Пожиратели миров. 9 том (СИ)

Обычно демоны в нашем мире как бы объединены в одну структуру, но здесь они отсечены друг от друга. Предположу, что с марионетками то же самое. Поэтому я не сильно беспокоился о том, что тварь сможет каким-нибудь способом передать наши планы по поводу их базы. Но что меня действительно волновало, так это слова Марианетты.
Не вмешивать в это Финисию? Нет, я понимал её мотивы. Девушка может войти во вкус, а там, глядишь, будет не далеко до того, что ей будет в принципе нравиться устраивать экзекуции своим врагам, тем самым срывая злость на остальных. Люди, пережившие насилие и моральную боль, нередко потом мстят за это всем подряд. Уже видели, уже знаем.
Но с другой стороны, она была единственным оружием против демонов, которое могло безошибочно их определять и уничтожать. Соблазн воспользоваться её силами был велик, но…
Тебя гложет совесть перед Марианеттой?
Что-то вроде этого.
Разве не ты говорил, что цель оправдывает средства? Забей и используй её дальше.
Раньше я и демоническими силами не обладал. Времена меняются, как и люди.
Как и я.
Но что не меняется, так это охота на демонов.
На этот раз я решил отказаться от услуг Вахты. Сейчас за ним присматривали наши люди, но пока он безвылазно сидел у себя дома с женой, с которой они официально не были женаты, и ребёнком. Телефоны, сеть — всё прослушивалось и проверялось, однако поводов прийти к нему не было. Я хотел точно знать, есть ли связь между ним и сектой.
В каждом городе хватало как информаторов, так и детективов и хакеров, которые за хорошую оплату были готовы рискнуть жизнью и выведать необходимую информацию. И что касается завода, на который указал демон, там действительно были интересные факты, которые стоили внимания.
Охрана около завода была удивительно сильной для подобных мест. Там была не просто служба безопасности, а самая настоящая небольшая армия. И вооружение у завода было соответствующим.
Что касается хозяев завода, он принадлежал одному из домов Нейлидонска. Обычный богатый дом, поднявшийся за счёт машиностроительного завода, который знали во всей стране. Но почти сразу бросались в глаза их связи с Ристингаузерами. В прошлом те удивительным образом спасли его от банкротства, но при этом ничего не потребовали взамен. А такие люди просто так ничего не делают.
Ещё одной интересной деталью были грузовики. Нет, в этом ничего необычного нет: у завода должен быть свой грузовой транспорт, который возит материалы и продукцию. Странно было то, что, проследив за одним из них, выяснилось, что некоторые ездят отнюдь не отвозить детали или везти материал. Они отправлялись в аэропорт, откуда уже загруженные что-то привозили обратно.
Немного подкупа, хакерства и обмана, и у нас появилась накладная одного из самолётов, что разгрузили в грузовик. Он перевозил как раз-таки медпрепараты из фармацевтической компании «Вита-Инманибус», которая обслуживала и ту базу демонов, что мы уничтожили. Зачем заводу в таких количествах медпрепараты? К тому же, среди которых было немало седативных препаратов, использующихся в том числе для анестезии и погружения в кому?
Даже этого факта достаточно, чтобы всё понять, но нам нужна была точность. Нападение на завод, обеспечивающий машинами страну, само по себе преступление. А учитывая хозяев, которые, если мы ошиблись, точно придут к нам с вопросами…
— Игьять!
— Правильно говорить: играть, — поправил я Мару.
— Игрь-рь-рять! — она схватила меня за рубашку и потащила за собой.
Вздохнув, я позволил этому маленькому источнику беспокойства утащить меня за собой. Удивительно, но её больше интересовали не куклы, которых у девчонок было в избытке. Она с неуёмной упорностью тянулась к оружию, причём настоящему, огнестрельному. И я не мог винить её за это — кому интересны куклы, когда есть пистолет, из которого можно по ним стрелять? Или градомёт, который делает бум, чаще всего фатальный, своим врагам?
— А где Дора? — поинтересовался я.
— Она игряет, — буквально отмахнулась та, будто высказывая своё мнение об играх сестры.
 
— А ты во что хочешь играть?
