Маленький красный дом
Лайза замялась:
– Я не знала, что твой дом непригоден для жилья. Ты мне этого не говорила, Конни. Откуда мне знать, если ты мне не сказала?
В дрожащем голосе Лайзы слышался упрек. Конечно, она не знала. Как бы она могла? Я сказала ей, что дом хороший. Я сказала ей, что все в порядке. Она очень хотела в это поверить, а я очень хотела, чтобы она в это поверила. Почему? Потому что я не хотела, чтобы она волновалась? Или потому, что я не хотела иметь с ней дел?
Я вздохнула.
– Прости. Ты права. Я сама.
– Не беспокойся. Я позвоню.
Больше никакой дрожи, только возмущенный гнев:
– Я сказала, я сама…
Но Лайза уже повесила трубку.
* * *«Логово Разнорабочего» представляло собой беспорядочную мешанину инструментов, предметов домашнего обихода, строительных материалов, рыболовного и охотничьего снаряжения, плюс корма для животных. Я собрала товары в тележку и терпеливо ждала, пока пожилая женщина в розовой бейсболке пробьет его. Мой спор с Лайзой все еще не выходил у меня из головы.
– Занимаетесь благоустройством дома? – спросила кассирша.
– Ага.
Она кивнула. Ее тонкие белые волосы контрастировали с обветренной кожей цвета мокко и торчали из-под шапочки в разные стороны – просто-таки снежная Медуза.
– Вы новенькая здесь, в Нихле? – Она вгляделась в мое лицо. – Я не видела вас раньше, я бы вас запомнила.
– Да, новенькая.
– Где вы живете?
– На окраине города.
Женщина поставила банку с краской, которую сканировала, и широкая улыбка озарила ее лицо.
– Теперь это может быть где угодно, дорогуша.
Ее улыбка – первая, которую я увидела за последние дни, – заставила и меня улыбнуться. Я сказала ей, где я живу, и ее лицо мгновенно стало серьезным.
– Ах, рядом с Оливером.
– Прямо по дороге.
– Будь осторожна среди всех этих мужчин. Брат Оливера, Рэймонд, тот еще тип. Джет в основном держится особняком. – Она наклонила голову и натянуто улыбнулась мне. – Арендуешь у Джета?
– Это мой дом.
Брови женщины взлетели вверх.
– Тот маленький красный домик? Хм, а я думала, что он принадлежит Джету. Он пустовал много лет, был заброшен. Пока не появился Джет.
– Дом принадлежал моей матери. Она недавно скончалась.
– Твоей матери?
– Еве Фостер.
Женщина поджала губы, скупо нахмурившись, и вернулась к просмотру моих покупок, завершив работу в тишине. Я не слишком понимала, что такого сказала, чтобы заставить ее враждебно молчать, но я уже привыкла к тому, что настроение у жителей Нихлы меняется по щелчку пальцев.
Когда она назвала мне общую сумму, я, скрепя сердце, отсчитала четыре двадцатки и отдала их ей.
– Тебе здесь нужна какая-нибудь помощь? – спросила я. Она казалась достаточно дружелюбной – моя планка в эти дни была низкой, – а мне нужны были деньги.
Женщина оглядела пустой магазин.
– Мы не нанимаем, дорогуша. Никто в Нихле не возьмет тебя на работу.
По крайней мере, она сказала прямо.
– Потому что я приезжая или потому что я женщина?
Она снова улыбнулась, но на этот раз выражение ее лица было печальным.
– Потому что Нихла умирает. А в умирающих городах не нанимают на работу.
Глава пятнадцатая
Ева ФостерНихла, Нью-Мехико – 1997 год«The Cat’s Meow» представляло собой развалившееся здание, зажатое между винным магазином, предлагающим скидки, и закусочной. Парадная дверь встречала посетителей выщербленными и поцарапанными ступеньками и табличкой с подписью «Не слоняться/С собаками запрещено/Пьяницам вход воспрещен». Ева использовала подол своей блузки, чтобы повернуть ручку. Крутая лестница вела в грязное фойе, выкрашенное в институционально-зеленый цвет. В углу стоял маленький потрепанный письменный стол, к поверхности которого металлической цепочкой был прикован телефон. С обеих сторон в зал вели сырые и тусклые коридоры. Под всепоглощающим запахом лизола чувствовалась резкая вонь от мочи и рвоты.
