Лаванда для отца-одиночки (СИ)

А в пятницу второй недели пребывания Эжени в школе после обеда с Тео связалась её классная наставница и спросила, можно ли с ним побеседовать в ближайшее время. Тео согласился — наверное, какой-нибудь технический вопрос, да? И написал, что готов.
— Здравствуйте, господин Жервез, — тут же откликнулась в зеркале рыжая учительница.
— Здравствуйте, госпожа Бойд, — кивнул он. — Какие-то проблемы?
— В перспективе — да, и немалые, — тут же сообщила она.
— Рассказывайте.
— Понимаете, Эжени раньше не жила среди магов и не общалась с магами. Она совершенно не представляет себе правил жизни в магическом сообществе. Её образ действий — можно всё, если поймали — повиниться или сбежать, а спустя некоторое время начать сначала.
— И… что же она делает?
Госпожа Бойд вздохнула и улыбнулась.
— Пытается давить ментально на учителей. Ей уже даже пару раз сказали, что так делать не следует, она оба раза извинилась, и на следующий день была готова пробовать снова.
Давить? На учителей? Зачем? Тео не понимал. Всё равно ж будет известно.
— И что ей нужно от учителей?
— Чтобы не спрашивали по тем предметам, которых она не знает.
— Так, и каких предметов она не знает?
— Эжени отлично справляется с математикой и физикой, лучше многих. У неё нет и не может быть никаких проблем с англицийским языком. Всё хорошо с информатикой и физкультурой. Но она не знает истории — и это понятно, у неё раньше преподавалась другая история, о здешней же самое абстрактное представление. Также она не знает и франкийской литературы, и не готова дома читать, при том, что с языком, как она и говорила, всё хорошо — говорит, читает и пишет она грамотно, и в её речи почти нет сленговых выражений.
— Ещё не выучила, наверное, — меланхолически добавил Тео. — Научится.
Госпожа Бойд рассмеялась.
— Очевидно, так, — кивнула она. — Так вот, Эжени пытается воздействовать на госпожу Кили, чтобы та не спрашивала у неё домашнее задание. И на господина Триплена, историка. Но они маги, и ей не удаётся. Каждый уже побеседовал с Эжени, а после второго-третьего раза и со мной. Я думаю, вам тоже стоит попробовать.
Тео хмыкнул. Это что, упорство, нежелание признать, что как раньше, уже не будет, или что-то ещё? И как построить разговор, чтобы дошло?
— А как у неё с одноклассниками?
Госпожа Бойд усмехнулась не слишком весело.
— Понимаете, там всё то же самое. Но в отличие от учителей, одноклассники отвечают ей тем же. Почти все, до кого она успела дотянуться.
— О, значит, успела не до всех?
— С таким же новичком Фредом Долле у неё не то нейтралитет, не то договор о сотрудничестве. Он даже позавчера защитил её от агрессии девочек. А Луи Тьерселен — некромант. Его она не трогает, или знает, что бесполезно, или просто не трогает.
— А проблема-то в чём? Чего от них от всех хочет Эжени?
Госпожа Бойд вздохнула.
— Как и от преподавателей — чтобы что-то делали, или не делали, или не говорили, или наоборот, говорили. Она привыкла так действовать, и привыкла, что ей сходит с рук. А теперь — нет. И кажется, удивилась, когда обнаружила, что и сама может стать объектом чужого воздействия. Она даже толком не умеет защититься, между прочим, настолько привыкла к безнаказанности. Я понимаю, что всё это от того, что Эжени росла вне магического сообщества. Но теперь уже не так, и ей нужно научиться жить среди себе подобных. На занятиях магией ей тоже трудно, кстати, потому что силы много, а контроля нет, и никогда в нём не было нужды. Одноклассники в этом плане умеют больше неё, просто потому, что их учили, а её — нет.
— Я понял, госпожа Бойд, — медленно кивнул Тео. — Я поговорю с Эжени. Ну, попробую, — усмехнулся он.
— Отлично, в союзе с вами и мне будет проще, — улыбнулась в ответ она.
Тео глянул на часы — Эжени должна вот-вот приехать из школы. Значит, поговорим.
Она появилась, как обычно — громко поздоровалась, убежала наверх, где с прошлой недели обустраивала себе комнату, через некоторое время скатилась по перилам вниз.
— Папа, ты какой-то загруженный.
 
