Помню тебя наизусть (СИ)

Сердце пару раз бухнуло где-то в горле, а потом провалилось в желудок. Это все ужасно, но смысла отрицать нет. Я встряла по полной.
К поселку я подъехала около десяти. Затаив дыхание от предстоящей встречи, я кружила по знакомым уютным улочкам, пока наконец не вывернула на нужную.
— Какого…
Возле распахнутых ворот были припаркованы несколько незнакомых машин, громко играла музыка, а когда я въехала во двор, то увидела девчонок из параллельного класса, курящих на моем крыльце.
— Яна, привет! — они радостно махали мне своими куриными лапами.
— Привет, — с нарастающим удивлением я подошла к ним, — вы что здесь делаете?
— Очень смешно, Ян, — фыркнула одна из них, — сами позвали.
Сами позвали?
У меня перед глазами все поплыло. Лично я никого не звала!
Ну Ершов, ну сволочь! Я ломанулась в дом.
* * *
Народу там была тьма. Человек тридцать. Не меньше. Они были везде: оккупировали гостиную, кухню, холл. Даже в прихожей на лавке сидели и весело разговаривали. Пипец!
— Ян, привет!
— Как дела?
— Отличная у тебя хата.
Со всех сторон кто-то что-то говорил, кто-то обнимал в знак приветствия, но я даже не видела их лиц. У меня был шок.
— Где Макс? — я вцепилась в руку первому попавшемуся парню.
— Там где-то, — он указал взглядом, и я побрела туда, едва чувствуя под собой ног.
Ершов нашелся на кухне, в компании Дениса, Семена, Рыжего и еще двух парней.
Стоило мне появиться, как Меньшов потянул ко мне свои лапы. Зря. Сегодня я была не в духе.
— Отвали! — рявкнула так, что он опешил и отступил. Я тем временем подошла вплотную к Максу и прошипела, — Что ты тут устроил?
— Что не так? — ухмыльнулся он, — веселимся. И тебе советуем.
— Веселитесь? Да они дом громят!
— Ян, не пенься. Наверх я запретил ходил. Кабинет и дверь в подвал запер. Они все здесь, под присмотром. Завтра с утра вызову клининговую службу и все будет пучком.
— Пучком? — переспросила я, офигевая с каждым мигом все больше, — я тебе сейчас такой пучок устрою… Отправляй всех по домам! Немедленно.
— Белка, не хочешь развлекаться — не мешай остальным, — встрял Семен.
— Вот именно, — поддержал его Рыжий.
Разговариваться с ними было бесполезно. Единственная надежда на здравомыслие Макса, и то она рассыпалась в прах, когда он по-дружески приобнял меня за плечи и развернул лицом к выходу:
— Хочешь — оставайся. Не хочешь — свали к себе и не отсвечивай.
Я зло скинула с себя его руку и обвела взглядом кухню. Семен улыбался, Денис, не отрывал от меня тяжелого взгляда, Макс был спокоен, как древний айсберг, и абсолютно уверен в своей правоте.
— Да пошли вы все!
— О, Белецкая, разбушевалась! Спасайся кто может, — Рыжий вечно ржал, как конченый идиот.
Под всеобщий смех я выскочила из кухни и бросилась на второй этаж.
Да что же это такое! У меня в голове не укладывалось, что этот гад себе позволяет. Да как так можно?!
Оказавшись в своей комнате, я металась словно тигр в клетке, не зная, что делать дальше. Я никогда не устраивала вечеринки дома. Никогда! И разогнать их всех мне сейчас не по силам. Может, набрать родителей? А что они сделают? Прилетят из другого города? Или Настя позвонит своему сынку и отругает?
— Пипец, — со стоном опустилась на край кровати и уткнулась лицом в ладони, — просто пипец.
Однако погрустить не удалось. Резкий стук в дверь заставил испуганно подпрыгнуть на месте и зло выругаться. Ершову неймется? Приперся чтобы окончательно меня довести?
Кипя от негодования, я бросилась к двери, распахнула ее, намереваясь высказать нахалу все, что о нем думаю, но слова застряли в горле, когда обнаружила на пороге Дениса. Он стоял, уперевшись руками в косяк и смотрел на меня сверху вниз. Оценивающим, наглым взглядом скользил по губам, потом спустился ниже, задержался на вырезе блузки, еще ниже.
— Пригласишь зайти, — он перевел взгляд на комнату позади меня, — давно хотел побывать в твоем уютно гнездышке.
