Как хулиган мой лифчик украл (ЛП)
Я погрязла в этой истории глубже, чем думала, и теперь мне это аукнется.
Дожидаюсь хлопка входной двери и только тогда даю волю слезам.
***Три раза я ощущала себя по-настоящему оторванной от мира, когда начинаешь переоценивать свою этику, свои убеждения, саму себя, а вместе с тем и весь мир, такой изменчивый и непостоянный.
Первый раз.
Как ни странно, тому поспособствовал мой первый поцелуй. Я поцеловалась с Тоби на вечеринке — распущенные волосы и еще более распущенное поведение. Мы с Кейтлин дружно сохли по нему, а потом они начали встречаться. Я была разбита, хотя в глубине души радовалась за них. Все-таки они были моими друзьями — я желала им счастья и молчала. А потом немного водки и много сидра сделали свое дело — танцуя на вечеринке, я решилась на тот шаг. Я поцеловала его.
И не почувствовала ничего особенного, что вдвойне паршивей. Тоби мой поступок тоже удивил. Мы мгновенно отстранились. Тогда я и заметила Кейтлин, ошарашенно стоящую прямо перед нами. Она не планировала приходить, но, видно, передумала и решила сделать нам сюрприз. Подруга выскочила из комнаты, и я метнулась за ней, желая все объяснить, Тоби погнался за нами. Она выбежала из дома и, ничего не замечая перед собой, рванула на дорогу. Проезжающая машина остановиться не успела.
Я не сразу осознала, что кричу. Резким, раздирающим криком.
Ее смерть. Тогда меня охватило чувство оторванности от мира во второй раз.
Третий раз — без сомнения, в эту минуту.
Как Тиана и велела, сегодня я весь день избегаю друзей. Она хоть и не просила шарахаться от них всех, но сомневаюсь, что смогу посмотреть им в глаза.
Понимаю, что поступаю гадко, спасая свою собственную шкуру. Обижаю людей, потому что не в силах сознаться в содеянном. И мне хотелось бы поступить правильно, но, боюсь, не хватит духа. Безвыходная ситуация. Я так запуталась. И без дружеской руки неумолимо ввергаюсь в пучину отчаяния.
Я сжимаю поднос и вхожу в столовую. То ли еще будет, мне ведь предстоит простить Тоби. Тут же замечаю его в углу помещения: он прислонился к колонне, в ушах наушники. Мое сердце задает болезненный ритм.
Вайолет с мальчишками сидят за нашим столиком. Подруга замечает меня, затем Алек. А я торопливо прячусь за волосами, отчего на душе становится пакостно. Зачем только согласилась.
— Райли, поговорим?
Я поднимаю лицо. Оказывается, Тоби подошел ко мне и теперь взирает на меня умоляющим взглядом ореховых глаз.
— Давай, — мямлю я.
— Как ты?
— В порядке.
— Это хорошо. Хм, в общем… ты так и не дала мне нормально извиниться, так что начну с этого. Прости меня, мне очень жаль, что я так поступил. Знала бы ты, как меня все это время мучило чувство вины. Поверь, я все осознал. Понимаю, не стоит рассчитывать на многое, но, Райли, я сделаю все, чтобы снова стать частью твоей жизни.
В его словах слышна неожиданная искренность.
И волшебным образом я смягчаюсь: не настолько, чтобы оставить все позади, но достаточно для того, чтобы принять его слова за чистую монету. Рано говорить о доверии, но извинения я приму.
— Спасибо, — киваю, не поднимая глаз. — Я ценю это.
— Пожалуйста. — Парень от волнения прячет руки в карманы. А ведь это, должно быть, наш первый за год разговор по душам. Конечно, с моей стороны это скорее фарс, но все-таки. Я еще не решила с неприязнью отнестись мне к нашему перемирию или со всей серьезностью. Жизнь в столовой идет своим чередом, но внезапно я чувствую на себе взгляды: от друзей не ускользнула наша маленькая беседа. Впрочем, на то ведь и был расчет. Я сжимаюсь в комок.
— Итак, на какие отношения я могу рассчитывать?
— Не знаю, — вздыхаю. — Я не смогу тебе снова довериться, тут уж ничего не поделаешь. Но я принимаю твои извинения. Я прощаю тебя хотя бы потому, что хочу забыть обиды и жить дальше. — Слова обжигают губы. В них нет жизни.
Прощайте, мои принципы.