Обнаружив на столе звонок, Ева быстро нажала на него три раза подряд. Когда никто не появился, она крикнула:
– Есть кто-нибудь?
Несколько мгновений спустя из первой двери слева по коридору вышел мужчина. Он был невысоким и подтянутым, с коллажем татуировок, идущих по всей длине обеих рук. На бейджике с именем на его отглаженной белой рубашке значилось «Рауль». Он оглядел Еву с ног до головы, его глаза были полны вопросов.
– Вам нужна комната? – спросил он голосом с сильным акцентом.
– Я ищу кое-кого.
Он поднял толстую руку.
– Ни в коем случае, леди. Если у вас проблемы с viejo, то это ваша проблема, не моя.
– Дело не в муже. Он уже мертв.
Он раздраженно вздернул подбородок:
– Что тогда?
– Я ищу Флору Фуэнтес. – Когда его глаза превратились в недоверчивые щелочки, Ева добавила: – Я нашла кое-что, что, как мне кажется, принадлежит ей.
– Флоры здесь нет.
– Может, вы подскажете мне, где она живет?
Снаружи раздался автомобильный гудок. Мужчина отреагировал на звук взглядом, выражение его лица при этом было жестким.
– Если у вас есть что-то для Флоры – оставьте это мне. Я прослежу, чтобы она это получила.
– Боюсь, я не могу этого сделать.
– Тогда ничем не могу вам помочь.
Он повернулся, чтобы вернуться в свою комнату.
– Подождите! – Ева большими шагами сократила расстояние между ними. Она протянула ему пятидесятидолларовую купюру. – Пожалуйста. Мне нужно увидеть Флору.
Мужчина изучал руку Евы, рассматривая деньги так, словно это была гремучая змея. В конце концов он покачал головой.
– Я не вмешиваюсь в чужие дела. У вас проблемы с Флорой – сами ее ищите.
– Когда она работает? Может быть, я смогу зайти снова, когда она будет здесь?
Мужчина покачал головой. Он потянулся к двери в свою комнату и открыл ее, прежде чем обернуться и посмотреть на Еву. Он что-то пробормотал себе под нос по-испански. Ева не все поняла, но услышала «perra blanca rica». Богатая белая стерва.
Она покажет ему, какой стервой может быть.
* * *– Он не стал тебе помогать, да? – Джек легонько провел пальцем по соску Евы. Они лежали на постели в отеле. Вечер давно перешел в ночь, и Ева, посасывая сигарету, смотрела на палец Джека, чувствуя странное умиротворение. – Невысокий парень? Много татуировок?
Ева кивнула.
– Это Рауль. Управляющий «Дворца Киски». То есть «The Cat`s Meow». – Он прошел языком по ее ключице. – Неплохой парень.
Джек взял ладонь Евы и провел ею по своему паху. Член был твердым. Она одернула руку и покачала головой.
– Эй!
Ева села и, потянув за собой простыню, прикрыла грудь.
– Помоги мне найти Флору. Я хочу знать, где она живет. Я хочу поговорить с ней.
– Ты спишь со мной, просто чтобы я помогал тебе?
Ева улыбнулась.
– Я сплю с тобой, потому что это достаточно приятно. И я веду себя хорошо, поэтому ты мне поможешь.
– Ты действительно бессердечная стерва.
Ева положила сигарету на поднос рядом с кроватью.
– Меня называли и похуже.
Джек улыбнулся ей сверху вниз, в его глазах была затуманенная смесь тоски и замешательства. Она задавалась вопросом, не совершила ли она серьезную ошибку, переспав с этим барменом. Он был симпатичным и подтянутым, но эмоциональная привязанность означала эгоизм, а эгоизм означал проблемы. Ей нужно было немедленно пресечь все, прямо в зародыше. Ей нужно было сохранить это в рамках сделки.
Она слегка соскользнула вниз, так что оказалась прижатой к нему, и провела рукой по низу его живота, пока не нашла то, что искала. Она прошлась по всей длине, ведя ногтями по нежной коже. Джек вздрогнул. Ева легонько погладила его.
– Мне нужно найти свою дочь. Ты же это понимаешь.
– Почему ты так уверена, что она в Нихле?
– Я знаю, что это так. След обрывается здесь.