Отвергни меня (ЛП)

— Будь со мной груб, малыш, — выдохнула я.
— Мне не хочется играть в твои игры, Эвелин. Так что прекрати, — выговорил он своим глубоким баритоном. Тем не менее, он не отошел от меня ни на шаг. Комната была небольшой, но я проскользнула между ним и стеной, и у меня было не так много места, чтобы пошевелиться. У него, однако, было достаточно места, чтобы уйти.
— Давай, Парнишка-Джейми. Я могла бы заставить тебя чувствовать себя намного лучше. — Я использовала прозвище, надеясь, что это снимет его напряжение. Добавила движение своими бедрами к его, чтобы продвинуться еще на шаг вперед.
Очевидно, это стало последней каплей для Джеймсона, потому что следующее, что я помню, это то, что меня прижали к стене позади меня, его руки зарылись в мои волосы, а его губы крепко прижались к моим, густая щетина на его щеках царапала меня. Я была благодарна, что сегодня распустила свои длинные волосы. Если бы не это, я бы пропустила ощущение, как его толстые пальцы тянут меня за них, чтобы запрокинуть мою голову назад и впиться в мои губы.
На мгновение я застыла в шоке от того, что губы Джеймсона прижались к моим. Мы так долго играли в эту игру, что я никогда не думала, что она доведет ее до такого. Я предполагала, что он выйдет из себя, но я никогда не думала, что он, наконец, уступит и поцелует меня вот так. Я справилась с шоком, не зная, как долго это продлится, и стала активной участницей.
Я приоткрыла губы и позволила его языку коснуться моего, поощряя его двигаться дальше. Я хотела, чтобы он почувствовал вкус моего желания. Если ему нужно было что-то, чтобы отвлечься от стресса, который он испытывал из-за Луэллы, тогда я была готов стать этим чем-то.
Луэлла.
Как это повлияет на нашу с ней дружбу? Я колебалась всего мгновение, прежде чем отбросила все мысли в сторону, зная, что наша дружба не изменится, несмотря ни на что. Братаны важнее шлюх и все такое.
Он отстранился, чтобы перевести дыхание, и я потянулась вперед и прикусила его нижнюю губу, успокаивая ее облизыванием, прежде чем снова втянуть в рот. Я так долго смотрела на его полные губы, что хотела воспользоваться возможностью запечатлеть их в памяти и дорожить каждой секундой этого поцелуя. Жар поглотил меня, и потребность распространилась по мне.
Мне нужны были его руки на мне.
Мне нужны были мои руки на нем.
Мне нужно было больше.
Одна рука скользнула под мою юбку и переместилась вверх, чтобы приземлиться на мою голую задницу. Слава Богу, что существуют стринги. Я бы не хотела упустить ощущение его большой, горячей руки на моей коже.
Моя голова откинулась на стену, оставляя шею открытой в качестве приглашения. Мне было трудно сосредоточиться на том, что ощущалось лучше: агрессивный массаж моей задницы, широко раздвигающий меня, или влажные, сердитые поцелуи и укусы в шею. Я всегда задавалась вопросом, что бы я сделала с ним, если бы мне дали шанс, и вот я здесь, в состоянии только держаться за его сильные плечи, пока он насилует мое тело.
Когда его губы опустились к моей ключице и ниже, к вершинам грудей, я поняла, что мне нужно что-то сделать, чтобы заставить его опуститься ниже. Мои руки начали расстегивать пуговицы моей кремовой блузки, но пальцы так сильно дрожали, что я с трудом смогла расстегнуть их.
Он прикусил мягкую ткань моей груди и заставил меня вскрикнуть. Блядь, он был агрессивен. Не желая, чтобы он останавливался, я обхватила ногой его бедро, прижимаясь к нему, позволяя ему получить доступ к моей киске. Он был так близко, я хотела, чтобы он прикоснулся ко мне. Я хотела, чтобы он сорвал с меня трусики и трахнул меня.
— Трахни меня, Джеймсон. Да, — подбодрила я его.
Он переместил свободную руку на другую мою ягодицу и приподнял меня на стену, заставляя обхватить его обеими ногами. Кружево моих трусиков не было преградой против шероховатости его джинсов, и я наслаждалась тем, как они трутся о мой клитор.
— Это то, чего ты хочешь, Эвелин? Чтобы я поддался своему желанию? — прорычал он мне в шею. — Всегда ходишь, покачивая сиськами. Всегда дразнишь меня своими подтянутыми ногами, говоришь, что хочешь, чтобы они обхватили мою талию. Мое лицо.
