Новая угроза (СИ)

— Другого выхода просто нет, — ответил холодным тоном следователь. — Ведь лучше пожертвовать несколькими десятками или даже сотнями людей, чтобы приблизить конец всей этой вакханалии, чем пытаться их вызволить оттуда тратя огромные ресурсы и возможно жизни других людей. И не факт, что операция по спасению выживших пройдёт гладко и получиться их освободить.
— Ну вы меня прямо расстроили, — с горечью в голосе произнёс Дроздов. — Люди столько пережили, чтобы выжить и их просто сотрут с лица земли вместе с городом.
— Дмитрий Сергеевич, может всё будет по другому. Я ведь точно не знаю какой у американцев план. Надеюсь что есть ещё варианты, — успокоил профессора Скрипка. — Но именно этот они нам озвучили.
— Ну что же, пойдёмте я покажу вашу комнату, где уже поселили ваших подопечных. Жилых помещений на станции не достаточно для всех обитателей базы, поэтому говоря словами классика от персонажа Швондера, — " Мы пришли к вам после общего собрания жильцов нашего дома, на котором стоял вопрос об уплотнении квартир дома…" — с улыбкой произнёс Дроздов. — Вот и уплотняемся.
— Понимаю, понимаю, — улыбнулся в ответ Скрипка. — А кто жил в комнате до нас?
— Жили лаборанты.
— А их куда переселили? — поинтересовался Скрипка.
— Их пока подселили к ассистентам. Пойдёмте, скоро собрание, на котором вам нужно обязательно присутствовать, — сказал Дроздов вставая с кровати.
— А можно посмотреть на заражённых? — попросил Сергей Иванович вставая следом.
— Вы так хотите их увидеть? — удивился профессор.
— Да, — кивнул Скрипка.
— Почему-то у всех вновь прибывших возникает именно это желание. Ну что же, пойдёмте, я вас им покажу, — как-то хищно улыбнувшись произнёс Дроздов.
— Им меня? — удивился следователь.
— Конечно, — кивнул профессор. — По этикету персону представляют обществу, а не наоборот, — сказал Дмитрий Сергеевич, но увидев непонимающий вид Скрипки, тут же извиняющимся тоном произнёс. — Простите меня за чёрный юмор. Наша работа накладывает свой мрачный отпечаток на психику.
Они проследовали через производственное помещение, где полным ходом шло создание вакцины. Рабочие в белых халатах контролировали процесс изготовления препарата деловито передвигаясь между оборудованием. За стеклянной перегородкой за компьютерами трудились лингвисты. Сергей Иванович всю дорогу вертел головой поражаясь размаху приарктической базы. Руководители вошли в коридор и через него попали в распределитель седьмого блока. распределитель имел четыре выхода. Один в коридор из которого вышли профессор со следователем. Второй был закрыт железной дверью ведущей в лабораторию, в которой проводились основные опыты над заражёнными. Третий выход прикрывала деревянная утеплённая дверь и он являясь аварийным выходил через небольшой тамбур сразу на улицу. И четвёртый выход был загоном или вольером для содержания бешеных. Он тоже закрывался мощной металлической дверью с обрезиненными краями и имел небольшое окошечко закрытое бронированным стеклом. Посередине бокса стоял деревянный канцелярский стол советских времён за которым сидел офицер.
Капитан увидев вошедшего руководителя исследовательской группы и вновь прибывшего следователя тут же соскочил с места и отдал честь. Профессор в сопровождении Скрипки подошёл к офицеру.
— Виталий, не смогли бы вы нам выдать респираторы и открыть вольер, — попросил профессор.
— Дмитрий Сергеевич, вы же знаете, нужна специальная бумага. Допуск, который остаётся у меня. Без него я не имею право вас туда пускать. Вы же сами эти правила ввели, — сбивчивым от волнения голосом произнёс офицер.
— Виталий, сейчас не будет изъятия подопытного и допуск необязателен мы же не первый раз проделываем этот трюк, — увидя, что офицер с опаской косится на следователя Дроздов улыбнулся и произнёс. — Не беспокойтесь Виталий, мой сопровождающий не из проверяющей инспекции. А сигнал срабатывания открывания двери я запишу как экстренный.
