Маркграф из Преисподней (СИ)

При виде меня император поднялся, спустил на кончик похожего на орлиный клюв носа очки в тонкой золотой оправе и смерил меня оценивающим взглядом. Я, следуя полученным от матери инструкциям, преклонил колено и опустил голову.
— Рад видеть, рад, — проговорил скрипучим голосом Его Величество. — Вставай, Максимилиан. Садись. Вот кресло. Говорят, удобное, — он указал на полудиван, стоявший напротив стола. — Хорошо выглядишь. Как здоровье?
— Благодарю, Ваше Величество, не жалуюсь, — сказал я, опустившись на мягкие плюшевые подушка цвета крови.
— Бог миловал, — кивнул, мелко перекрестившись, император. Сам он тоже сел в кресло и положил руки перед собой на стол, сцепив пальцы с узловатыми суставами в замок. Голову наклонил, став похожим на старую птицу. Коршуна, поистрепавшего перья, но не затупившего клюв и когти. Внешний вид императора меня не обманул. Этот старик оставался таким же опасным, каким был в молодости. Это было видно по взгляду и уверенным, скупым движениям. Истинный хищник. — Да, Бог милостив, — повторил император. — Оставил Пожарским наследника. Прими мои соболезнования по поводу родителя. Великий был дворянин, истинный сын Отечества. Большая потеря.
— Спасибо, Ваше Величество.
— Да… Пожалуйста. Жизнь на месте не стоит. Вот ты теперь должен занять его место. Заботиться об охране наших границ. Достойно нести знамя отца и древнего, славного рода Пожарских. Справишься?
— Так точно, Ваше Величество. Приложу все усилия.
— Верю. Вижу, что человек ты решительный, активный и, наверное, храбрый. Это важно. Мда… Значит, получишь сегодня титул. Рад, небось?
— Принимаю как обязанность, — ответил я. — Надеюсь, не подведу.
Император кивнул.
— Достойный слова. Ладно, идём. Пора проводить церемонию. Уж прости, но есть и другие дела. Так что затягивать не будем.
Поднявшись из-за стола, Его Величество направился к боковой двери. Я последовал за ним. Мы вышли в соседнюю комнату, побольше размерами. Там стоял стол, на котором лежала атласная лента, а также документы. Рядом — печать и красная палочка сургуча.
Нас дожидались два человека в парадных мундирах. Оба — немолодые. Император их не представил. Обращаясь к ним по-свойски, быстро обговорил, что к чему, кивнул и обернулся ко мне.
— Встань перед столом, Максимилиан. Сейчас всё сделаем. Чин по чину.
Ему подали ленту, и он надел её на меня, для чего мне пришлось согнуться под углом почти в девяносто градусов, ибо Его Величество был намного ниже.
— Вот так! — одобрительно проговорил, окинув меня взглядом, царь. — Молодцом! В вашем роду все красавцы, как на подбор. И богатыри. Потому и власть вам такая дана, потому и великая ответственность возложена. Да… Так, теперь бумажки оформим. Давай-ка сургуч, Иваныч.
Тот, к кому он обратился, взял красную палочку смолы, поджёг и накапал на документы. Его величество ловко приложил к сургучу печать, подержал и поднял.
— Красота! Держи, Максимилиан. Теперь ты маркграф. Будь достоин своего отца, а ещё лучше — превзойти его.
Я низко поклонился, и Его Величество перекрестил меня. В этот момент я, признаться, напрягся. Но человеческое тело на священный символ никак не отреагировало. Слава… В общем, хорошо. А то было бы странно, загорись я перед светлыми очами царя. Ну, или даже просто задымись. Интересно, как святая вода на меня тут действует. Наверное, тоже никак. Надо будет при случае проверить. На всякий пожарный. Хе-хе… Невольный каламбур получился. Мда… как говорит Его Величество.
Собственно, на этот церемония и закончилась. Император со мной ещё перемолвился парой слов о том, как дела на границе, и отпустил на все четыре стороны.
Вернулся я во дворец всего за десять минут до прибытия дяди. В трапезной уже было накрыто, но слуги всё равно суетились, проверяя, симметрично ли разложены приборы. Обе жены отца следили за ними. Мои сёстры нетерпеливо поглядывали в сторону арки, из которой должны были начать появляться лакеи с блюдами. Проголодались, видать.
