Помню тебя наизусть (СИ)

Я с досадой скрипнул зубами, небрежно стянул кроссовки и оставил их прямо посреди прохода, куда-то скинул пуховик, подтянул сползающие портки и пошел за ней в гостиную.
— А вот и мы! — ее голос звенел от не прикрытой радости.
— Бегу! — с кухни вышел высокий плечистый мужчина в бежевом простом свитере, обычных голубых джинсах, и с клетчатым полотенцем на плече, при виде которого я завис.
Он что реально готовит?
Мама бросилась к нему со всех ног и, совершенно не стесняясь моего присутствия, повисла на шее:
— Я так соскучилась.
— Я тоже, Настен. — сказал он и поцеловал ее. Не в губы, и не по-французски. Просто чмокнул в щеку. Быстро и ласково, прижавшись на мгновение лбом к ее макушке. И от этого я смутился гораздо больше, чем если бы они начали лобзаться взасос.
Внезапно и совершенно отчетливо я понял… Даже не понял, а почувствовал, что он действительно любит мою мать.
— Слав, познакомься. Это мой сын. Максим, — мама переводила сияющий взгляд то не меня, то на него.
— Ну, здравствуй, парень. Раз знакомству. Настя про тебя много рассказывала, — он шагнул ко мне и протянул руку для приветствия.
Я сто раз в голове представлял этот момент, там были разные варианты: начиная от снисходительного игнора, заканчивая презрительным плевком в морду. И уж совершенно точно в своих фантазиях я не собирался жать ему руку…Но сделал именно это.
Рукопожатие у него было крепкое, по-мужски уверенное. Взгляд прямой, внимательный. На губах легкая, вполне искренняя улыбка, странным образом располагающая к себе.
Я был в ступоре. Как тут начинать спорить и качать права, если с тобой никто не собирается воевать?
— Мальчики, как хорошо, что вы наконец познакомились, — маменька восторженно шмыгнула носом и украдкой смахнула слезу, — а где Яночка?
— Сейчас спустится. Она весь день красоту наводила, готовилась, — усмехнулся Вячеслав.
Пока я тупил, пытаясь придти в себя после такого странного знакомства, на лестнице раздалось звонкое цоканье каблучков.
— А вот и Яна! Иди сюда, дочь. Знакомиться будем.
Я тоже повернулся на звук шагов и застыл, как громом пораженный.
Э-э-э-э. М-м-м-м-м. Это кто? Сестра моя новая что ли? Ох-ре-неть…
* * *
А где бантики?
Блин, ну какие на хрен бантики???
Девица, грациозно спускающаяся по лестнице, не имела никакого отношения ни к бантикам, ни к содранным коленкам, ни ко всей прочей детской ерунде. Высокая, фигуристая, ноги от ушей. По плечам водопад зеркально блестящих волос, на губах легкая улыбка.
Я как дурак переводил взгляд то на черную юбку, обтягивающую стройные бедра, то на аккуратный вырез белой блузки, то на длинные серьги, плавно покачивающиеся в такт шагов, то на лицо. Уверенная в себе. Красивая. Я бы даже сказал породистая.
Черт, это семейство никак не хотело укладываться в те рамки, которые для них заранее придумал.
Она остановилась рядом с отцом и скованно улыбнулась моей матери.
— Здравствуйте, Анастасия Сергеевна, — голос у нее был мягкий, мелодичный, с бархатистыми переливами.
— Здравствуй, Яночка, — мать шагнула к ней и аккуратно обняла, — я давно мечтала познакомиться с тобой. С прошедшим днем рождения тебя.
Девичьи щеки от смущения заалели, делая ее еще более привлекательной.
— Спасибо.
— Можешь звать меня просто Настя.
— Хо…хорошо, я попробую — Яна смутилась еще больше, неуверенно кашлянула, — Добро пожаловать.
— А это Максимка, — мама внезапно вспомнила про меня, — надеюсь вы подружитесь.
Блин. Мам, ну какой к черту Максимка??? Еще бы представила меня детским прозвищем Максеныш. Я — Макс. Просто Макс!
Новоиспечённая сестра перевела на меня настороженный, внимательный взгляд. Мимолетом скользнула по вытянутым штанам, свитере, который висел на мне бесформенным мешком, растрёпанной нечёсаной голове.