Капитан неуверенно полез в тумбу стола и вытащил оттуда респираторы со сменными патронами, защитные очки, перчатки и протянул их гостям. Руководители, экипировавшись, подошли к двери. Через окошко было видно как в вольере вспыхнул свет. Сергей Иванович с опаской заглянул в оконце. В сером бетонном помещении за вертикально вмонтированными прутами стояли люди. Все они были в изорванной, грязной лёгкой одежде. Раздался треск звонка и щелчок магнитного запора. Профессор с усилием потянул дверь за ручку открывая проход и жестом приглашая пройти первым следователя. Скрипка неуверенно сделал пару шагов заходя в вольер, следом зашёл Дроздов прикрыв за собой дверь. Раздался щелчок магнитного засова. От резкого звука Сергей Иванович вздрогнул и непонимающе посмотрел на профессора.
 
— Всё нормально, — произнёс Дмитрий Сергеевич. — Техника безопасности. Если вдруг инфицированные вырвутся за прутья они не смогут прорваться на территорию базы.
— А мы? — испуганно спросил Скрипка.
— А нас съедят. Живьём, — ответил профессор.
От такого заявления у следователя в душе образовалась пустота. Вдруг совсем не захотелось рассматривать заражённых и появилось желание побыстрее убраться отсюда. Образовавшуюся пустоту начали заполнять звуки вырывающиеся из глоток заражённых, утробное рычание и рыки, какое-то неясное бормотание и вопли. Следователь медленно повернулся к клетке и обомлел от вида бешеных. А вид у них действительно был ужасен. Несколько десятков страшных выпученных глаз не отрываясь следили за вошедшими. Рваные раны на телах и порванные щёки обнажали зубы заражённых. Руки со скрюченными пальцами тянулись к учёным через клетку пытаясь поймать за одежду. Сергей Иванович от волнения взялся за маску и начал оттягивать её от лица, чтобы вдохнуть побольше воздуха не придавая значения протестующим жестам Дроздова. Следователь выдохнул и втянул носом в себя воздух помещения. Старшая вонь вызывающая рвоту наполнила лёгкие Скрипки. Сергей Иванович чувствуя подступающий ком к горлу сорвал с себя респиратор и блеванул прямо на пол. Профессор тут же начал колотить в дверь, послышался щелчок затвора и дверь распахнулась. Дроздов вместе с подоспевшим капитаном кое-как вывели из загона не перестающего блевать следователя и по телефону вызвали медицинских работников. Через минуту прибыли медики. Они дали какие-то таблетки и повели Скрипку в лазарет.
— Всегда одно и тоже, — сказал врач профессору складывая в кейс медицинские препараты. — И что так тянет посмотреть вблизи этих монстров.
— Природное любопытство, — ответил Дмитрий Сергеевич. — Ведь бешеные для большинства людей стали легендарными, чуть ли не мифическими персонажами. А ведь все хотят близко увидеть легенду. Владимир Денисович, вы сможете к семи вечера поднять на ноги Сергея Ивановича. Он нужен будет на совещании.
— В принципе ни чего опасного, — ответил доктор. — Сейчас промоем желудок, дадим активированного угля и в принципе он ваш.
***
Ближе к вечеру в помещении столовой состоялось собрание с группой ведущих учёных, и прибывшей следственно-исследовательской бригадой на котором профессор сделал небольшой доклад о применении Беллерофонта.
— Кроме первой крупной группировки заражённых, которую локализовали в Казахстане, мы смогли остановить ещё одну под Курском численностью примерно в четыре миллиона заражённых, которых поместили в котлованы вырытые по специальной технологии. Инфицированные вылезти оттуда уже не смогут. Сейчас, в данное время идёт подготовка к третьей операции. Готовятся ещё несколько крупных акций с применением Беллерофонта. Такими темпами к середине декабря мы основную массу заражённых сможем остановить и изолировать. Также хорошо идут дела в Китае и Индии. Готовятся к первому применению американцы. С Европой в этом плане хуже, так же как и с Африкой. За последнее время там увеличилось число заражённых. Существуют небольшие анклавы выживших, но без достаточного количества питания и воды они скоро начнут погибать один за другим. Реально помочь мы анклавам не сможем, если только люди сами не попытаются оттуда выбраться. Кстати, когда мы вели на подлёте самолёт следственной группы, с нами связалось ещё одно воздушное судно. Его пассажирами оказались жители разных европейских стран спасающихся из зоны поражения. На борту аэробуса находилось несколько десятков человек. Так что шансы сбежать оттуда у выживших Европы есть. Так как наш аэродром не может принять такой большой самолёт, мы их перенаправили в Ледовск, где взлётно-посадочная полоса как раз подходит для таких типов самолётов.