Тени Лавуара (СИ)

Нахмурившись, мужчина резко опустил руки и схватил себя за запястье, пытаясь удержаться, что бы не закрыть уши руками.
Крики. Женские крики.
Он слышал их во сне и наяву. И вот теперь, слышал опять.
Мотнув головой, перфектум поднял голову и взглянул на своих пленников.
— Ну что, Таир, виделся ли ты с маленькой цыганкой? — поинтересовался он, усмехнувшись.
Сжав руки, Таир лишь холодно усмехнулся, кивнув. Говорить с этим чудовищем он не собирался, лишь оглянулся на Ингу, чувствуя укол вины. Это он привел сюда ее, Луи, из-за него они попались.
Опустив к нему взгляд, девушка глубок вдохнула и едва заметно усмехнулась. Смысла повторять, что им конец и впрямь не было.
— Хорошо, — медленно кивнув, произнес пеофектум. — Потому что ее ты видел в последний раз. Поставьте девушку на пол! — приказал Аделар солдатам, опасаясь, как бы та, все же, не решила прыгнуть.
Двое солдат тут же бросились снимать Ингу с подоконника но быстрее солдат успел Таир. Развернувшись к Инге, он молча поднял руки.
Не медля, девушка ловко спрыгнула к, перехватившему ее Таиру. Чуть рассеянно кивнув, она едва сдержала желание отступить подальше от стражников. Еще слишком хорошо помнила, как человек в такой же форме притащил ее в пыточную, еще хорошо помнила, как такие же люди вели к костру.
Сжав ладони, Инга все же выпрямилась. Один раз она уже шла на смерть с поднятой головой, осталось только не сплоховать в этот раз.
  
Глава 7. Чудовища
 
Несколько дней в камере растянулись в целую вечность. На какое-то мгновение Инге удавалось забыться сном, но стоило закрыть глаза, как тьма по углам начинала оживать, подбираться к узнице, сверкая темными бусинками глаз.
Писк и скрежет коготков просто сводил с ума, казалось крысы были везде и только и ждали момент, чтобы впиться в плоть. Вначале у блондинки еще были силы удивляться, как эти твари не сожрали ее, когда после пытки она лежала в беспамятстве, но уже скоро недоумение вытеснила усталость.
К концу второго дня Инга едва держалось. Хотелось спать, слабость накрывала колючим одеялом и даже холод уже терзал не так сильно. В момент, когда дверь камеры раскрылась, девушка невольно напряглась, медленно поднявшись с места.
Впрочем, ждать ее никто не собирался. Войдя в камеру, стражник бесцеремонно стянул ее руки жесткой веревкой и выволок в коридор.
Едва не врезавшись в стену, девушка чуть поморщилась от боли, когда что-то острое впилось в босую ступню.
Слева скрипнула дверь. Выводили второго пленника, но девушка невольно повернула голову вправо. Не сразу, но все же удалось узнать в фигурах, остановившихся в конце коридора Раду и перфектума. Казалось, что мужчина что-то разъяснял цыганке, но что именно девушка не слышала, только на миг прислонилась к стене, перевела дыхание и едва не рухнула, когда ее резко толкнули в спину.
— Вперед!
— Убийца! Ты ведь обещал! — цыганка металась по коридору, словно раненая тигрица. — Обещал, что не тронешь их. Я сказала все, как ты велел.
Девушка остановилась перед Аделаром и вперила в него гневный взгляд.
— Обещал, — спокойно повторил перфектум, сложив руки в замок за спиной. — Но я не могу позволить, что бы опасные преступники разгуливали по улицам моего города.
Мужчина едва заметно усмехнулся и опустил взгляд к цыганке. На хорошеньком лице девушки мелькнула какая-то мрачная тень, а в глазах вспыхнул дикий, необузданный огонь.
— Лгун! Убийца! — страшным голосом выкрикнула Рада и бросилась на перфектума с кинжалом в руке.
Перехватив ее за запястье, мужчина скрутил девушке руки. Зря цыганка вырывалась и кричала, хватка у Аделара была железная.
— Разве не говорил тебе я, что за то, что ты мне солгала ты будешь смотреть, как умирают твои друзья? — прошептал он, склонившись к уху цыганки.
В ответ девушка лишь сильнее забилась в его руках.
Презрительно фыркнув, перфектум резко отпустил цыганку и зашагал прочь.
— Ведите ее на площадь, пусть посмотрит, как умрет Таир! — приказал он солдатам, схватившим цыганку и, не оборачиваясь, сам направился к выходу, не собираясь пропускать казнь.
 
