Лаванда для отца-одиночки (СИ)

— Лаванда, пойдём, ты сама посмотришь, — папа решительно берёт её за руку и ведёт к обезглавленному дракону.
Главный ствол дерева сломан, но — не перерублен и не оторван. Да, если подпитать волокна, то есть шанс, что приживутся обратно. Только шанс, всего один из многих. Потому что… нужно много силы, она даже не знает, есть ли у неё столько, или же нет.
— Погодите, Лаванда, господин Венсан, — вмешивается господин Филибер. — Нужно всё зафиксировать, обязательно.
— Фотографий достаточно? — спрашивает невысокая, обманчиво хрупкая седая дама — тьфу ты, это же профессор Саваж, декан боевого факультета. — И фотографии должны быть сделаны профессионалами, или будет достаточно любых?
— Я уже вызвал фотографа из управления, но он снимает испакощенный фонтан и, полагаю, будет рад помощи свидетелей. Главное — чтобы на фото было видно всё случившееся безобразие, — кивает господин Филибер.
— Вот и славно. Молодёжь, идите сюда. Нет, самая-самая молодёжь, — отмахивается от кого-то, и Лаванда понимает, что людей-то ещё прибыло — кое-кого из них она видела, когда они с Тео забирали Эжени из гостей.
— Бабушка? — улыбнулся молодой человек, очень похожий на супруга важной дамы, герцога Саважа, профессора некромантии.
— Жанно, иди сюда тоже, будешь командовать. И веди тех, кто ничего не понимает в садах, фонтанах, и что тут у нас ещё. Флинн, Антуан, кто тут ещё из наших? Клодетт? Отлично. Антуан, представь мне своих родственников.
Старший из братьев Долле тут же подобрался, вытянулся, сгрёб за шиворот самого младшего и предъявил его.
— Это Стеф, мой самый младший брат, госпожа профессор. А это ещё один брат, Фред.
Фред сидел на ступенях, обхватив за плечи Эжени, и на неё надели какую-то куртку — правильно, холодно уже. Они поднялись — вместе с Трофеем, который смирно сидел у Эжени на руках.
— Эжени Жервез, — она протянула руку. — А вы бабушка Мари-Изабель, которая ждёт её дома с часами? То есть уже не ждет.
Госпожа профессор с интересом взглянула на обоих внуков.
— Это наша госпожа профессор, — пробормотал Антуан.
— Всё верно, это наша с Жанно бабушка, — разом с ним сказала Мари-Изабель.
Госпожа профессор пожала протянутую руку и поинтересовалась:
— Дочка Теофиля, значит. А кот?
— Это наш Трофей, он бы подрал этих… людей, но дверь в дом была заперта, и ему не дали.
— А господин некромант?
— Это Луи Тьерселен, наш одноклассник и друг, — к Эжени вернулась её обычная уверенность. — И если мы можем что-то сделать, то мы готовы.
— Нужно в деталях снять все разрушения и повреждения. И сдать это всё детективу Долле и его фотографу из управления магической полиции.
— Фред, мы всё скинем тебе, а ты — своему дяде, да? — Эжени отпустила Трофея на крыльцо и достала телефон.
— Можно так, — кивнул Фред.
— Тогда делимся, кто куда пойдёт.
— Рассказывай, что тут у вас есть, — подключился профессорский внук.
— О, у нас тут много, две части сада, зеркальные друг относительно друга, главная аллея, и вот эта площадка перед домом с фонтаном. К обеим беседкам ведёт лабиринт, не заблудитесь, хорошо? А заблудитесь — зовите! Мы с Фредом придём и вас спасём!
Воодушевлённая молодёжь навыпускала осветительных шаров и рассредоточилась по саду. А Тео сказал, что в особых обстоятельствах можно побеспокоить человека поздним вечером в субботу, потому что — форс-мажор. И Лаванда решилась связаться с Кристин и рассказать ей, что случилось, и что нужна помощь. И Кристин тут же отозвалась, и согласилась помочь, и господин Долле даже помог доставить её сюда быстро при помощи портала магической полиции.
— Идём и смотрим, что нужно сделать немедленно, — Кристин, как всегда, говорила спокойно и взвешенно. — Твои родители правы, можно спасти и топиар, и кипарис, и остальное тоже сейчас оценим.
— Если что-то терпит до завтра, мы позовём Розу и Камиллу, это две другие наши дочери, — сказал папа.
— Благодарю, господин Венсан, мы сейчас сориентируемся, — кивнула Кристин.
— Папа, они же, ну, в Руанвилле, — не поняла Лаванда.
 