Он шагнул, намереваясь войти внутрь, но я уперлась руками ему в грудь и оттолкнула:
 
— Перебьешься, — вышла в коридор и демонстративно закрыла за собой дверь, — чего надо?
— Соскучился, — он протянул руку и попытался заправить прядь волос мне за ухо. Я отшатнулась и перехватила его лапу.
— Не трогай меня.
— О, парни, смотрите-ка, тут любовь-морковь, — к нам поднимались Рыжий и Андрей, — неужели Янка решила выбросить белый флаг и подарить тебе ночь любви. Ну или хотя бы пару минут…
— Отвали! — огрызнулся Ден. С появлением дружков его настроение резко испортилось. Он весь подобрался, нахмурился, впился в меня лютым взглядом. Ему не нравилось, что из-за меня они над ним потешались.
— Чувак, расслабься. Это все от воздержания, — загоготали они.
— Я сказал, отвалили на хрен! — он схватил меня под руку и попытался затолкать в комнату, но я уперлась.
— Меньшов, лапы убери.
— Да-да, береги лапы, Ден, они тебе еще пригодятся скучными одинокими ночами, — Рыжий порой не соображал, где надо заткнуться.
Денис в ярости отшвырнул его к стене, а потом повернулся ко мне:
— Как же ты меня задолбала! Недотрога хренова! Лучше бы Катьку вон выбрал!
— Вперед и с песней. Катьку, Ирку, Ленку, Светку. Да вон, хоть Рыжего. Мне все равно, — я махнула рукой, обозначая направление, в котором он может двигаться. У Дениса нервно дернулась щека:
— Какая же ты…Я ж тебя…
— Только не надо мне вещать, про великую любовь и прочую ерунду. Я прекрасно понимаю, что тебе просто хочется поставить галочку и потом хвастаться очередной победой перед дружками. Так вот. Сейчас при всех тебе говорю. Этого не будет. Ты меня не интересуешь. Все. Точка. И больше никаких продолжений.
Сказала и почувствовала такое облегчение, что словами не передать. Давно надо было отправить его в отставку, а не терпеть и не выжидать, что появятся чувства. Не появятся.
— Я не понял, ты меня сейчас послала что ли? — завелся Денис.
— Браво. Пять баллов за догадливость, — я похлопала в ладоши.
— Мля, какого хрена тебя не устраивает? Я вообще не понимаю! — больно схватил меня за руку, дернул к себе, — что тебе не так? Почему нос воротишь?
Мне кое-как удалось вырваться.
— Да потому что ты никакой! Понял? — у меня не было желания миндальничать и беречь его «чувства». Все мое хорошее воспитание рассыпалось под влиянием сегодняшних событий, — красивый фасад, а за ним ни хрена нет.
— О-о-о, вот это она тебя уделала! — протянул неугомонный Рыжий.
— Заткнись, — мы рявкнули одновременно с Денисом.
— Да вы задолбали меня затыкать! — взвился он.
Скандал грозил выйти на новый уровень.
— Эй! — раздался резкий свист, от которого мы все вздрогнули. К нам поднимался Макс, — Я что сказал? На второй этаж не соваться!
— Мне надо было Яну увидеть! — огрызнулся Ден.
— Свалили. Все. Вниз! — отчеканил Ершов, и что-то в его голосе заставило парней послушаться, — Еще раз нарушите мои правила — вылетите на хер! Понятно?
— Все, Макс, не бесись, — Андрей примирительно поднял руки, — мы поняли, не тупые. Сваливаем.
Ершов дождался, когда они все спустятся вниз и только тогда пошел следом, на ходу бросил сердитое:
— Иди к себе и не высовывайся!
— Скотина, — прошипела ему вслед, заскочила в свою комнату и захлопнула дверь.
* * *
Меня трясло. От злости, обиды и беспомощности. Я понятия не имела, как тот прекрасный волнительный вечер, который я придумала себе в голове, превратился вот в такое безобразие. Полный дом посторонних, музыка гремит, внизу крики и взрывы хохота, а я прячусь в своей комнате и ничего не могу с этим поделать. Никто не пошевелиться, даже если я спущусь и начну визжать, как потерпевшая. Они теперь слушают только Макса.
— Козел! — прорычала я, зарываясь руками в волосы, — какой же козел!
Меньшов не лучше. Он мне эти слова про пустоту еще припомнит, не простит, что перед дружками опустила. Я сказала правду и ни о чем не жалела, но было тревожно, поэтому на всякий случай заперла дверь.