Курьерская Служба. Хранилище (СИ)

Annotation
Сборник малой формы по произведениям цикла, а также разные материалы, авторские "фанфики", вольные продолжения, миниатюры и т.д.
~
Курьерская Служба. Хранилище
Лифтеры
Фото негритянок
Подробный атлас мира «Курьерской службы» — ч I
Подробный атлас мира «Курьерской службы» — ч II
Альтернатива для Э. М. Циммера
Масштаб проблемы
Основной мир субветви 5.24.12.12
Мост
 Курьерская Служба. Хранилище 
 Лифтеры 
Дорогой читатель, ты открыл сборник рассказов и бонусных материалов, связанных с миром цикла «Курьерская служба». В первой части представлены две старые работы в несколько отличавшемся сеттинге, но сильно повлиявшие на цикл: «Лифтёры» и «Фото Негритянок», а также два рассказа, написанных специально для цикла.
С миром расставаться очень не хочется, поэтому в дальнейшем сборник будет периодически дополняться короткими историями и вольными продолжениями. Приятного чтения!
ЛИФТЁРЫ
(приквел)
Олег едет в маршрутке уже час и размышляет о том, что исполнителей отечественной попсы, повторяющих навязчивые припевы в конце песни по пять-шесть раз, ожидают в аду персональные архидемоны. Какие-нибудь особенные, с пятью-шестью хвостами, например.
Но деваться некуда: супер-батарейка в плеере предательски сдохла тридцать минут назад, зарядник в эту Ветвь Олег не прихватил, а местные не подходят. Служебные устройства на заданиях лучше по возможности не светить. Плеер не из Бункера, а из другой Ветви, где уже изобрели хорошие аккумуляторы. Обычно батарейку Олег заряжает раз в полгода, и этого хватает, чтобы слушать любимые дарк-хоп и абстрактный рэп по восемь часов в день даже в тех Вариантах, в которых такие жанры не распространены.
Например, как в этом. Олег уже полазил в местном Интернете и понял, что ничего интересного ему тут не скачать — один отечественный рок, не блещущий разнообразием стилей, народная музыка, попса и шансон. Зарубежных сайтов найти не удалось — похоже, местный националистический режим блокировал половину Интернета.
Приходится ехать в маршрутке и слушать попсу вперемешку с шансоном. Когда-нибудь, надеется Олег, он сможет проверить свою догадку по поводу архидемонов.
Через минут десять Олег наконец-то выходит из маршрутки и заходит в цветочный киоск. Белые хризантемы стоят шестьсот сибирских рублей. Олег берёт три штуки, вспоминает цену маршруточного билета и заключает, что экономический кризис не обошёл Независимую Сибирь стороной. Похоже, весь этот пучок Вариантов не очень благоприятен для того, что осталось от СССР, но это мало волнует Олега. У него в кармане ещё около сотни тысяч служебных, и ещё полтинник он прихватил из квартиры Двойника.
Затем он доходит до соседней девятиэтажки и с радостью обнаруживает, что домофона на двери нет. Олег терпеть не может домофоны, потому что часто, когда время очень дорого, они отнимают нужные минуты. Сейчас случай не совсем тот — лишние минуты не играют роли, но всё равно, он отмечает это как плюс.
Он поднимается пешком на третий этаж и звонит в дверь. Дверь в комнату открывает Лера с растрёпанной мокрой головой.
— Почему ты не позвонил?
— У меня закончились деньги на мобильнике, и я забываю положить.
— Проходи, никого нет дома. Ой, это мне?
— Да, тебе, — Олег протягивает букет хризантем.
— Они же такие дорогие!
— Но я же люблю тебя.
Лера меняется в лице, кладёт букет на тумбочку и осторожно, боясь спугнуть, обнимает Олега. Он гладит по спине и целует её, наблюдая, как она закрывает глаза от наслаждения.
