7 невест миллионера Васина (СИ)

Так, я уже несколько секунд зависаю над ним с чашкой кофе. Надо, наконец, ее поставить и ретироваться. Я углядела свободное место среди папок и вознамерилась поставить кофе туда.
В этот момент Васин отодвинул руку. И я увидела вторую часть надписи на папке. Это была не моя фамилия. Я Соловьева, а эта начиналась на «М». Больше разглядеть я не смогла, да и не стала пытаться. Эта папка не имеет ко мне отношения.
Когда я уже решилась поставить чашку на свободный кусочек стола, Васин потянул папку к себе. Чашка, приземлившаяся на уголок этой папки, поехала в том же направлении.
Я попыталась ее удержать, но не неверно рассчитала траекторию движения. Я же не вратарь какой-нибудь, чтобы ловко ловить движущиеся чашки с кофе!
В общем, я смахнула эту злосчастную чашку. 
Прямо на Васина. На его белоснежную рубашку, темно-синий пиджак и такие же брюки. Светло-коричневая жидкость разлетелась брызгами во все стороны, попала даже на его туфли. И на ошарашенную физиономию.
- Ой! Извините! – испуганно вскрикнула я.
- Браво, Алиса! – это Глеб Максимович.
Смеется. Неужели, и правда, доволен моей оплошностью? Уф. Ладно, хоть босса порадовала... Продолжаю пить кровь его врага.
А вот Васин, естественно, совсем не рад. Но не сказать, чтобы очень уж сильно возмущен. Смотрит на меня скорее удивленно, чем зло.
Я бросилась в приемную, принесла бумажные полотенца, принялась вытирать его рубашку.
- Да бросьте, это не поможет, - выдавил он.
Все-таки злится.
- Я ее сейчас застираю! – осенило меня. – Нужна сода. Она отстирывает кофе.
И я начала расстегивать рубашку Алекса Васина.
Похоже, от волнения и обжигающего чувства неловкости у меня в голове совсем помутилось.
- На вас тоже попало, - вдруг произнес он. – Тоже надо застирать.
Я опустила взгляд на свою блузку. Вот черт! Она совершенно новая и стоит четверть моей зарплаты. Надо срочно посыпать пятно содой!
И что, вы думаете, я сделала? Расстегнула несколько пуговиц на своей блузке! Прямо в кабинете босса. Перед его изумленным взором и на глазах ухмыляющегося Васина.
Его ухмылка и привела меня в чувство. Я сообразила, что делаю что-то не так. Вернее, все.
Очнувшись, я начала застегивать блузку, но мелкие вредные пуговицы не слушались и не желали попадать в петли. Я, как смогла, запахнула блузку, и, удерживая расходящиеся края рукой, выбежала из кабинета начальника.
В тот момент, когда я влетела в приемную, туда же вплыла Эвелина. Она выглядела подавленной. До того момента, как увидела меня. При виде второй секретарши, вылетевшей из кабинета босса в расстегнутой блузке, ее глаза увеличились до размеров блюдец. А челюсть поползла вниз.
Я пролетела мимо нее, ворвалась в свою рабочую комнату и захлопнула дверь. Прислонилась к ней спиной, пытаясь унять бешеный стук сердца и срывающееся дыхание. Это был самый жуткий позор в моей жизни! После такого – только уволиться!  
Алекс
Как говорится, ничто не предвещало. Рыжая Алиса вошла тихо и скромно, с чашкой кофе в руках, потупив взор. Мне очень хотелось встретиться с ней взглядом, но она упорно отводила глаза.
Передо мной лежала папка той самой Василисы с косой, с которой мне хотелось встретиться. Я ее захлопнул. Сам не знаю, почему. Наверное, чтобы избежать малейшей вероятности того, что информация об отборе распространиться. Вдруг эта Алиса любопытная? Заглянет в папку, увидит фото девушки, заметит еще кучу папок. И растрезвонит всем вокруг.
Похоже, она и правда любит совать свой симпатичный носик в чужие дела. Уставилась на обложку папки. Я прикрыл рукой надпись «Василиса Малинина».
Алиса все не решалась поставить кофе, видимо, потому, что возле меня кучей лежали папки.
Я решил ей помочь, организовать немного пространства. Потянул к себе папку Василисы. Но чашка уже была на столе, и я ее зацепил. Ничего страшного не случилось. Я перестал тянуть папку, чашка тоже остановилась.
И тут эта Алиса взмахнула рукой, и чашка с кофе полетела прямо в меня. Я автоматически поднял ладонь, сбил ее в полете. Чашка плюхнулась на стол. А все ее содержимое фонтаном окатило меня!
 
