Пожиратели миров. 9 том (СИ)

От такой посадки нас подбросило на сиденьях. Салон пробрал душераздирающий скрежет металла. Прежде чем мы врезались, остановившись окончательно, челнок ещё некоторое время скользил по земле между стволов деревьев, из-за чего вся кабина тряслась, как при землетрясении. Если бы не ремень безопасности, меня бы выбросило из кресла прямо в Лику.
После удара в кабине повисла гнетущая тишина.
Несколько секунд мы просто сидели, словно боясь пошевелиться или издать какой-либо звук. Тишину нарушал лишь тихий гул затихающих двигателей да потрескивание древесины после нашей жёсткой посадки. Казалось, что весь мир на мгновение умер.
Первым нарушил тишину я.
— Подъём, — я отстегнул ремень и поднялся на ноги. Слегка покачнулся, но схватился за кресло и устоял. — Надо уходить. Все живы?
— К-кажется… я сходила в туалет… — пробормотала Лика, продолжая смотреть в никуда выпученными глазами.
— Я в порядке, господин Барбинери, — поднялся следом слуга.
— Я тоже, — второй слуга тоже вроде как чувствовал себя нормально, но у него по лицу стекала кровь, окрашивая седую бороду в бордовый цвет.
— Давай, Лика, надо вставать, — отстегнул я её, пока один из слуг срывал панель под потолком, дёргая на себя рычаг экстренного открывания двери. Та с хлопком вылетела наружу.
— Поднимите её, — приказал я, а сам постучался в дверь в кабину пилотов. — Жив кто?
Никто не ответил.
Тогда я пси-силой выбил дверь, разделяющую салон и кабину пилота. Тот сидел в кресле, опустив голову, повиснув на ремнях безопасности. Я коснулся его шеи, и пульс был, а значит, нам вообще несказанно повезло. Быть сбитыми ракетой, упасть в лесу и ещё не погибнуть.
Я отстегнул его от кресла, после чего вытащил сначала оттуда, схватив под мышки, а потом из челнока.
Лес встретил нас гробовой тишиной.
— Все целы? Лика, ты как там? — поинтересовался я.
— Н-нормально…
Она уже стояла на ногах, но её заметно потряхивало. А вот один из слуг обзавёлся бинтами на голове, которые уже пропитала кровь. Но, заметив мой взгляд, тот лишь покачал головой.
— Всё в порядке, господин. Я просто рассёк голову.
— Это хорошо, — я огляделся. — Надо уходить. Меня гложут подозрения, что они могут вернуться и проверить, разбились ли мы насмерть или нет. У нас есть связь с поместьем?
— В кабине, — прохрипел пилот. Даже он пришёл в сознание, что говорило о нашей удаче.
— В кабине? — я вернулся в челнок.
Внутри всё было достаточно знакомо. Рацию я нашёл сразу, однако она не работала: экран был мёртвым, и не было слышно даже помех. Что касается запасной рации или спутникового телефона, то его я банально не нашёл. Вернее нашёл, в салоне, но тот был пробит навылет, видимо, осколком зенитной ракеты.
— Помимо рации и телефона, в салоне ещё средства связи есть? — выглянул я наружу.
— Нет, — хрипло ответил он. Вокруг него уже суетились двое слуг и Лика, которая после падения была слегка заторможена.
Тогда у нас проблемы. Нет, они рано или поздно отправятся на наши поиски, однако скорее поздно, чем рано.
Я окинул взглядом челнок. Втянутый и блестящий… когда-то, сейчас он представлял из себя жалкое зрелище. Весь помятый, грязный и исцарапанный. Вся задняя часть и вовсе была испещрена дырами, будто в него дробью выстрелили. Туда, видимо, и попала ракета.
— Надо уходить. Они знали, что мы летим, а значит, скоро могут прийти сюда, чтобы проверить, убило ли они нас или нет. Как далеко до поместья?
— Половина пути, — прохрипел пилот.
Половина пути через дикие земли, где нет-нет да встречаются демоны. А с запахом крови, помимо них, на нас устроят охоту ещё и дикие звери, которые здесь водились в разных формах. Иначе говоря, путь будет опасным.
— У кого есть дар? — решил я проверить наши силы.
К моему удивлению, подняли руку все, даже пилот. Лика понятно, электричество, так как дочь погибшего главы семьи Барбинери.
— У вас какие? — кивнул я на слуг.