— Пистолеты!
Во, вот это наш подход.
Украдкой оглядевшись, я поднял озорную девчонку на руки и потащил её к складам, где хранилось оружие, включая её пистолет. Хороший новый Стивенс Семнадцать был девятимиллиметровым оружием с неплохой точностью и достаточной лёгкостью.
Уж не знаю, что больше нравилось Маре — звук выстрела или как разлетались банки от попаданий, но она пищала от радости, когда я попадал в цель. А я попадал в цель всегда, поэтому она пищала от радости тоже всегда, иногда хлопая в ладошки.
— А мозьно мне? — потянула она ко мне руки.
— Я обещал твоей маме, что не дам тебе его в руки, пока не подрастёшь или она не разрешит, — вздохнул я.
— Позязя, — посмотрела она на меня большими глазами.
— Нет, дорогая. Не сегодня, — покачал я головой.
Подкаблучник.
Заткнись.
— А из атомата? — попросила она.
— Автомат? Нет, тоже нельзя.
— Зяль, — вздохнула Мара, понурив голову.
— Но могу пострелять из автомата я, если хочешь. Это будет весело, — предложил я.
— Из больсёго? — заинтересовалась она.
— Достаточно большого, — кивнул я. — Он будет очень громким и очень быстрым. Хочешь посмотреть?
— Дя!
Хоть кому-то в этой семье было интересно оружие. Я имею ввиду, что Дора вообще этим не интересовалась, а Катэрии это было и не нужно, так как она полагалась на свои пси-силы. Марианетта вроде и вовсе была против оружия. Нет, она понимала, что оно необходимо, но в то же время была не в восторге от него. Это было понятно по тому, как Кален хотел пострелять, а она сразу запретила ему, хотя людей, кто мог бы помочь парню освоить оружие, хватало.
Я вновь подхватил её на руки.
— Тогда идём. Я где-то здесь видел крупнокалиберный пулемёт от джипа. Думаю, никто не будет против, если мы его одолжим.
* * *
Катэрия любила своих дочерей, как любит мать своего ребёнка. Это было её, что-то своё, что-то родное, что она сначала носила долгих девять месяцев под сердцем, а потом ещё и растила два года, стараясь вложить в них самое лучшее. Ведь, как говорили остальные, что поставишь в фундаменте, так и построится дом.
Поэтому было не удивительно, что она так внимательно следила за детьми. Всегда. Даже когда была чем-то занята. И если до этого всё было всегда как обычно, то сейчас она начала замечать некоторые странности. Дети…
Смеялись.
Нет, ничего странного в том, что дети смеются, естественно, нет. Играют, делают что-то только для них одних весёлое, но…
Катэрия начала замечать, что иногда, покидая комнату, они будто с кем-то общались. Будто кто-то смешил их, веселил, пока никто не видел. И если в первое время её это ни капельки не смущало, то позже начало действительно волновать.
И сейчас, сидя с книгой, она не могла оторвать взгляд от двери в детскую, где весело смеялись её дочери. Будто с кем-то играли…
Задумчиво глядя на дверь, она отложила книгу и встала. Внутри появилось какое-то беспокойство, что-то очень странное, будто там были не только её дети, но и что-то ещё. Что-то другое…
Медленно, шаг за шагом, она приближалась к комнате, слыша детский смех, который раньше вызывал у неё приятные чувства, но сейчас из-за чего-то пускал мурашки по её спине. Уже около проёма она замерла, прислушиваясь к тому, что происходило за ней, после чего медленно открыла дверь.
Её дочери, Мара и Дора, стояли напротив дальнего угла и весело смеялись. Смеялись, повернувшись к ней спиной, будто смотрели на кого-то в углу.
В пустом углу.
От этого зрелища у неё побежали мурашки по коже. Но она тут же тряхнула головой, взяв себя в руки.
— Дора, Мара, играете? — улыбнулась она.
Девочки обернулись. В этот момент её сердце дрогнуло. На какую-то долю секунды она испугалась, что на неё посмотрят отнюдь не её дочери. Что увидит в их лицах застывшие маски безумия, пустой взгляд, как у кукол, будто в фильме ужасов. Но…