К счастью, кофе был не очень горячий.
Алиса испуганно вскрикнула. Глеб начал ржать. Они что, сговорились и подстроили это специально? Признаться, в первый момент я так и подумал. Этот удар по чашке казался точно рассчитанным.
Но девушка выглядела слишком испуганной для злоумышленницы. Похоже, это все же была оплошность, а не злонамеренная акция. Хотя кто ее знает… Как я уже говорил, эта секретарша Глеба явно с придурью.
Она сбегала в приемную, вернулась с полотенцами, начала тереть мою рубашку. А потом и вовсе принялась ее расстегивать. В этот момент я перестал сомневаться в ее искренности. Передо мной была растерянная девушка, потерявшая голову от смущения. Я заметил, что ее щеки пылают румянцем...
И я не удержался, подлил масла в огонь. Указал ей, что ее блузка тоже пострадала. Она явно расстроилась и… начала ее расстегивать. Явно с целью посыпать содой, о которой постоянно твердила. Похоже, она сама не понимала, что делает.
Зато мне открылись совершенно потрясающие виды. Два упругих холмика, упакованные в белое кружево. Я не мог оторвать от них глаз...
К сожалению, зрелище было недолгим. Алиса очнулась от шока, сообразила, что происходит, и убежала. Расстроенная, чуть ли не в слезах.
Я почувствовал себя скотиной. Воспользовался моментом, поставил девушку в неловкую ситуацию... Может, она сейчас рыдает где-нибудь в уголке.
Хотя вряд ли. Насколько я успел узнать эту рыжую, рыдать – это не ее стиль. Она, скорее, строит планы мести. Надо будет теперь ходить и оглядываться...
- Слушай, что у тебя за сотрудники? – обратился я к Глебу. – Обливают кофе, устаивают стриптиз...
-  Не у меня, а у нас, дорогой Александр Юрьевич. Не забывай, что ты такой же руководитель компании, как и я. И не говори, что последняя часть тебе не понравилась...
- Ну...
- Да ты чуть слюной не захлебнулся!
- Не надо преувеличивать.
- А вообще – зря ты так. Обидел хорошую девушку.
- Она первая начала! – выпалил я.
Глупо получилось. Оправдываюсь, как пятиклассник перед завучем.
- Она же не специально.
- Похоже на то, - нехотя согласился я.
Меня снова одолели муки совести. Надо извиниться, что ли...
- Кстати, я не случайно вспомнил о том, что ты совладелец и второй директор «Альфа-Беты».
- Кто второй? Я второй?
- Ладно, я второй. Ты – альфа, а я бета.
Мы с Глебом давно спорим на эту тему. В итоге решили, что год он считается альфой, год – я. Но я давно сбился с очередности. А вообще это просто прикол. Мы на равных. И не можем обойтись друг без друга. Я – бешеный мотор, постоянно придумывающий новое, часто рисковое. Он – корпус и бензобак, контролирующий мою безбашенность и сохраняющий целостность компании.
- Так вот, я хочу, чтобы ты на время приземлился.
- В смысле?
Я уже понимал, к чему он клонит. И мне это не нравилось.
- Ты знаешь, у нас сейчас сложные времена. Запускается новый завод. Открываются три филиала. А «Петров-Капитал» наступает на пятки. Они чуть не отобрали у нас тендер...
- «Чуть» не считается.
- Тем не менее, мне нужна помощь. Да и акционерам будет полезно увидеть, что второй директор бдит на своем посту, а не носится неизвестно где.
- То есть ты хочешь, чтобы я снова торчал в своем кабинете?
Я смотрел на Глеба с неподдельным ужасом. Приходить в девять и уходить в шесть, проводить бесконечные совещания и планерки, контролировать работу всех подразделений... Это точно не для меня!
 
- Ну, не все время. Хотя бы пару часов в день. Люди должны знать, что мы сплотились и преодолеем все трудности.
- Какие люди?
- Акционеры. Конкуренты. Партнеры.
- Ладно, - вздохнул я.
Глеб засиял. Как будто сомневался, что я соглашусь… Я не абсолютный раздолбай, тоже пекусь об интересах компании.