Вор из шкатулки архимага (СИ)

В тот миг мое наваждение обрело несметную силу. Я решила во что бы то ни стало быть с ним, видеться каждый день. Как раз пришла в Храм, чтобы сказать Высшему демиургу: решение мое окончательное. Я буду эфоросой с сегодняшнего дня и навечно. Деян же пришел, чтобы известить, какую выбрал миссию диорсотиса.
Не видел ли он, как во мне взрывались звезды, рождались корявые, но прекрасные миры? И темнела уродливым пятном черная дыра лжи…
Деян воодушевленно рассматривал Храм, изредка встречаясь со мной взглядом. Мне и этого хватало. Он не замечал во мне ничего, видел лишь мою оболочку, облик лесной эльфийки в мантии.
Никогда я не приду к нему в ином, пока он не влюбится в мою душу, а не в тело — иллюзию, созданную из мириад космических частиц. Наверняка поэтому он почти не смотрел на меня, новую знакомую, похожую на монашку…
Он поделился со мной историей о разрушенном мире Эслэнсике и сообщил, что вернется в Эклер, обретет прежний облик и установит баланс.
Последнее время, наблюдая за Деяном, я вижу смысл, скрытый за словами, сказанными мне тогда в храме:
— Рюи, я беспокоюсь о своем народе. Волнуюсь, как они там без меня живут. Вдруг на них напали местные племена или животные. Я должен вернуться туда. Должен помочь обосноваться и обрести счастье и богатство, в котором мы жили раньше.
В ответ я солгала. С того времени постоянно лгу Деяну. Я замаралась настолько, что мне никогда не отмыться. Пусть я чуть ли не каждый день прихожу к нему, вижу в его глазах свое отражение, но ложь постоянно стоит между нами нерушимой стеной.
— Надо же, и я будущая диорсота! Здорово, правда? Давай поддерживать друг друга и помогать друг другу советом, когда нас отправят на миссии?
— Почему бы и нет. Давай!
На самом деле диорсотисам не разрешено путешествовать друг к другу. Только став эфоросой, можно получить какую никакую свободу.
Я стражник, смотритель, инспектор, шпион. Называй как угодно. Моя задача следить за диорсотисами. И доносить на них Высшему демиургу.
Деяну сказали, проверка придет через двенадцать оборотов вокруг светила… Но нет, мой дорогой и горячо любимый, проверка к тебе приходит почти каждый день.
Я ему постоянно твержу, что Высший демиург установил сроки выполнения миссии, но он этого не делал. Сроки устанавливает эфорос, то есть я. И я решаю, хорошо или плохо диорсотис справляется с заданием и не нужно ли его отстранить от миссии и закинуть в Колесо Реинкарнации.
Мое имя засветилось витиеватыми иероглифами над фонтаном. Я сорвалась с места и поспешила ко входу в приемный зал Высшего демиурга, сжимая в руках длинный футляр, похожий на тубус для художников.
Массивные двери с легкостью разъехались передо мной, являя взору светлую бесконечность. Стены, возможно, где-то были, но они тонули в белесой дымке. Немного страшно… Не потому ли я слышала, приходя сюда, стук своего фантомного сердца? Быстрый, сбивчивый, громкий ритм, как тогда, когда вживую слышала его в последний раз, пока его не пронзил нож.
Я пошла по гладкому полу к огромной чаше осторожными шажками. Зачем Высший демиург создал настолько скользкий пол, что один неловкий шаг — и ты выписываешь неуклюжий пирует, ловя баланс, но в итоге все равно падаешь? В этом есть какой-то смысл, заложенный Его Могуществом.
На ходу я достала из футляра хрустальный стержень, испещренный изумрудными рунами, и опустила в чашу, наполненную до краев жидкостью, похожей на молоко. Стержень утонул, и по поверхности расплескались руны.
— Ваше Могущество, отчет Рюинэль-зор Крин готов. — Я отвесила глубокий поклон, остановившись лбом перед ободом чаши, а когда выровнялась, Высший демиург в бледно-голубой мантии стоял рядом. Его тонкие пальцы пробежались по поверхности жидкости, и стержень вынырнул обратно: девственно-чистый и сухой. — С вашего позволения. — Я забрала его и упаковала в футляр.
— Значит, Деян-тис Розен не понял истины баланса, но усердно к этому стремится?
— Да, Ваше Могущество.
Будь я человеком, демиург давно бы прочел мои мысли и воспоминания. Но они не принадлежат мне и не хранятся внутри меня. Я лишь имею ключи к временны́м промежуткам прошлого. А мои мысли… они часть пыли Вселенной. Мои чувства ярко сжигают душу, но любить не запрещено.
 
