Из духа и оков (ЛП)

Он был официальным кузнецом оружия в Обскурите. А еще он был младшим братом королевы Камэо. Я знала, что тут была история, которую мне не хотели рассказывать. Если это было важно, и если мне нужно было знать, они расскажут мне позже.
Джастис был дядей Истона, был хорошим, но немного ворчливым и замкнутым. Его муж Ридли стоял рядом с ним, улыбаясь.
Я видела облегчение в их глазах, невольно хотелось подбежать к ним и просто обнять их, убедиться, что они были настоящими, живыми и в порядке.
Я не видела Истона рядом с ними.
Они осмотрели группу и нахмурились. Я знала, что и они выглядывали племянника.
Ридли был нашим целителем, он помогал мне тренировать дисциплину, чтобы я могла сдерживать стихии, какие у меня были перед тем, как я ушла.
Теперь добавились еще две. Я надеялась, что он поможет мне и с ними.
Потому что я нуждалась в этом. Я не могла сделать это одна.
И теперь я не могла держаться за Истона. Полагаться на него.
— Мы вернулись, — я посмотрела на них, а потом на свои ладони. А потом я зашагала, не осознавая, что делала это, хоть знала, что не должна была. Ридли раскрыл объятия, и я подошла к нему. Я посмотрела на Джастиса, тот кивнул мне. Я заметила, кто был в его руках. Брэлинн сидела у сгиба его локтя, ее голова была склонена, она разглядывала меня. Ее черные крылья были прижаты к бокам, чтобы она могла прильнуть ближе к Джастису, и я подавила фырканье.
То, что великан, который редко говорил, не рыча, держал мою кошку, мою лучшую подругу, родственную душу Люкена, было немного забавно.
А потом я вспомнила, почему Люкен не мог держать свою пару так, как хотел.
— Идемте в замок и поговорим там. Вы пришли через территорию Духа, не двор Люмьера, хотя так ближе. Уверен, на то есть причина, — отметил Ридли, ловя мой взгляд.
Я кивнула.
— Он тут? — прошептала я так тихо, чтобы слышали только он, Джастис и Брэлинн.
Мужчины смотрели на меня, их глаза чуть расширились. Даже глаза Брэлинн стали больше.
Когда Джастис едва заметно покачал головой, мое сердце разбилось.
Мои ладони задрожали, земля затряслась под моими ногами. Я подавила стихию.
Я была в порядке. Все было в порядке. Почему было так больно? Почему всегда так ощущалось? У нас не было времени кого — то знакомить, когда были те, кто мог подслушать и узнать больше, чем должны.
Я знала, что народ Лании не расскажет о случившемся, они поклялись молчать еще до того, как мы ступили на территорию Духа. Я была благодарна за это.
Я не хотела объяснять королевству Обскурит, что их правитель пропал.
И я не хотела объяснять, почему с нами было столько представителей Люмьера, еще и один мертвец.
Мы не успели отправиться, Люкен подошел ко мне, глядя на кошку на руках Джастиса.
В последний раз Люкен видел свою пару как пепел на ветру, ее убил Лор.
Магия и стихия в ее венах, а еще использованный кристалл как — то превратили ее в фамильяра, каким она была теперь.
Я все еще не понимала, как именно это случилось, но Розамонд не удивилась. Она же была Пророчицей.
— Можно? — спросил сдавленно Люкен. Он протянул руки, и Брэлинн прыгнула туда. Она потерлась мордочкой под его подбородком, и тело Люкена содрогнулось, словно его ударили. Он закрыл глаза и застонал с болью. Воздух окружил его, нежный ветерок щекотал мою кожу и ерошил шерсть Брэлинн.
Брэлинн лизнула его подбородок, и он улыбнулся ей. Я боролась со слезами.
Они воссоединились. Просто не так, как все хотели.
Брэлинн посмотрела на меня и отрыгнула шарик огня, я прищурилась от этого. А она потерлась об Люкена.
— Кто — нибудь может объяснить огонь?
— Всему свое время, Лирика, — сказала Розамонд. — Уверена, у тебя есть вопросы. У нас тоже. Я расскажу тебе, кто знаю. Все.
И для Пророка такие слова что — то означали.
Мы отправились в путь, следовали за Ридли и Джастисом.
Некоторые придворные Обскурита подходили к нам, но ничего не спрашивали. Я знала, что они искали Истона. Я тоже его искала.