Едва заставляя себя идти прямо и не рухнуть на, шедшего впереди, Таира, Инга невольно закусила губу. Нужно было собраться, нужно было взять себя в руки, но предательский, липкий холодок медленно, но уверенно захватывал душу. Слишком погруженная в себя, она не заметила, как вдруг остановился Таир и просто врезалась в него.
Нахмурившись, мужчина вскинул голову, прислушиваясь. За восемь лет, что он провел здесь, он привык распознавать шум толпы: радостный, взбудораженный и испуганный. Сейчас он был именно испуганным.
Нахмурившись, он быстро оглянулся на Ингу, но сказать ничего не успел. В коридоре перед ними, толкая перед себя цыганку, показались двое стражников.
— В камеру этих, живо! — резко вскрикнул один из них.
— А это… — начал было один, но его тот час оборвали сдвоенным криком.
— Живо!
Еще не совсем понимая, что происходит, едва дверь ближайшей камеры открылась, Инга сама быстро туда нырнула, чтобы не получить пинок. За ней втолкнули Таира, едва не растянувшегося на полу, и цыганку.
Дверь захлопнулась.
Бросившись, было, обратно к двери, Рада остановилась. Обернуться и посмотреть в глаза Таиру у нее не хватило духу. Как она объяснит то, что сделала? Какими словами будет извиняться за то, что сказала в той комнате.
И пусть она сделала это, надеясь на то, что перфектум сдержит данное ей слово о том, что не тронет Таира и пришедших, просто сошлет их куда-нибудь подальше. Какой же дурой она была, поверив в эти лживые слова.
Глубоко вдохнув, цыганка отошла в сторону. Шелковые юбки шелестели при каждом движении и напоминали о том, какой наивной дурочкой она оказалась, позволив этому стервятнику себя обмануть.
Усевшись на пол в дальнем углу камеры, Рада принялась методично вынимать из прически шпильки, глядя в пол, чтобы не смотреть на Ингу и Таира.
Приподняв бровь, Инга перевела взгляд от цыганки к Таиру и обратно. Девушка игнорировала их, Таир мрачно и виновато смотрел себе под ноги. Закатив глаза, Инга только покачала головой.
— Итак, начнем следствие… Судя по тому, какая теплая компания здесь собралась, Аделар, этот прекрасный мужчина прекрасен во всем. В том числе в интригах. Рада, что он обещал? Сохранить жизнь Таиру? — поинтересовалась Инга, с философским видом взглянув на веревку, стягивающую руки, прикидывая, как бы ее развязать.
Приподняв бровь, мужчина бросил на блондинку мрачный взгляд, но она только невозмутимо пожала плечами, попытавшись перегрызть веревки, но сплюнула уже после первой попытки.
— Фу, пакость…
Коротко кивнув, цыганка продолжила свое занятие, даже не глядя на своих сокамерников. Постепенно, шпилька за шпилькой оказались на полу. Тряхнув головой, Рада запустила руки в волосы, взъерошивая их и тем самым — окончательно разрушая старания цирюльника.
— Таиру и вам, — наконец произнесла цыганка, подняв глаза на Ингу. — А я — дура, поверила.
Хмыкнув, Инга покачала головой и приблизилась к девушке, присев возле нее.
— Поверь, быть обманутой таким мужчиной не постыдно. Каким бы чудовищем он ни был, но в уме и силе ему не отказать, — игнорируя недовольное фырканье Таира за спиной, заметила блондинка, после чего вновь попыталась освободить руки от веревки.
— Как не тяжело это говорить, но Инга права. Не вини себя. — все же подал голос мужчина, параллельно прислушиваясь к шуму за дверью, пытаясь понять, что там происходит.
Вспыхнув, словно свечка, Рада ничего не ответила, лишь бросила на Таира раздраженный взгляд.
— Да, действительно, одно дело перфектум, обманывающий глупую цыганку, а другое, — девушка вскочила на ноги и запустила в Таира шпилькой, которую не успела бросить на пол. — Друг.
Топнув ножкой, цыганка сложила руки на груди и отвернулась, тряхнув копной роскошных черных волос.