— Спасибо, Райли. Словами не передать, как я рад. — Тоби слабо улыбается. — Представляешь, вчера Тиана предложила мне пригласить тебя на свидание. Я ответил ей, что она чокнулась. Верно? — Как-то поникнув, он избегает моего взгляда. — Ты ведь не согласилась бы со мной погулять?
— Я бы подумала.
Прощай, надежда.
— Серьезно? — Он удивленно переводит на меня взгляд.
— Серьезно?
Голос Алека раздается за спиной, и внутри меня что-то обрывается. Я медленно оборачиваюсь к парню: у него разозленный и вместе с тем недоверчивый вид.
— Ты серьезно собираешься с ним на свидание? — От одного взгляда на него меня коробит. Здесь же и остальные, взирают на меня в недоумении.
— Я…
— У Райли своя голова на плечах, — вмешивается Тиана, с кошачьей улыбочкой подходя к нашему кружку. — Как-никак они не чужие люди. Тем более, что Тоби изменился. Все заслуживают второго шанса.
— Он — нет. — Алек решительно качает головой. В его глазах мольба. — Райли, ты в себе? Как вообще ты до такого додумалась?
— Хочу покончить с враждой, — кривлю душой. Голос совсем обесцветился. — Надо двигаться дальше. Тоби раскаялся в содеянном, и мне пора вычеркнуть этот тяжкий груз из своей жизни. Нам пойдет это на пользу.
— А как же я? — напускается Алек. Мое сердце в одно мгновение терпит холод, жар, разрушение. С одной стороны, какое облегчение, что я не одна чувствую между нами связь, с другой — больно осознавать, что я теряю. Я открываю рот, чтобы ответить. Но Тиана не дает мне заговорить.
— Вы же не встречаетесь, — замечает она, сбивая его с толку, и я хочу завопить. — Просто дружите, так?
Алек смотрит на меня долгим, обжигающим взглядом.
— Так, — наконец холодно выдает он и, развернувшись, направляется к выходу. Часть меня устремляется за ним, с отвращением бросая взгляд на ту, что осталась стоять.
И наконец — прощай, часть меня.
Теперь я покинута всеми окончательно.
20
ЛЖЕЦ, ЛЖЕЦ
Я, как и, наверное, все, питаю слабость к чужим секретам. К свежим сплетням, подслушанным в туалетной кабинке: А сказала что-то за спиной Б; или А переспала с Б, хотя зарекалась это делать. Нечасто встречаются люди, которые думают о жертвах сплетен, о том, как все эти извращенные истории, правдивые ли лживые, сказываются на них. И я не исключение. Любопытные взгляды, навязчивое внимание, подглядывания, не говоря уже о издевательствах — разве меня волновало, что их ждет? Хотелось бы мне в свое время быть менее эгоистичной и думать о судьбах других.
К счастью, терпеть подобное мне не приходилось. Пренебрежение — да, но до издевательств дело никогда не доходило. Только вот чувствую, что очень скоро все может измениться.
— Слышала, она ни с того ни с сего порвала с Алеком.
— Наверняка с другим замутила.
— Она же вроде с тем парнем, Тоби? Алек был для нее забавой.
— Поиграла с хулиганом и выбросила. Вот стерва.
Под сопровождение перешептываний я бреду по коридору. Еще чуть-чуть и рвану к выходу, ноги моей здесь не будет. Сорвусь нечаянно со скалы или зароюсь в яму. Голова кишит мыслями, замечаниями — уж не пойму, где мое, а где чужое.
Единственное, что до сих пор меня тут держит — страх раскрытия другого моего секрета. Не заключи я с Тианой сделку, разговоры были бы куда хуже. Это меньшее из двух зол, твержу себе.
Но лжец из меня никудышный.
— Вайолет! — вырывается у меня, едва я замечаю родное лицо в конце коридора. Встреча с ней, как глоток свежего воздуха, и я прибавляю шагу к единственной своей опоре. Игнорирую зевак, их перешептывания, косые взгляды и облегченно выдыхаю, добираясь до подруги. Она складывает учебники в шкафчик и упускает мою улыбку.
— Ви, слава богу. Я тут чуть не свихнулась.
— Привет, Райли.
— Ты не отвечала на мои звонки и сообщения. Мне нужно с тобой поговорить.
— О чем?
Мое воодушевление убавляется. По ее тону понимаю, она недовольна. Ей тоже не понятен мой выбор в пользу Тоби. Хотелось бы мне все объяснить, рассказать о шантаже, чтобы она взглянула на все моими глазами. И пусть ей будет противно мое решение, по крайне мере, она поймет в чем тут дело.