Я принял сбивчивые поздравления родственников и поднялся к себе переодеться. Спустился аккурат со звонком в дверь — это приехал дядя. Переглянувшись с Николаем, мы отправились в холл его встречать. Про отравление поговорить не успели, но я надеялся, что в приличном доме вроде нашего уж отрава-то найдётся. Иначе какие мы, к дьяволу, аристократы⁈
 
 Глава 35 
Дядя вёл себя за столом непринуждённо. Словно никакого отношения к убийству родного брата не имел. Рассказал про моё приключение в академии, причём с юмором. Видимо, потому что моей «жертвой» стал член рода Шуйских. Сёстры выслушали историю с удовольствием и выспрашивали подробности. Было заметно, что она доставила им удовольствие. Мать пожурила, но несильно. В целом, всех порадовало, что Шуйский получил по зубам и не только.
— Больше так не делай, — строго сказала графиня, глядя на меня через стол с лёгкой улыбкой. — Всё-таки, Шуйские имеют немалое влияние в высшем свете. А главное — начальник не должен лупить подчинённых. Это неправильно.
— Он не выказал должного уважения, — вступилась за меня одна из сестёр. — Пусть знает своё место.
— Я подумываю жениться на Шуйской, — сказал я. — Это могло бы решить наш конфликт.
— Ха-ха! — демонстративно усмехнулся дядя. — Забудь, Макс. Граф никогда не выдаст её за тебя. И вообще, никого из дочерей за кого-либо из Пожарских. Он хочет не помириться, а занять наше место. Это его идея-фикс, как мне кажется.
— А если его дочь сама этого захочет? — спросил я, подцепив вилкой кусок отбивной. — Ему придётся пойти ей навстречу. Говорят, он не может ни в чём отказать своей любимице.
— Не представляю, с чего бы ей этого захотеть, — отозвался дядя.
— Она тебя ненавидит, Макс, — добавил Николай. — Ты и сам в этом убедился.
— От любви до ненависти один шаг, конечно, — проговорила вторая жена покойного батюшки, — но это работает обычно именно в эту сторону. Не наоборот.
— И потом, у неё не будет повода в тебя влюбиться по уши, — сказал Николай. — Шуйские с нами не общаются. И если будешь к ней подкатывать, всё кончится так же, как уже было.
Я не стал говорить, что мне нужно лишь один раз к ней прикоснуться, и дело будет в шляпе. Эта моя способность не для афиширования. Приберегу её как тайное оружие. Тем более, никто всё равно не поверит. Зато как родственники удивятся, когда мы объявим о помолвке. Хе-хе!
Дальше обсуждали другие дела, а потом слуги унесли всё тарелки и столовые приборы: настало время пить чай. Девчонки налегали на сладости — так, словно им не предстояло через пару-тройку лет выходить замуж. Хотя, наверное, в договорных браках внешность не главное. Мои сёстры могли себе позволить не блюсти фигуры: у них имелось приличное приданое, которое, как известно, лучше всякой красоты, если ты принадлежишь к аристократическому роду.
Я зорко следил за каждым движением нашего дяди, однако он вёл себя совершенно обыденно и не пытался ничего нам с братом подсыпать. Это меня удивило. Я был почти уверен, что он попытается отравить племянников. В конце ужина он вдруг предложил графине прогуляться по саду. Мать колебалась, однако согласилась. Они оставили нас за столом и вышли на улицу через террасу. Я проводил их задумчивым взглядом. Что-то в реакции матери смутило меня. Приглашение дядя не было ей приятно. Кажется, она даже в какой-то момент хотела отказаться. Почему? И о чём он собирался с ней поговорить?
— Николай, можно тебя на минуту? — спросил я.
Тот удивлённо взглянул на меня. Он как раз что-то рассказывал остальным.
— Прямо сейчас, Макс?
— Да, если нас извинят, — я улыбнулся сёстрам и второй графине. — Срочное дело, только что в голову пришло. Мы скоро вернёмся.
— Конечно, идите, — кивнула графиня. — Раз надо, значит, надо. Мы понимаем.
— Только недолго! — капризно протянула младшая сестра. — С вами веселее.
Когда мы вышли из столовой, я взял брата за локоть и быстро повёл прочь от дверей.