— Воздух.
— Огонь.
Воздух и огонь. В связке вполне неплохо работают. А приплюсовать сюда Лику, и получается и вовсе страшная сила. В принципе, шансы есть.
 
— Ладно, слушать мою команду. Вы сейчас двигаетесь в сторону поместья, — я бросил сигнальный пистолет с патронами одному из слуг. — Как можно быстрее и как можно дальше. Рано или поздно они полетят нас искать. Я двинусь в сторону, откуда прилетела ракета, чтобы убедиться, что за нами не будет погони, и позже присоединюсь к вам.
— Господин, я… — начал было один из слуг, но я обрубил его на корню.
— Это приказ. Вы двигаетесь в сторону поместья. Увидите спасательную группу — пускаете сигнальную ракету. Я проверю, чтобы не было преследователей, и вернусь. Без вас мне будет сподручнее. Всё, расходимся.
И, не оглядываясь, я отправился в ту сторону, откуда примерно должна была прилететь ракета. Они не выглядели слабыми или неопытными, особенно слуги, поэтому вполне должны справиться с любой проблемой, что возникнет у них на пути. И да, Тень.
Что такое, опять помощь?
Ты ведь можешь выйти на связь с моими дочерьми и предупредить, что случилось, верно?
Нет.
В смысле нет?
В прямом смысле нет.
Ты с ними выходил на связь. Появлялся перед ними. Так зачем ты мне сейчас пытаешься лгать?
Да, когда они близко, то да.
В смысле?
Ну они источник сил хаоса, ты источник сил хаоса. И когда вы близко, то как антенны перекликаетесь, и я могу перед ними появляться. Но на такой дистанции — нет. В конце концов, я нахожусь в тебе, не в них.
Нужно, чтобы ты всё равно попробовал выйти с ними на связь.
И ты потеряешь меня на время.
Не маленький, справлюсь.
Точно?
Абсолютно.
Ну смотри…
И я посмотрел. О чём забыл упомянуть он, так это о том, что вместе с попыткой связаться Тень заберёт и большую часть моих сил, оставив меня, по сути, вообще безоружным.
* * *
— Мама! Мама!
— Мама! Мама!
— Ма-а-а-ма-а-а!
— Ма-моть-ка!
Мара и Дора ворвались в кабинет, голося на всю комнату. От их крика у Катэрии даже заболела голова.
Оторвав глаза от документов, она взглянула на дочерей, за которыми уже спешило две няни. Они посмотрели на неё виноватым взглядом.
— Просим прощения, госпожа Голд, но они как ужаленные умчались, о чём-то крича, — тихо извинилась одна из них, и обе поклонились. — Мы их пытались удержать, но они всё к вам рвались, и мы…
— Ладненько… — вздохнула она, подхватив обеих дочерей на руки и усадив себе на колени. — Можете идти.
Няни быстро поклонились и тут же вышли из кабинета.
— Так, ну а вы что раскричались? — посмотрела она любящим взглядом на дочерей. Всегда строгая и кажущаяся другим холодной, при взгляде на дочерей она становилась мягче и добрее. Та сторона, которую она редко кому показывала, как и взгляд, полный обожания, который она с них не сводила.
— Мама! Папа!
— Он упаль!
— Упаль и бух!
— Совсемь упаль!
Они начали наперебой что-то ей рассказывать, но Катэрии с трудом удавалось понять, о чём вообще идёт сейчас речь.
— Стоп-стоп-стоп, — прижала она пальцы к губам дочерей. — Давайте-ка поочерёдно. Кто упал, папа? Мара?
— Упаль! Упаль и бух! — для пущего красноречия она развела руки в стороны.
— Бух куда? Дорогая?
— Я… не знаю… — потупила она взгляд.
— Дора?
— Упаль, — в отличие от Мары, она говорила заметно тише.
— Куда упал?
— Он летел, летел и упаль, — ответила Дора.
— Вы боитесь, что папа упадёт? — улыбнулась Катэрия, восприняв их слова немного иначе. — Ах вы мои заботливые… С папой всё в порядке, он скоро вернётся к нам обратно.
И прижала обеих к своей груди.
— Неть! Неть, папа узе упаль! — воскликнула Мара, оттолкнув руку Катэрии.
— Уже упал? — нахмурилась она, наконец поняв, о чём обе толковали. — С чего же ты взяла это, дорогая?