Голем (СИ)

На прощание он подошёл к кресту и положил руку на крестовину, как если бы это было плечо человека, который его вырастил. Удивительно, но ворон не улетел даже сейчас — только перебирал крыльями и косился на Игоря одним глазом.
— Спасибо тебе за всё, Александр Клинков. Ну… До скорого.
Уходя, он не оборачивался. Времени действительно оставалось совсем немного.
До особняка Морозовых Игорь добрался довольно быстро: машина Ареса позволяла ловко лавировать в потоке автомобилей, а о штрафах Лазарев уже не думал — с ними предстояло разбираться хозяину транспорта. Игорь позволил себе небольшую наглость.
— Мы тебя заждались, — с недовольством заявил Арес, тем самым подтвердив, что заслуживает всех заработанных Игорем штрафов. — Пора выдвигаться.
Во дворе особняка Лазарева встречали шесть человек. Естественно, первой среди них стояла Ангелина: лицо молодой с виду девушки всем своим видом выражало съедающее её нетерпение. Рядом находились сам Арес и его дворецкий, Аркадий, вышедший, скорее всего, лишь для того, чтобы проводить Главу Семьи. Чуть в стороне стояли негромко переговаривающиеся Соня, Тимофей и незнакомый Лазареву паренёк лет семнадцати.
— Игорь! — радушно воскликнул бородатый рунист, — Позволь представить: это Матвей, мой сын. Матвей, это Игорь. Твою болезнь удалось излечить во многом благодаря ему.
Лазарев мог бы возразить, что он совершенно не при чём, — заслуга целиком принадлежала Соне, — но не стал и с готовностью пожал протянутую руку Матвея.
— Спасибо вам, — сказал парень, энергично сжав костлявую конечность.
— Рад, что ты выздоровел, — не углубляясь в подробности, честно ответил Игорь.
— Если все поговорили, то предлагаю выезжать, — поторопил Арес. — Время поджимает.
У ворот их ожидал семиместный минивэн, за рулём которого сидел уже знакомый Игорю молодой элементаль с покрашенными в чёрный цвет волосами. К своему стыду, его имени Лазарев не помнил.
У самой машины Игорь остановился, сделав вид, что завязывает шнурки. Арес услужливо открыл дверь. Ангелина поблагодарила его кивком и занесла ногу, чтобы забраться внутрь.
«Сейчас».
С силой оттолкнувшись ногами от земли, Игорь пролетел мимо Морозова и аккуратно, но точно ударил мать по голове, туда, где затылок соединялся с шеей. Глаза Ангелины закатились, она начала заваливаться назад, и Игорь бережно её подхватил.
— Ты что творишь?! — яростно прошипел Арес. Лазарев обернулся. На нём скрестились четыре пары шокированных глаз.
— Её нельзя брать с собой. Ты знаешь это не хуже меня.
На мгновение ему показалось, что Морозов разозлится, возразит, может, даже покроет его трехэтажным матом — Игорь был к этому готов. Но Арес лишь прикрыл глаза и с шумом втянул воздух сквозь сжатые зубы. Затем произнёс:
— Аркадий. Позаботься об Ангелине.
— Как скажете, — меланхолично ответил дворецкий, принимая девушку на руки так легко, словно она ничего не весила. — Что ей сказать, когда она очнётся?
— Скажи, что… — Игорь осёкся. — Да нет. Не говори ей ничего. Поехали!
Стараясь не встречаться с осуждающим взглядом Аркадия, Лазарев запрыгнул в машину.
***
Казалось, сегодняшний вечер ничем не отличался от любого предыдущего. Коридоры загородного особняка пустовали, лишь изредка пропуская через себя одного-двух человек, направляющихся по своим делам. За узкими бойницами окон еле заметно колыхались вальяжные ветви многовековых деревьев. Всё выглядело так же, как и всегда, — и всё же было немного другим.
— Вы все останетесь здесь, — неторопливо вещал Деметра, сидя в широкой гостиной, заменившей ему кабинет — его обычное рабочее помещение не могло вместить в себя такого количества людей. — После того, как я уйду, активируйте защиту особняка и до моего возвращения не высовывайтесь.
Элина стиснула зубы. Она не знала, зачем сюда пригласили её и Тёрна, хотя приглашение и было чисто номинальным — отказаться от призыва Главы они не могли. Не знала, почему Деметра покидает особняк в одиночку: стоящие возле него элементали были элитой их Дома и могли оказать серьёзную поддержку. Девушка понимала лишь одно: если даже умудрённые десятками прожитых лет Старшие маги не произносят ни единого слова возражения, то ей и подавно следовало молчать.