Он хорошо изучил историю переписки Двойника с Лерой и знал, что это сработает. Застенчивая одинокая одноклассница Лера есть почти во всех Вариантах и редко отказывает своей главной старой школьной любви. После поцелуя они идут в комнату, садятся на кровать, помогая друг другу освободиться от одежды и занимаются любовью. Потом недолго лежат рядом, одеваются и пьют чай, вспоминая школу и разговаривая о жизни в стране. Олег не рассказывает ничего о нынешней жизни своего Двойника — за полтора года работы в Службе он научился это делать весьма хорошо. Он задаёт много наводящих вопросов, фиксирует разговор на имплант и договаривается о встрече, которая, скорее всего, не состоится.
 
— Куда ты? — спрашивает она с порога, глядя, как он вызывает лифт. — По лестнице же быстрее.
— Мне так хочется, — говорит он и подмигивает. Лера улыбается, она счастлива и не хочет думать о нелогичных мелочах. Он машет рукой на прощанье, и двери закрываются.
* * *
Крупные развилки, делящие пространство-время на два стабильных независимых потока, случаются примерно раз в год или два, но девять десятых Ветвей гибнут самостоятельно в течение ближайших месяцев. Здесь развилка с родным вариантом реальности Олега составляет четырнадцать лет. Путём несложного математического расчета получаем «суперветвь» в миллион триста тысяч вариантов. Кажется, что искать что-то нужное, или что-то похожее в таком ветвистом Древе — хуже, чем искать иголку в стоге сена, но Олега это не пугает.
Олег — один из Парадоксов. Он один из тех людей, жизнь которых от Ветви к Ветви изменяется меньше всего. Как правило, это люди, ведущие никчёмный, скучный образ жизни неудачника, отшельника-«хикки», редко выходящего на улицу, либо парня с плохим образованием. Как правило, они рано остаются без родных, их окружают одни и те же, либо очень похожие люди. Все они живут в одной и том же районе, работают на похожей бездарной работе и редко заводят семью. Олегу иногда очень хочется сказать, что он «не такой», что он интереснее, талантливее, лучше остальных людей из Службы, но приходится смотреть правде в глаза. Он точно такой же, как и все остальные, просто ему повезло оказаться в нужном месте в нужное время и изменить судьбу.
И Олег не жалеет, что в некоторых заданиях ему приходится стрелять в башку одному из таких ничтожеств-двойников.
Это одна из причин, по которой таких, как он, в Лифтовой Службе называют Изменниками.
Вторая причина такого названия — потому что на задании ему часто приходится втираться в доверие и предавать всех, кто был ему дорог в прошлой жизни. Только благодаря связям из прошлого он сможет выполнить задание. «Изменишь окружающим — изменишь мир».
Задания бывают разными. Чаще всего Руководство Службы, прозванное Секатором, по понятным только ему причинам решает спасти одну из умирающих ветвей или подрезать другую. В арсенале Службы десяток специальных устройств, с помощью которых можно менять ход развития событий — от портативных атомных бомб до психотронных штук, удалённо заставляющих правителей государств менять решения. Агенту-Изменнику совсем не обязательно для этого выезжать в другой город, или картинно стрелять из пистолета с глушителем в «плохого парня». Если приходится в кого-то стрелять, так это в своего Двойника, потому что когда два человека-Парадокса долго находятся в одном вариантов реальности — это угроза для её стабильности.
Бывают задания посложнее. Например, убить кого-то, кто может повлиять на ход развития истории, или поменять двух парней в двух Ветвях. А бывают самые сложные — это когда задания касаются кого-то из Службы. Например, очень ценного Изменника, не вернувшегося с задания.
Именно такое задание было у Олега в этой Ветви.
Олег направляет лифт с третьего на девятый этаж — так ехать будет дольше, и он успеет превратить лифт в Перемещатель. Когда двери лифта закрылись, Олег достаёт из кармана чёрный прямоугольник и лепит его на щель между створками. За десять секунд прямоугольник разрастается до пола, лезет по стенам и закрывает всё пространство вокруг.
На миг моргает в глазах и начинает сильно тошнить, Олег хватается за стенку кабины, чтобы сохранить равновесие, через пару минут свет загорается, и он выходит уже из совсем другой кабины совсем в другой коридор с кучей лифтовых дверей, над которым висит широкая надпись: