Лабиринт или отбор для Императора (СИ)

- Дарья Алексеевна, вы слышите меня? – доходит до нее его вопрос и удивленный взгляд мужчины.
- Простите, ваше величество, несколько растерялась. - опустила она голову.
- Нет-нет, - весело говорит император, - не извиняйтесь и простите мою настойчивость. Просто мне вдруг захотелось танцевать, давно не испытывал такого. А тут можно только с вами. Я говорю о тех, кто завтра идет в Лабиринт. Мне нельзя уделять внимание ни одной из кандидаток или же танцевать со всеми. Но этого я не выдержу. - и он засмеялся, вскинув подбородок.
Они сделали еще несколько оборотов по площадке и, когда остановились, то раздались овации. Так придворные оценивали мастерство пары. Император танцевал и неважно с кем. Он ИМПЕРАТОР и этим все сказано. Положив ее руку на свой локоть, повел в сторону царского стола.
-Хотите освежиться прогулкой или выпьете бокал шампанского? - спросил у нее, махнув рукой стоящему недалеко официанту. Тот побежал с подносом.
- А давайте шампанского сначала, - вдруг осмелела она, отбросив всякую робость, - а потом и гулять. Будет что вспомнить.
- Вспомнить что? – подал император ей бокал и прислонил свой.
- Вспомнить в старости и рассказывать своим внукам, как однажды танцевала с самим Александром Первым, и он угощал меня шампанским. - и с улыбкой пригубила свое вино.
Они стояли и молча пили вино, глядя друг на друга. Потом император протянул ей руку, приглашая к прогулке.
- Дарья Алексеевна, вы понимаете, почему я именно вас пригласил?
- Да, наверно. Думаю, что вам тоже было интересно посмотреть вблизи на женщину охранника, впервые прошедшую отбор. Насколько мне известно, еще не было такого случая даже в истории.
- В этом вы правы, но еще потому, что очень хотелось посмотреть на дочь, чей отец был замешан в истории покушения на царскую особу.
- Ваше величество, - застопорила свои шаги Дарья, - мой отец обвинен голословно и погиб безвинно. И моя семья наказана по наговору. Тогда не удосужились разобраться основательно. Знаете, я много времени посвятила разбору того дела и пришла к выводу, что мой отец наоборот пытался спасти императора, но некоторые более высокопоставленные чины свалили вину на него, на человека так близко стоящего у трона. Зависть сделала свое дело. А вот ваш батюшка, не смог отстоять своего телохранителя. Или не захотел?
Она остановилась и впилась глазами в его лицо. Сейчас она шла ва-банк пан или пропал, все равно завтра идти в неизвестность и остановить это невозможно. Она вдруг почувствовала какой-то кураж, может после выпитых двух бокалов или в связи с близостью высшей власти. Император смотрел на нее внимательно и вглядывался в ее лицо, будто искал что-то. Потом вдруг резко притянул к себе и впился поцелуем в губы. Она опешила, но потом почувствовала, как он из жесткого превращается в мягкий, нежный, ласкающий и отдалась ему без дум, без сожаления. Они стояли в тени колонны, в нише, и целовались. Сколько прошло времени, не замечали, им просто хотелось это делать здесь и сейчас. Потом, будто опомнившись, Дарья выскользнула из его объятий.
- Простите меня, ваше величество, этого мне нельзя было позволять. - прошептала она, опуская голову.
Он сделал к ней шаг и приподнял за подбородок.
- Это я должен перед вами извиниться, Дарья Алексеевна, я повел себя, как мальчишка, желающий вдруг поцеловать понравившуюся ему девушку, девушку с маленькой бабочкой на плече. Но я даже рад этому чувству. Оно было свежо и приятно.
Дарья молчала, боясь сказать хоть слово, и только прямо смотрела ему в глаза. Ей тоже было приятно, и даже вкусен был императорский поцелуй, который ни к чему не обязывал. Просто поцелуй сорванный случайно.
Александр провел Дарью к стоящим недалеко диванам и взял за руку.
- Я желаю вам победы, и отвечу на все ваши вопросы, когда вернетесь. Обещаю. - и, поцеловав ее пальцы, развернулся и покинул бал.