 
Поэтому Элина продолжила неподвижно наблюдать за Деметрой, раздающего последние указания. Умоляющего взгляда Тёрна она предпочитала не замечать — едва узнав, что он докладывал Главе Дома обо всех её передвижениях, девушка похоронила в себе хорошее отношение к родственнику.
— Что насчёт этих двоих? — проскрипел похожий на седой кряжистый пень старик с красноречивым именем «Дуб». Поговаривали, он был лишь немногим младше Деметры, — просто хуже сохранился.
— Они остаются под домашним арестом, — Если других вопросов нет…
— Есть вопрос! — не выдержав, Элина вскинула руку. — Возьмите меня с собой. Моя стихия наверняка сможет кому-нибудь помочь!
— Твоя стихия может остаться дома — вместе с тобой, — холодно отчеканил Деметра, обрывая любые возражения в зародыше. — Разговор окончен. Я покину нашу территорию через десять минут. Через двадцать — активируйте защиту.
Он вышел из комнаты. Элина хотела было рвануть за ним, но Дуб, неизвестно как оказавшись рядом, цепко придержал её за локоть:
— Девушка, — он морщинисто улыбнулся, обнажив по-старчески редкие зубы, — Слово Главы — закон. Давайте не будем превращаться в преступников.
Он лично сопроводил её до комнаты, вежливо открыл дверь, в джентльменском жесте пропуская Элину внутрь. Спорить было бессмысленно: обречённо вздохнув, девушка ступила в свою спальню.
— Понимаю ваше недовольство, — старик покивал головой, потешно тряхнув остатками седых волос, — но, поверьте мне, иногда то, что нам не нравится, идёт нам лишь на пользу. А теперь извините, мне пора: мы должны выполнить приказ Главы.
Дверь за Дубом захлопнулась и звонко щёлкнула. Элина прислушалась: из коридора раздалось отдаляющееся шарканье старческих ног.
— Ну что, ушёл?
Прозвучавший в комнате шёпот был тихим, но совершенно отчётливым. Девушка подскочила от испуга. Сердце ушло в пятки, но вместо того, чтобы попытаться распахнуть дверь, Элина заставила себя развернуться и посмотреть на незваного гостя.
Взгляд упал на закрытый шкаф с вещами, на стол с одиноким стулом, на широкую кровать из сероватого, необработанного дерева…
«Стоп, — с недоумением вспомнила Элина, — кровать была коричневой. И гладкой!»
Дерево дрогнуло, зашевелилось, сжалось. От кровати отделилось нечто серое и бесформенное, спустя секунду приобрётшее вид высокого, темноволосого мужчины, выглядевшего лет на сорок-сорок пять. Он улыбнулся, как мальчишка, гордящийся очередным озорством:
— Благодаря своему племяннику, я недавно открыл в себе талант скрываться на фоне дерева. Судя по тому, что тот старый пень меня не заметил, — получается действительно неплохо!
Возможно, мужчина ожидал от неё похвалы, но Элина не ответила. Вместо этого она проговорила нечто другое:
— Я вас знаю. Вы… Вспомнила! Вы спасли меня и Тёрна!
— Тссс… — зашипел пепельный элементаль, растеряв изрядную долю своего веселья. — Не шуми. В твоём Доме куча людей, которые точно не будут рады меня видеть.
— Тогда зачем вы пришли? — понизив голос, спросила Элина. Она нисколько не боялась своего собеседника: если бы ему была нужна её смерть, он просто не стал бы спасать её от Перста.
— За тобой, — доверительно сообщил мужчина. — Назревает нечто очень серьёзное, и у меня есть ощущение, что твоя стихия там очень пригодится.
Элина обрадовалась — пепельный элементаль буквально озвучил её мысли! — но тут же сникла:
— Я под домашним арестом. И наши элементали совсем скоро активируют древесную защиту Дома: особняк укроет непроницаемый кокон, который не позволит никому ни напасть… Ни уйти. Но это временно! — поспешила она успокоить гостя, ещё не осознавшего, что может задержаться в особняке гораздо дольше, чем ему хотелось. — Я вас спрячу, не беспокойтесь. Потом, когда защита спадёт…