Наедине с герцогом

– Но если все семейство Чилкотт спит и видит, как бы выдать дочь за богатого человека – коим, кстати, мистер Робертс и является, – не вижу причин им тебе отказывать, Энтони, – сказала герцогиня. В ее голосе прозвучал вызов гордой матери. – Ты же герцог, в конце концов! Они должны благодарить небеса за то, что ты вообще обратил на нее внимание.
– Если только, конечно, она не влюблена в этого мистера Робертса, – заметил Уинстон.
– Не влюблена, – отрезал Энтони. – Она полагает, что должна выйти за него замуж и иного выбора у нее нет. Я намерен доказать ей обратное. Я еще раз поговорю с ее отцом и ясно дам понять ему о своих намерениях.
– А если они все равно тебе откажут? – протянул Каспер, глядя Энтони в глаза.
– В таком случае мне придется увезти мисс Чилкотт в Гретна-Грин.
Разумеется, это была шутка. Энтони ни за что не женится на женщине против ее воли. Но он чувствовал, что его слишком рано сбросили со счетов. Может быть, стоит заявить на эту девушку свои права – напомнить мисс Чилкотт о том, что было между ними на балу? Видя испуганное лицо матери, герцог добавил:
– Не стоит забывать о том, что некогда я был непревзойденным искусителем. Может быть, распутник – именно то, что ищет мисс Чилкотт.
И, улыбнувшись про себя, он допил бренди под едва слышное причитание герцогини:
– Господи помилуй!
 
Глава 14
 
На следующий день после обеда Энтони отправился к Чилкоттам. Он устал – сказывалась очередная бессонная ночь, проведенная в мыслях о мисс Чилкотт. Герцог все еще не был уверен в том, что скажет мистеру Чилкотту, – не знал, как лучше повести разговор, чтобы ему в очередной раз не дали от ворот поворот. Энтони ехал не спеша, погруженный в свои мысли под цокот копыт своей лошади, по дороге, что вела в Моксли. Неожиданно вдалеке он разглядел приближающегося человека. Когда Энтони подъехал ближе, его сердце учащенно забилось: он узнал, кто это.
Это была сама мисс Чилкотт – в этом не было никаких сомнений, даже несмотря на то, что она глядела себе под ноги. Энтони заподозрил, что она тоже его узнала, но, вероятно, надеялась, что он ее не заметит. Как будто ее можно было не заметить!
Подъехав ближе, он осадил коня и приподнял шляпу в знак приветствия.
– Добрый день, мисс Чилкотт!
Она подняла голову, прикрыв глаза рукой от полуденного солнца.
– Ой, ваша светлость, – какая неожиданность!
Неужели румянец на ее щеках стал еще ярче? Или это всего лишь игра его воображения?
– Что вас сюда привело? Вы далеко отошли от города – на пару километров.
– Я… э… – Как будто не понимая, где она сейчас находится, мисс Чилкотт посмотрела налево, потом направо, потом вновь на Энтони, который изо всех сил старался сохранять серьезное выражение лица. – Я собиралась навестить тетушку, отнести ей пирог. – И она продемонстрировала ему небольшую корзинку.
– Она живет далеко отсюда? – поинтересовался Энтони, немного обеспокоенный тем, что такая красивая девушка, как мисс Чилкотт, разгуливает одна по окрестностям.
Неужели она не подозревает, какой опасности подвергается?
– Еще километра полтора – впереди поворот, а дальше прямо.
Энтони смотрел на мисс Чилкотт, решая, как ему поступить. Она выглядела ослепительно. Ее золотистые волосы сияли на солнце. На мисс Чилкотт было простое белое платье, и тем не менее она выглядела гораздо соблазнительнее, чем многие лондонские дамы в своих вычурных нарядах. И, разумеется, сверху ему открывался прекрасный вид на ее великолепную грудь.
При мысли о том, каково это – обладать женщиной с такой грудью, у Энтони напряглось не только все внутри, но и определенный орган снаружи. Черт побери! Каспер был прав: может быть, он и перестал вести себя как повеса, но мысли не так-то просто обуздать.
Энтони левой рукой ухватился за поводья и соскочил на землю, прямо перед мисс Чилкотт. Он повернулся к ней лицом, заметил удивление и… Неужели в ее глазах промелькнул испуг?
– Позвольте мне вас проводить.
– Нет, – ответила она. – Это… это неприлично.
 