 
Я действительно старалась носить топы с глубоким вырезом, когда могла находиться рядом с ним. Мне нравилось, как вспыхивало его лицо, когда он видел, что я наклонилась.
— Даже не думала, что ты заметил, — выдохнула я. Я была удивлена, что вообще могла говорить, когда его рука пробиралась к передней части моих трусиков.
— Ох, Эви. Я всегда замечал. Знаешь, сколько раз я дрочил, увидев тебя в купальнике? Как долго я представлял, как раздвигаю твои длинные ноги и трахаю тебя? Сколько раз я думал, что бы ты сделала, если бы я, наконец, принял все твои предложения?
— Даже не представляю. — Слова едва сорвались с моих приоткрытых губ, когда я тяжело дышала.
— Ну, теперь знаешь. — Его толстые пальцы оттянули мои стринги в сторону и скользнули в мою влагу. — Такая чертовски влажная. Не могу дождаться, когда почувствую тебя вокруг своего члена. Ты этого хочешь?
Черт возьми! 
Я не знала, что Джеймсон — замкнутый, задумчивый, контролируемый Джеймсон — был грязным болтуном. Мне это чертовски нравилось. Было похоже будто Рождество, мой день рождения и День благодарения, произошли одновременно.
Лучший. Подарок. Когда-либо.
— Это то, чего я хочу, Парнишка-Джейми, — сказала я, задыхаясь. В какой-то момент в этом сценарии я оказалась сабмиссивом. Но я не была сабмиссивом в сексе (прим. сабмиссив — тот, кто хочет подчиняться).
Он зарычал и грубо ввел в меня два пальца, заставив меня ахнуть от осознания того, что он наполняет меня. Его большой палец растирал мой клитор, пока его пальцы входили и выходили из меня. Он продолжал глубоко вдавливаться и прижимать их к моей точке «G», покусывая верхнюю часть моей груди. Я не удосужилась полностью снять рубашку, и мой лифчик все еще плотно прилегал к груди. Я проклинала барьер между нами, но сосредоточилась на своих ногах, обхвативших его узкую талию, и на том, как он без усилий прижимал меня к стене.
Музыка отошла на задний план, и я могла слышать только звук его пальцев, двигающихся в меня и выходящих из меня. Я откинула голову на стену, пытаясь набрать в легкие побольше воздуха. Я была в нескольких секундах от взрыва, и мне хотелось одновременно взростить оргазм и ускорить его, потому что я хотела почувствовать его.
— О, боже. Джеймсон. Пожалуйста, — умоляла я, отчаянно впиваясь пальцами в его плечи, подталкивая его. Я хотела быть сильной, но была вынуждена умолять мужчину позволить мне кончить на его руку.
— А-а-а-а-а-а-ах.
Из-за двери донесся булькающий звук, заставивший меня вскрикнуть и дернуть головой в сторону шума. Там я увидела свою лучшую подругу и сестру Джеймсона, Луэллу, которая смотрела на нас с выражением ужаса на лице.
Джеймсон вытащил из меня свои пальцы, пробормотав:
— Блядь, — прежде чем опустить меня и попытаться незаметно поправить монстра, пытающегося выбраться из его штанов. Несмотря на шок и хаос от того, что меня поймали, я воспользовалась моментом, чтобы оплакать потерю ощущения его во мне.
— О боже, — взвизгнула Луэлла, прежде чем развернуться и броситься обратно по коридору. Уверена, что увидеть брата в таком положении было адским шоком. Добавьте к этому тот факт, что это было со мной, и я знала, что она запаниковала. Я посмотрела на Джеймсона и увидела, что он опустил голову и проводит рукой по волосам, расхаживая взад-вперед по маленькой площадке.
Что ж, от него не было никакого толку. Мне нужно было пойти успокоить мою подругу и исправить нанесенный ущерб.
Я быстро застегнула рубашку и бросилась за ней, обнаружив, что она расхаживает точно так же, как ее брат.
— Черт, Лу. Мне жаль. Я не ожидала, что ты придешь так рано.
— Очевидно, — сказала она с усмешкой. Я выдохнула и подождала, пока она успокоится сама. Ничто из того, что я могла сказать, не исправило бы этого прямо сейчас. — Боже, Эви! Черт возьми! Ты же знаешь, мне насрать, что случилось. Я просто в ужасе от того, что видела, как это происходило. — Закончила она с преувеличенными рвотными звуками.