Магия любви (СИ)

— Может, тебе стоит рассказать ему о своих чувствах? — наивно предложил Чимин.
Тэхён издал нервный смешок.
— Он убьет меня тогда.
— Хосок не такой. Он поймет.
— Он ненавидит меня, Чимин, — уверенно заявил Тэхён. — А еще это проклятье. Мне не хватает одних поцелуев. Теперь постоянно жарко, и кости словно выкручивает. Как ты это терпишь?
— Я могу потерпеть, — напрягся Чимин. — Лучше эти недомогания, чем … Юнги-хён.
— Тебе так не нравится Шуга? — озадаченно спросил Тэхён, ведь раньше ему казалось, что Чимин хорошо относится к рэперу.
— Мне не нравится, когда меня целует парень. И я…
Чимин внезапно замолчал, натягивая рукава кофты Юнги до самых кончиков пальцев.
— Что? — подтолкнул его Тэхён. — Эй, я тебе столько своих секретов рассказал, не молчи!
— Я боюсь его, — выпалил Чимин.
Тэхён не понял.
Да, Юнги иногда, да что уж там, почти всегда вне камер выглядел пугающе хмурым, но все они знали, что внутри Шуга довольно мягкий и заботливый.
— В смысле?
— Не знаю! — взвился Чимин. — Мне это неприятно, противно и мерзко. Я не хочу, чтобы он прикасался ко мне. Не хочу!
— Но… ты … тебе ведь становится хуже без него, — осторожно произнес Тэхён, не ожидая такой бурной реакции.
— Лучше пусть я умру! — выпалил Чимин. — Я знаю, что мне сейчас будет плохо. Мне противно от того, что вопреки всему меня тянет к нему, да я даже от запаха его кофты с ума начинаю сходить. Но я не хочу никакого секса!
— Оу. Ты уже о сексе думаешь? — шутливо произнес Тэхён, желая разрядить атмосферу, пока Чимин совсем не съехал с катушек.
— Придурок, — Чимин заехал ему по голове подушкой. — Все равно этим все должно закончиться. И… мы умрем? Тебе не страшно?
— Страшно, — признался Тэхён.
Он не был готов умереть. Это несправедливо. Он же еще так молод! В это вообще не верилось, но, когда без Хосока его накрывало приступом, Тэхён с пугающей ясностью понимал — это не шутки, он, действительно, может умереть без Хосока. Но даже если Хосок решится на секс с ним, Тэхён не был уверен, что потом сможет собрать себя из осколков и быть прежним. Быть рядом с Хоупом, зная, каково это, целоваться с ним, просыпаться в одной кровати, чувствовать его прикосновения, и при этом снова отстраниться, делая вид, что все в порядке, что совсем не хочется удавиться.
— Мне тоже страшно, — шепотом произнес Чимин. — Если бы я встретил эту Джиха, я бы убил ее голыми руками, — с ненавистью прошипел он, сворачивая в воздухе руками.
— Нет, надо бы придумать ей смерть поизощренней, — поддержал его Тэхён.
Они стали придумать разные проклятья, которым могли бы подвергнуть чокнутую девчонку. Оба понимали, что занимаются ерундой, но, превращая все в шутку, становилось чуточку легче. Ничего другого они все равно не могли сделать, ведь ничего путного им выяснить так и не удалось, несмотря на то, что они облазили весь Интернет, разговаривали почти со всеми экстрасенсами Сеула и обращались к самопровозглашенным ведьмам. Но все оказывалось пустышкой, а Проклятье между тем действовало по-настоящему.
Разговор с Чимином помог Тэхёну немного расслабиться и сбросить часть груза с плеч. Он улыбался, когда выходил из его комнаты, несмотря на скручивающую боль от жажды, несмотря на поднимающуюся температуру. Тэхён подумал о друге и о том, как Чимин переживет эту ночь без Юнги. И надо было компании отправить Шугу и Гука на чертову съемку! Тэхён не думал, что трюк с одеждой сильно поможет Чимину, но надеялся, что Чимин справится и дождется приезда Юнги.