Когда мы выбрали комнаты для некоторых магов Люмьера, я устала. Но это не закончилось. До конца было далеко.
 
Я отдохну позже. Сначала ждали дела.
И от одного будет больно.
Вопль боли вылетел изо рта женщины, она прильнула к своему мужу. Звук ударил меня. Я хотела забрать ее боль. Как — то магией остановить ее. Чтобы она больше не ощущала эту агонию.
Ее муж упрямо стоял, его глаза высохли, он смотрел вдаль.
Вин и Тиган были перед ними, оба опустили головы.
Это были родители Арвина.
И теперь они знали, что их сын погиб.
Я не знала, могла ли помочь словами. Я не могла просто стоять в стороне и ничего не делать. И я подошла ближе.
— Ваш сын был храбрым. Он хорошо сражался и защищал меня. Он умер, спасая мою жизнь. А я буду навеки у вас в долгу.
— Лирика, — прошептала Вин, но я быстро покачала головой. Мне не нужны были ее слова, что это была не моя вина. Я не хотела слышать это от них. Хоть Лига, Кредо и лорд Воды сделали это, Арвин защищал меня.
И я никогда не забуду эту жертву.
— Они рассказали, что случилось, — мама Арвина сжала мою ладонь. У нее была крепкая хватка для той, кто выглядела так, словно ее кости вот — вот сломаются.
Она была дейн, я поняла это, только когда она коснулась меня. Ее лишили магии — похоже, недавно. А все из — за Лора и его ужасного использования кристалла.
Проклятие. Мне нужно было это исправить. Нужно было спасти этот народ.
Мне нужно было спасти мой народ.
Огонь заскользил между пальцев другой моей ладони, и я сжала кулак, но дым успел подняться между моих костяшек.
Отец Арвина опустил взгляд, а потом посмотрел мне в глаза.
— Ты не в долгу перед нами, Жрица Духа. Ты не дашь смерти Арвина быть напрасной. Я знаю, ты убила тех, кто убил моего сына. Жаль, я не был там, чтобы увидеть, помочь. Ты защитишь наше королевство и объединишь нас, чтобы мы могли жить. Чтобы наша магия вернулась.
Он был магом Огня, это я ощущала, но его жена была теперь дейном.
Я не знала, как это исправить. По крайней мере, пока что.
Но я разберусь. Узнаю.
— Когда будет свободное время, мы расскажем тебе о нашем сыне. О его улыбке и смехе, — мама Арвина вытерла слезы с лица. — Мы расскажем тебе хорошее, чтобы это затмило плохое в твоей голове. Он был нашим сыном. И он хотел быть воином.
— Он был воином, — сказала я, голос был сильнее, чем я считала возможным. — Он был им.
— Спасибо.
Я отошла, оставив Вин и Тигана делать, что нужно. Они все — таки много раз это делали. Они были лидерами, которые видели, как мужчины и женщины погибали в бою. Они знали, что сказать и что сделать.
У меня были только пустые слова и еще более пустые обещания.
— Ты хорошо постаралась там, — Родес подошел ко мне.
Я застыла, глядя на него. Мы были теперь в тени вне комнаты, ждали встречи с Джастисом и Ридли. Я глядела, не понимая, как он был жив.
— Я так не чувствую, — тихо сказала я.
— Из — за этого, знаю, ты справишься со всем, что тебя ждет. Мне жаль, что Истон пропал.
Я оглянулась, радуясь, что никто рядом не стоял, чтобы услышать это.
— Мы еще не говорили с другими об этом.
— Я знаю, что мы ждем. Я помогу тебе найти его. Он — твоя пара, Лирика. Вместе вы сможете многое сделать. И я помогу этому произойти.
Я разглядывала его лицо, сильные линии челюсти. Я заметила, что он уже не был таким бледным, и серебряные глаза, которые всегда влекли меня, притягивали снова.
Он был моим другом.
Может, это мне и нужно было.
Друг.
— Я тебя не понимаю, Родес.
— Я сам себя редко понимаю, — он рассмеялся. — Я не помню, что случилось под водой. Я не помню ничего о костяной магии, или о том, что могло со мной быть.
Он неловко переминался с ноги на ногу.
— Я помню только своего отца и твое лицо. А потом я открыл глаза и снова увидел тебя сверху, когда я всплыл на поверхность. Так что есть, что обсудить. Давай разберемся, что будет дальше.