— Придумаем что-нибудь, — отмахнулся папа. — Раз уж в ночи собралась такая команда помощи и поддержки, то днём это будет ещё проще. И вообще, какие отличные у твоего Тео друзья!
— Не только у Тео, ещё и у Эжени, — сказала Лаванда. — Вся молодёжь — это от неё или через неё. У них был бал в школе, — вздохнула она.
— Я думаю, все эти молодые люди счастливы, что попали в приключение, — усмехнулась госпожа профессор. — Так что — совместными усилиями справимся.
— Вот, Лаванда, слушай, что старшие говорят, — усмехнулся папа. — И командуй, лучше тебя здесь никто деталей не знает.
Тео подошёл и обнял, и от него исходила невероятная уверенность — мы справимся.
И тогда она поняла, что возьмется ещё раз и сделает это ещё раз. Просто потому, что иначе нельзя.
И справится.
* * *
Друзья, у меня внезапный личный форс-мажор. Поэтому продолжение выйдет в субботу.
  
35.2
 
35.2
Лаванда оглядела случившуюся у неё команду — родители, Кристин, четыре девушки с земляного факультета Академии, одна из них — это Лои, а ещё три — очевидно, её однокурсницы. И… что они умеют?
Но если они как Лои, то знать и уметь должны примерно столько же, да?
И дальше они пошли командой по саду, определить — что делать в первую очередь прямо сейчас, а что ждёт до утра или вообще до понедельника.
— Голову дракону будем приращивать обратно сейчас, — весомо сказала Кристин. — И будем делать это все вместе. И нужна будет шина — деревянная или металлическая. Мы используем каркас, который поддерживает конструкцию, но место перелома ствола нужно будет укрепить дополнительно, все согласны?
Лаванда была согласна, мама с папой — тоже. Студентки внимали — явно они ничего такого никогда не делали, а Лаванде, кстати, разок доводилось, но очень уж давно.
Дальше пошли осмотреть кипарис, который попытались срубить. И расположен он был так, что без него в стройной линии деревьев образовалась бы некрасивая дыра, не просто так на него нацелились, а по очевидной причине. Только вот интересно, кто подсказал? Базиль, что ли, он ведь приятель Дина?
Господин Филибер по её просьбе привёл Дина — за ним присматривал один из сотрудников полиции, сбежать не должен. А Лаванда подумала — вот бы ей сейчас энергию Эжени, она бы из него всё вытрясла!
— О чём его следует спросить, госпожа Венсан? — официально спросил её господин Филибер.
— Откуда вообще в его голове завелась идея напакостить здесь! И кто подсказал про это дерево, почему взялись рубить именно его!
— Так это, ты ж мне наврала, что у тебя муж, а оказалось — нет никакого мужа! Не могла прямо сказать? — злобно ответил Дин.
— Прямо ты не слышал. Или тебе тоже нужно что-нибудь отрубить и краской гадость написать, чтобы ты понял? Рассказывай давай!
Видимо, господин Филибер подтолкнул Дина к откровенности, и тот раскололся. Да, Базиль познакомил их с Роже — вышло случайно. Роже почему-то тоже считал, что Лаванда обидела его отказом, и он-то как раз и придумал всю композицию. И дальше Базиль разве что рассказал в целом о работе здесь — и то рассказал Роже, а не Дину, и его ещё придётся спросить, какого дьявола ради он это делал! От него узнали про дерево, которое уже один раз пытались срубить, и о том, что сегодня вечером никого не будет дома, потому что все собираются в Оперу.
И что же, эти идиоты посмотрели, во сколько заканчивается спектакль, и предположили, сколько времени потребуется, чтобы доехать сюда из Оперы на такси. И полагали, что управятся. Они не предусмотрели возвращения Эжени, да ещё с господином Филибером — не подумали, что она где-то отдельно. И не предусмотрели того, что сад, оказывается, может защищаться.
Не только Роже, о, не только его сцапали кусты, всем им досталось — приходилось выдираться, и некоторые разрушения возникли как раз от того, что выдирались из кустов при помощи всех подручных средств. И потом, когда пытались срубить кипарис, топор дважды соскальзывал, и Дину повезло — если б не толстые ботинки, быть бы ему с порубленной ногой.