— Думаю, скоро у него все получится, — добавила я, глядя на безупречную молочную поверхность, в которой отражался смазанный облик Его Могущества. — В будущем он станет отличным демиургом.
— Похвально. Каким образом он решает вопрос с иссякающим источником? В отчете не написано.
— Он… — я запнулась. Как хорошо, Высшему демиургу не положено смотреть в глаза. По правилам я обязана говорить, уставившись в чашу, ведь речь моя записывается. — Он собирается отправиться к местному населению и перенять у них знания.
— В мире Фрелорат злонравная магия. Пока город Эклер будет язвой для окружающих народов, магия не даст себя подчинить.
— Мне навеять это Деян-тису?
— Нет. Ты давно не муза. Ты наблюдательница. Не забывай.
— Конечно, Ваше Могущество. — Я покрутила в руках футляр. Скорее бы сгинуть отсюда. Не то кажется, что Его Могущество проник всевидящим взором внутрь меня и ищет ключи от воспоминаний. — Я могу идти?
— Ты спешишь. Уйми в себе чрезмерную торопливость, ибо однажды не успеешь.
Слова прозвучали, как пророчество. Но Высший демиург не предсказывал будущее, он будто предостерегал: вещал о торопливости, а я слышала о другом — о том, что однажды поплачусь за ложь ему.
— Спешка нарушает баланс. Найдутся противоборствующие силы и однажды оттолкнут тебя назад — туда, откуда ты начинала.
В Колесо Реинкарнации — и это самое ничтожное наказание, которое может быть уготовано мне за обман.
— Да, я постараюсь привести свою душу и натуру к балансу.
— Отправляйся с миром, Рюинэль-зор.
Низко поклонившись, я медленно пошла к массивным дверям. Но каждая частичка души молила: быстрее, быстрее!
Там, во Фрелорате, Деян готовится напасть на горных жителей. Как разубедить? В прошлую встречу у меня не было времени на долгие перепалки, но сейчас я ему устрою!
Из храма я за мгновение перенеслась в замок к источнику. Тишина тотчас погасила мою злость. Я осмотрелась, провела взглядом по каменным стенам, которые прикрывала мрачной дымкой темнота. Никого. Искры источника плясали в немом танце. В воздухе остался едва заметный след Деяна.
Я сосредоточилась на его лице, но меня не потянуло ни в одну сторону.
Опять играется с изменением облика? И где его искать? Вот за такие игры я обязана написать в отчете на него кляузу — менять внешний вид можно только в крайнем случае! Сказано в правилах — просто так менять облик запрещено!
Хотя бы потому что я в растерянности: как его найти? По тем же правилам мне надо бы немедленно отправить запрос к Плирофориону, чтобы Деяна нашли, но там ни один запрос не исчезает бесследно — он в конце концов дойдет и до Высшего демиурга.
Обычно я жду, пока Деян не вернется к привычному облику, или брожу по замку и окрестностям, но не сегодня…
Я покосилась на ниши перед источником. Тускло поблескивала сфера Гекторама — наполовину разряжена. Уже наполовину? Я совсем недавно подзарядила, когда увидела, что Деян долго с грустью смотрит на нее! Что теперь? После того как я ушла, он заставлял ее искать кого-то по чужим мирам или полдня напролет изнурял поисками, но во Фрелорате? Я дотронулась пальцем до серебрящихся колец, и сфера наполнилась магической энергией. Через три ниши, выглядывая из-за лучей источника, покоилась Кринтара. Деян явно не собирается ее заряжать — лепестки до сих пор блеклые. Она ему не нужна? Поэтому он ее не чинит?
 
Подойдя к ней ближе, я с досадой всколыхнула воздух — трещина лепестке до сих пор чернела. Я провела по ней пальцем. Обидно, кошмар, как обидно… Кринтарочка, послушай, Деян не имел права неосторожно с тобой обращаться! Ты лучшая из лучших, твое место в святилище Высшего демиурга!
Больно видеть, что она похожа на деревянную фигурку, которые обычно припадают пылью на полках хранилищ годами, а не на могущественный артефакт. Но ничего, мое неповторимое чудо, это временно. Я найду повод и заставлю Деяна тебя починить. Не то у меня душа разорвется.