Падение в пропасть (СИ)

Ну да не мне об этом думать. Может, если когда-нибудь выдастся такая возможность, то сообщу императору, герцогу или какому министру. Эх… мечты…
— Во-во, — Костон махнул рукой, — я тоже так хочу! Какая разница, сколько придёт людей? Скажем, что тоже из Фусанга.
— Малой Гаодии, ты имел в виду? — скрестив руки на груди, поправил его. — Никто из проживающих там не называет третий континент островом Фусанг, это прерогатива выскочек из колоний, ты уж прости за откровенные слова.
— Ага, я понял, что ты важный мальчик, — оскалился парень. — Но я не желаю оставаться в Морбо! Также не хочу лизать жопу Витте, мне хватило того времени, что мы провели вместе!
Облизнув губы, я на мгновение задумался. Причины «против»? Может ударить в спину. Зачем? Может быть предателем. Почему? Кашмирец. Хо-ро-шо… Но тогда почему Костон пошёл за нами? Мы — самая дерьмовая цель для этого самого «удара в спину»! Если он работает на мятежников, то куда правильнее было бы идти с людьми Хауэра, а там провести диверсию, помогая Челефи захватить дворец визиря. В крайнем случае — направиться с Витте и сделать какую-то пакость уже у него. Пытаться же убить нескольких магов, которые сваливают подальше и даже в теории не могут помешать Челефи, откровенно глупо.
Хм, принимается. Шанс, что Костон работает на мятежников, предельно низок. Другие причины не брать его с собой? Ха-а… а нет их. Даже лично меня он не так уж и сильно раздражает. В пределах нормы. А вот польза от ещё одного колдуна в отряде просто запредельная.
— Ладно, идём с нами, — согласился я принять его.
Возражений не последовало, однако Каратон коротко на меня покосился, хоть и промолчал. Ресмон лишь нахмурился, однако тоже никак не прокомментировал ситуацию. Люмия едва заметно улыбнулась, а Вивиан фыркнула.
— Так это, — спросил новичок по пути, — куда путь держим?
— Изначально планировался поезд. — Улицы были пусты, но периодически я слышал крики, словно кого-то резали, пусть и в отдалении от нас. Однажды мы наткнулись на нескольких женщин, тихо сидящих в трущобах, за кустами, и молящихся самодельному алтарю Аммы. — Но после известий о том, что железную дорогу подорвали, в планах порт.
— Тем более нужный нам поезд, который направляется в сторону пустыни Сизиан, должен проходить по западному пути, — дополнил Каратон. — А он слишком близко к войскам мятежников. Легко перехватить и всё уничтожить.
— С кораблём такого не случится, — вздохнул я. — Но там тоже есть свои подводные камни.
— Типа возьмёт ли нас капитан? — предположил Костон.
— Не провели ли там диверсию люди Челефи, — неприятно нахмурился я. — Иначе придётся пробираться до границ Морбо пешком.
— Я владею формой, — похвастался новичок. — Дюнный жаворонок. Можно попробовать…
— Ах, если бы твоему примеру следовали все! — не сдержал я раздражения. — Ресмон предпочёл выбрать боевого медведя, Вивиан — кобру…
— Ты просто не видел, какая она красивая, — надуто пробурчала девушка.
— … Каратон и Люмия вообще не стали изучать это великолепное ответвление магических искусств, — закончил я. — Так что остаётся надеяться лишь на корабль.
— Неудачники, — ухмыльнулся Костон, получив парочку неприязненных взглядов. — А ты сам что? — вопрос, очевидно, был адресован мне.
— Ворон, — пояснил ему и замер, когда Вивиан подняла руку.
— Мародёры, — сказала девушка неожиданно серьёзным тоном. — Несколько десятков, вытаскивают вещи из тех богатых домов.
Осторожно выглянув из-за угла, я заметил большую повозку с лошадью и трёх мужчин с ружьями в руках, которые ходили вокруг. Ещё примерно десяток занимался тем, что быстро складировал набитые добром мешки прямо в телегу.
— Вон ещё, — прижавшись ко мне, Вивиан показала в тёмный переулок, между домами, где притаилось ещё несколько человек. Рядом с ними я заметил лежащие на земле тела. Похоже, кого-то уже завалили.
— Барьеры на себя — и вперёд, — думал я не дольше пары ударов сердца. — Это кратчайший путь до порта, — коротко покосился я на рыжую, которая кивнула, подтверждая мои слова, — а значит, мы не имеем права отступать и сворачивать.