Заинтригованный ее смущением, Энтони наклонился еще ближе к ней.
– Почему?
– С нами нет никого из моих родственников. – Мисс Чилкотт опять оглянулась, словно непослушный ребенок, который боится, что его накажут. – Если нас увидят вместе, это значительно осложнит мне жизнь. Видите ли, я должна выйти замуж за мистера Робертса. Что он подумает, если узнает, что я разгуливала с вами наедине?
– Полагаю, он поблагодарит меня за то, что я вас проводил, – ответил Энтони. Несмотря на то что она явно избегала его общества, он наслаждался этой беседой. Решив одержать верх, герцог добавил: – Кроме того, если с вами что-нибудь случится, – например, вы подвернете ногу или, не приведи Господь, с вами произойдет что-нибудь похуже, – я просто себе не прощу.
Мисс Чилкотт глубоко вздохнула и кивнула.
– Ну хорошо, – уступила она и вновь зашагала по дороге.
Энтони не отставал, ведя лошадь под уздцы.
– Вы часто гуляете одна? – поинтересовался он.
Девушка повернула голову, встретилась с ним взглядом и нахмурилась – вопрос ей не понравился.
– Похоже, вы намерены прочитать мне мораль.
Энтони чувствовал, что мисс Чилкотт не по нраву такая чрезмерная забота, но испытывал элементарную потребность оберегать ее, поэтому пожал плечами и ответил:
– Мир полон опасностей, мисс Чилкотт. Я всего лишь хотел вас предостеречь.
Глядя на нее, он видел, что она не знает, что ответить. Когда девушка наконец заговорила, ее голос звучал тихо – настолько тихо, что ему приходилось прислушиваться.
– Спасибо, ваша светлость. Я приму это к сведению.
Мисс Чилкотт намеренно пошла по шоссе, что, разумеется, еще больше восхитило герцога.
– А какой пирог вы несете тетушке? – поинтересовался он после минуты молчания.
Мисс Чилкотт, не оборачиваясь и не отрывая глаз от горизонта, ответила:
– Яблочный.
– Что-то подсказывает мне, что сами вы не очень-то любите яблочный пирог, – поддразнил ее Энтони.
Она подозрительно посмотрела на него, помолчала и ответила:
– Честно признаться, я уже устала от яблок. Я люблю разнообразие в еде, но последний год мама почему-то особенно полюбила подавать в воскресенье к чаю пирог с яблоками.
– Я больше люблю чернику, – произнес Энтони. – А также шоколад. Должен сознаться, что я очень люблю шоколад.
Мисс Чилкотт наконец-то расслабилась и засмеялась.
– Похоже, я нащупала одно из ваших слабых мест. Я права?
– Видимо так, – согласился Энтони.
– А что еще вы любите, ваша светлость, кроме шоколада?
«Говорить с вами… а еще лучше целовать».
– Многое… особенно скакать на лошади, наслаждаться обществом друзей, слушать оперу…
– Оперу?
– Вас это удивляет?
– Не знаю. Я никогда там не была, но всегда полагала, что джентльмены ходят в оперу только для того, чтобы сопровождать дам, а не потому что на самом деле любят музыку.
Энтони улыбнулся.
– Мне кажется, что это дело вкуса, – ты либо любишь оперу, либо нет. Поверьте, мисс Чилкотт, в опере я видел немало дам с сонными глазами. Не стоит обобщать.
– Нет, конечно, – согласилась она.
Герцог любовался ее переносицей, высокими скулами, которые очаровательно разрумянились, пухлыми розовыми губами. Из-под заколки выбилась прядь волос и теперь трепетала на щеке – Энтони так хотелось коснуться этой пряди и заправить ее за ухо. Но он справился с искушением и спросил:
– А вы что любите, мисс Чилкотт?
Она опустила голову и взглянула на него исподлобья.
– Как вам уже известно, я люблю читать. – Ее брови изогнулись, и она добавила: – Если хотите знать подробнее, мое любимое произведение – «Ромео и Джульетта». Я знаю его наизусть.
– Значит, по натуре вы романтик, – заметил Энтони и улыбнулся.
– Да, хотя это не самая полезная черта характера. Часто хочется быть более практичной.
– Полагаете, тогда вам стало бы проще жить?