оцепление и ворвались в здание. Внутри толпа стала все крушить, бить стекла, выбрасывать из окон папки с документами. После короткой ожесточенной стычки силам правопорядка пришлось спасаться бегством. Итог столкновения — сотни раненых с обеих сторон, особенно среди сотрудников правоохранительных органов. Приказа на использование силы солдаты внутренних войск и милиция так и не получили.
Аскар Акаев с семьей и ближайшими соратниками успел покинуть Дом правительства за несколько минут до штурма, отдав приказ не применять силу против манифестантов.
Спустя пять минут после штурма здание правительства превращается в настоящий муравейник. Коридоры заполнены людьми. Лидеры оппозиции во главе с Курманбеком Бакиевым закрываются в комнате за залом заседаний, у дверей встает охрана. '