— Ни за что не догадаешься, кто меня загрузил.
— Нет, конечно. Расскажешь?
О, уже без попыток воздействия, и то хорошо.
— Конечно. Скажи-ка, неужели тебе никто не говорил, что вторгаться в чужое личное пространство ментально — нельзя?
— Нет, а что? Что будет-то? — и смотрит настороженно, собралась и закрылась.
— Будет в зависимости от того, что и кому ты сделаешь. Кто-то закроется от тебя, кто-то ответит тем же. Кто-то может ответить иначе, словами или магической силой. И что ты будешь делать тогда?
— Вообще-то они отвечают, — пробурчала Эжени.
— А ты бы что делала на их месте?
— Не знаю, — вздохнула она.
— Давай договоримся, что ты не будешь больше так делать. Ни с учителями, ни с одноклассниками. Кстати, что у тебя с защитой от воздействий?
— Плохо у меня с защитой, — она уставилась в пол. — Я ж этому не училась. А все могут.
— Если человек растёт среди магов, то выучивается быстро, — усмехнулся Тео.
У него-то оба родителя были магами, и он довольно рано наловчился прятать кое-какие свои мысли. Ничего серьёзного, как он сейчас понимал, но тогда ему бы не хотелось, чтобы об этом знали.
— А я выросла в зачуханном районе Новой Массилии, — мрачно сказала Эжени. — Откуда я буду всё это знать, скажи?
— Ты знаешь многое, у тебя, как я понимаю, всё хорошо с языками, и с некоторыми предметами тоже, не самыми простыми. Госпожа Бойд говорит, что по её предмету ты отлично успеваешь.
— Правда, да? — она даже голову подняла. — А мне показалось, она уже пожалела, что со мной связалась, ей же все на меня уже успели пожаловаться. А она тебе тоже пожаловалась, да?
— Мне не показалось, что пожаловалась, — покачал он головой. — Твоя классная наставница выглядит разумным человеком.
— А ещё она красивая, — сообщила Эжени, поглядывая из-под ресниц. — И не замужем, мы спросили.
— Это сейчас вообще не имеет значения.
— А что имеет? То, что я плохая?
— Ты не плохая, ты нормальная. Просто не умеешь жить среди магов. И тебе придётся научиться это делать. Начнём с защиты?
— Хорошо, — тут же согласилась она.
И дальше они около часа тренировались — Эжени ставила защиту, а он её продавливал, и наоборот. У неё выходило неплохо — для её возраста и умений. Ничего, думал Тео, натренируется.
Но весь этот разговор отчётливо хотелось запить. Поэтому он убедился, что дома есть еда, потом связался с Филибером — но тот оказался занят, и тогда он просто пошёл в ближайший бар — совсем рядом, на улицу святого Бальтазара.
* * *
Друзья, скидки продолжаются!
Сегодня у нас  Магический 18 век и попаданка Женя , и —  первый том истории про барышню Ольгу.
  
9.2
 
9.2
Он не успел не то, чтобы заказать и выпить, а даже и расположиться возле стойки — потому что увидел скандал, да не просто скандал, а ещё и с лавандовой Лавандой в главной женской роли. Она встретилась Тео на крыльце дома, удивительно нарядная и очень симпатичная, совсем не как обычно. Сказала, что её ждут. Но кажется, её нужно спасать. В таких ситуациях людей обычно нужно спасать, даже если они и не занимаются облагораживанием свалившегося на тебя сада.
Он подошёл и поинтересовался, не нужно ли что-нибудь сделать. Лаванда зависла — вот прямо ощутимо зависла.
— Вы желаете остаться? Или готовы уйти? — спросил он, нужно ж уточнить.
Вдруг они каждую пятницу так развлекаются?
— Г-г-готова, — запинаясь, проговорила она.
— Нужно что-то оплачивать?
— Н-нет, я уже заплатила за свой лимонад, — пробормотала она.
— Тогда идёмте, — он взял её за руку и вывел на крыльцо бара.