В раздумьях он направлялся к своей новой спальне, пытаясь определить, что будет для него самого лучше — что бы Хосок вспомнил о нем сейчас или забыл. В спальню он входил со смешанными чувствами. Было уже поздно, но Хосок еще не спал. Он лежал на кровати и читал книгу, но оторвался от нее на скрип двери.
 
Тэхён неловко замялся. В последние дни он всегда ложился первым, а Хосок приходил к нему, быстро целовал и уходил. А сейчас они оба просто смотрели друг на друга. Тэхён не выдержал первым, опустил взгляд. Он не хотел видеть отвращение на лице любимого человека, поэтому собирался взять сменную одежду и уйти в другую комнату. Может, Чимин и прав. Лучше пусть будет больно физически, чем вот так, когда душу в клочья от одного лишь взгляда.
— Тэхён, давай сделаем это, — не смотря на него, произнес Хосок.
«Чтобы мне не нужно было больше целовать тебя», — повисла в воздухе недосказанная фраза.
— Если это способ избавиться от проклятья, давай воспользуемся им, — добавил Хосок. — Тебе же станет лучше после этого, верно?
«Это тебе, хён, станет лучше».
— Сейчас? — смело поднял Тэхён голову.
— Э… можно и сейчас, — кивнул Хосок. Он был таким близким, рукой подать и то, о чем Тэхён мог раньше мечтать, сейчас могло осуществиться, только почему-то хотелось плакать.
Но Тэхён заставил свой голос звучать ровно и твердо. Он ведь хороший актер, ему многие это говорили.
— Хорошо. Давай сейчас.
— Хорошо, — Хосок отложил книгу и повернулся к нему. — Тебе не нужно подготовиться или еще что-то? — неуверенно спросил он.
— Резинка есть? — нахально спросил Тэхён, будто для него в порядке вещей вот так прыгнуть в чужую койку.
— Есть.
Пока Хосок потянулся к своей тумбочке, Тэхён быстро стянул с себя всю одежду с таким остервенением и резкостью, что едва не разорвал ее. Было больно, обидно и неприятно, но если Хосоку станет после этого легче, то он не имеет право пасовать. Хоуп достал презерватив и положил его поверх тумбочки.
— Можешь выключить свет? — нерешительно попросил Тэхён, чувствуя, как решимость в нем тает с каждой секундой.
— Да.
Хосок, кажется, тоже терял боевой настрой. Его потерянный взгляд резал не хуже ножа. Лучше не видеть, представить, что это не Хосок делает больно, не тот близкий друг и любимый, а кто-то другой.
Тэхён забрался на кровать.
— Сам сможешь или нужна допстимуляция? — игнорируя Хосока, спросил Ви. — Могу отсосать, если хочешь. Разница между женским и мужским ртом ничем не отличается.
— Не надо, — неожиданно грубо оборвал его Хосок. — И часто ты пользуешься своим ртом не по назначению?
Тэхён улегся на живот и подложил под себя подушку.
— Я же гей, забыл? — хмыкнул Тэхён, сжимая руки в кулаки. И плевать, что он ни разу в жизни не делал минет.
— Тэ…
— Представь себе Соён свою, так быстрей дело пойдет, — оборвал его Тэхён, силясь подавить назревающую в груди истерику.
«Не делай этого. Хосока, пожалуйста, не делай этого».
— Как скажешь.
Зашуршала одежда. Хосок, кажется, не собирался быть сдержанным и осторожным. Пусть. Может, тогда глупое сердце перестанет ждать несбыточного.
— И много у тебя было парней? — прижавшись к нему, спросил Хосок. Тэхён напрягся, ожидая грубости. Он неприятен Хосоку, его ненавидят. Не так себе Тэхён представлял свой первый раз, хотя в мечтах и был Хосок. Но все происходило не так.
— Достаточно.