Я представил, как сейчас выгляжу и почувствовал, как начало палить щеки. Вот придурок. Молодец, выпендрился, показал характер. Теперь она подумает, что я неопрятный оборванец из глуши, который не знает, что такое расчёска, мыло и дезодорант.
 
— Добрый день, — Яна напряженно протянула мне руку.
— Добрый, — буркнул я, мимолетно касаясь подрагивающих прохладных пальцев.
— Ну, что. Раз все познакомились, то идемте за стол. Я такое приготовил — пальчики оближете, — самоуверенно произнес Вячеслав, перекидывая полотенце с одного плеча на другое, — заодно поговорим, расскажете, как доехали.
Он подставил один локоть матери, второй — своей дочери и обвешанный женщинами с обеих сторон направился в столовую. Я отстал от них на пару шагов, быстренько пригладил волосы, пытаясь придать себе более приличный вид, подтянул штаны, которые так и норовили съехать до колен, закатал рукава у свитера, чтобы не торчали нитки из растянутых манжет. Красавец, просто красавец. Максимка великолепный. Даже жалко стало, что первую встречу нельзя переиграть.
В светлой столовой было уютно, очень просторно и свежо, наверное, из-за того, что панорамное окно выходило на заснеженный сад. В центе стоял большой овальный стол, застеленный кремовой скатертью и сервированный не хуже, чем в дорогом ресторане. Все по высшему разряду.
Мы заняли свои места: Слава, как хозяин дома — во главе стола. Мама по одну сторону от него, дочь по другую, а я напротив нее.
— Не скромничайте, налетайте, — он поднял металлическую крышку с большого блюда, — лично я умираю от голода.
То ли на нервной почве, то ли из-за долгой дороги, но у меня проснулся зверский аппетит. Я наложил себе полную тарелку и сосредоточенно ел, слушая других.
Говорили в основном Слава и мать. Яна лишь изредка вставляла какую-то реплику, или сдержано смеялась, когда того требовал момент, а я так и вовсе молчал. Лишь мыча что-то невразумительное, когда ко мне обращались напрямую.
Точно придурок. Конченый. Где так боевой, а тут язык в задницу засунул.
Меня просто выбил из колеи дисбаланс между вымыслом и реальностью. Вместо противного хмыря — вполне себе адекватный мужик, вместо маленькой нескладной «сестренки» — красивая, вполне себе оформившаяся девка. А мама так искренне счастлива, что светится изнутри. И сколько я не пытался, не мог вспомнить, чтобы у нее так сияли глаза, пока она жила с моим отцом.
Может, зря я протестовал и обижался? Может все будет не так уж и плохо? Ведь каждый имеет право быть просто счастливым?
Большую часть ужина я провел, подглядывая за Яной. Она тоже украдкой посматривала в мою сторону, и когда наши взгляды пересекались мы поспешно отворачивались и делали вид, что увлечены едой. Девчонка тоже волновалась, хоть и пыталась вести себя уверенно. Я видел, как иногда в ее руке начинал мелко подрагивать прибор, как напряженно она кусала мягкие губы, как иногда совсем по-детски беспомощно смотрела на отца.
Она ушла из-за стола первая. Извинилась, сказала, что ей надо делать уроки и готовиться к завтрашним занятиям.
— Вы, наверное, устали с дороги, а я вас тут своей стряпней увлек, — сказал Вячеслав, когда заметил, как мама зевает в кулак, — вам бы отдохнуть.
Лично я был бы не против залезть в душ, чтобы смыть с себя этот день, а потом завалиться спать. Завтра в новую школу, в новый класс. Не то что бы я переживал, но какая-то дрожь в организме явно присутствовала.
— Макс, твоя комната на втором этаже. В конце коридора направо. Тебя проводить? — предложила мать.
— Я что маленький? — проворчал, поднимаясь из-за стола, — сам дойду…спасибо.
— Тогда иди, а я останусь. Мы тут со Славой еще поболтаем, а потом все приберем.
Надо же какая идиллия. Дома с отцом они никогда ничего вместе не делали, да и разговаривали будто через силу.
После сытного и довольно приятного ужина думать об этом не хотелось. Сначала надо разобраться с тем сумбуром, что творился внутри, а потом уже решать, как быть дальше.
Всю дорогу до своей комнаты я с интересом осматривался по сторонам. Хороший все-таки дом. Уютный, удобный. Стыдно признаваться, но мне здесь понравилось.