 
Ресмон что-то негромко проворчал, а Костон лишь усмехнулся.
— Ты не против того, что мы убиваем твоих соотечественников? — решил я закрыть для себя этот вопрос.
Кашмирец пожал плечами.
— Они не из моих друзей или родственников, — голос его прозвучал неожиданно глухо, — а потому я не против. И не задавай больше тупых вопросов, Кирин, ладно?
— Ладно, — улыбнулся я.
Быстро распределив роли, двинулись вперёд. Я, Ресмон и Вивиан шли первыми. Причина проста — у нас всех имелась стихийная защита. У меня — вода, у этой парочки — земля. Сам не ожидал, но девушка делала упор именно на ней. Почему-то думал, что будет огонь. Глупый стереотип, что рыжие должны быть огненными…
Следом шли Каратон с Люмией, удерживая аж двойной барьер. Поскольку эта парочка особо в боях не участвовала, я решил перестраховаться — мало ли, вдруг от нервов или ещё чего кто-то не удержит барьер и в них попадёт пуля? А так есть страховка — второй барьер. Пусть это и было чуточку сложнее, имею в виду, что динамичную защиту пришлось ещё и растягивать на второго человека, но ничего запредельно трудного в подобном не имелось.
Последним шёл Костон. Не потому что слабый или я ему не доверял — нет, причина проще. У него из стихий упор шёл на ветер и немного молнию, а потому парень планировал взлететь, как только мы начнём наводить среди мародёров неразбериху, и бить противников сверху.
— Ты умеешь ходить по воздуху⁈ — удивился я. Это считалось одним из высших приёмов пользователей ветра. Ходить по небу, как император Дэсарандес.
— Умею, — гордо выпятил он грудь. — Поддержу вас с высоты — это куда эффективнее, чем в форме птицы, тем более сразу буду с воздушным барьером.
Довольно слабый барьер, ведь не мог что-то отбить, лишь отклонить. А это работало далеко не со всеми атаками, лишь с пулями на излёте и им подобным. Впрочем, я слышал, что мастера ветра умели закручивать его вокруг себя столь плотно и сильно, что создавали натуральную стену. Жаль, что подобное было описано лишь в книгах и вряд ли встретится мне за короткую жизнь.
Нас заметили почти сразу, но было поздно. В телегу уже летело два мощных булыжника, один за другим. Маги земли могли создавать внутри камня некое «напряжение», которое заключалось в нагнетании давления, чем-то похожем на мои удары водой. Такой «заряженный» камень при попадании попросту взрывался, разбрасывая вокруг сотни и тысячи мелких осколков, разрывающих врагов на части. Очень опасный приём, который можно проводить, лишь если уверен в своих союзниках (что они не подставятся под эту шрапнель). Сейчас именно так и было.
За раз полегло более десятка мародёров. Раздались крики раненых. Какой-то парень, чуть старше меня возрастом, судорожно завывал, удерживая окровавленную культю ноги двумя руками. Её срезало острым куском разорвавшегося камня сразу под коленом, отчего он истекал кровью. Чуть в стороне от него стоял мужчина с огромной дырой в животе. Он медленно заваливался, но в последний момент умудрился устоять. Ненадолго, конечно, ещё пара секунд — и его тело беззвучно рухнуло в грязь.
В нас полетели пули, из тёмного переулка выбежало подкрепление, а несколько человек, умудрившихся выжить или отделаться лёгкими ранами, помчались в сторону дома. Не успели — струя воды нагнала их, разрубая пополам. Сверху полетели воздушные серпы, добивая наблюдателей, которые стояли чуть в стороне, а потому не попали под раздачу.
В подобравшихся чуть ли не впритык мародёров — они что, в ближний бой хотели перейти? — полетели настоящие очереди мелких камешков на скорости, которая даже превышала скорость полёта пули. Целые каменные потоки выкашивали успевших залечь ублюдков, которые ничего не могли противопоставить четырём атакующим колдунам. Кто-то, осознав, во что ввязался, завывая от страха, бросился бежать, но Костон убивал таких сверху, набрасываясь как ястреб и терзая жертву то острыми воздушными серпами, то внушительными воздушными молотами, которые оставляли от врага окровавленную и переломанную лепёшку, как от попадания здоровенного куска камня. Даже не скажешь, что работал воздушник!