Дарья долго стояла, поглаживая ладонь, к которой прикоснулись губы императора, и проводила кончиком языка по своим губам, вспоминая его поцелуй.
 
Вскоре она покинула зал и прошла в свою комнату, раздеваясь и готовясь ко сну. Уже в постели она вспоминала его руки, властные объятия, его губы и черные глаза. И вдруг поняла, что могла бы в него влюбиться.
- Да, могла бы, - усмехнулась она, - если бы...но я только телохранитель.
 Г л а в а 4. 
Утром после завтрака, Дарья подошла к хмурой Веронике.
- Ну? - скользнула по ней взглядом, подправляя свою амуницию.
- Я согласна. - буркнула та, отворачиваясь.
- Что и требовалось доказать. А теперь слушай сюда, малАя. Если хочешь раньше времени не покинуть отбор, слушаться меня так, как мамку с папкой не слушалась, как самого лучшего друга, подругу, учителя. Знай наперед – мое слово закон для тебя. Я говорю идем, ты идешь, говорю стоять, стоишь, говорю лежать и не дышать – лежишь и еле дышишь. Понятно?
- Понятно. - негромко сказала она, опуская голову.
И Дарье вдруг слышится ее всхлипывания.
- Это еще что за нюни? – хватает ее за подбородок и вздергивает вверх.
- Я поняла…поняла…- вырывалась она из дарьиных рук и вытерла глаза тыльной стороной ладони в специальных перчатках с обрезанными пальцами.
У всех такие же на руках. Очень удобно, пальцы не теряют ощущения, а ладони защищены. Дарья молча проверила на Веронике снаряжение, перестегнула на один заход ремень и подтянула лямки на рюкзаке за спиной.
-Фляжки водой заполнены? – тихо спросила, наклоняясь к ней.
- Да. - кивнула та.
- Тогда давай за мной и смотри не фордыбачь. Если, конечно, хочешь надеть корону, - скривилась она.
Вероника посмотрела на Дарью и отвернулась не ответив. Она не хотела ее принимать, и только терпела.
- Да. - вздохнула Дарья. - И на сколько этого терпежу ей хватит. Ладно, - хмыкнула она, - слепой сказал посмотрим.
Вскоре их рассадили по машподам и все, выстроившись в цепочку, тронулись в путь к видневшимся воротам Лабиринта. Это был основной вход для всех участников и их сопровождения. Пройдя воротами, они выгрузились и выстроились перед провожатыми полковниками Марией Семеновой и Павлом Дестовым. Она передала всем маячки артефакта для слежения за ними, а Дестов настроил на каждую пару телевизионный дрон, который будет показывать зрителям империи весь их поход в прямом эфире. Все построились перед воротами. Вскоре они загудели и на них начали появляться цифры, соответствующие каждой паре. Дарья, схватив за ладонь Веронику, бросилась к последним дверям, над которыми появилась цифра девять и они начали раздвигаться. Первым туда проскользнул их дрон. Ворота остановились и вновь завибрировали уже закрываясь. Дарья схватила Веронику за руку и потащила к ним. Та начала упираться.
- Нет, не надо, я боюсь! Отпусти меня! – орала она, падая на землю.
Дарья растерялась, но потом подхватили ту под локоть, и потащила к воротам, которые уже сузились наполовину.
-Нет! - кричала Вероника в ужасе, вырывая руку из жесткой хватки Дарьи. - Пусти меня, гадина, пусти тебе говорят! Я не хочу корону, я не хочу туда идти!
Осталась еще небольшая щель и Дарья втолкнула туда упирающуюся девчонку и нырнула сама. Ворота с шипением закрылись, и они очутились в полной темноте. Дарья ждала недолго. Через мгновение вспыхнул свет, и они огляделись вокруг. Это была пустая ниша из камня, похожая на предбанник. Стены уходили куда-то вверх и терялись в высоте. Вероника сидела на полу и ревела в голос, вытирая глаза. Дарья прошлась вдоль противоположной стены, пытаясь определить, где выход. Боковых стен не было, все завешено темной субстанцией, и на ощупь она была холодной.
- Не может быть тут без выхода. Обязательно должен быть. - шептала она, ощупывая стену метр за метром и нажимая на выступающие камни.
Дрон негромко жужжал, снимая плачущую девушку со всех сторон и немного обращаясь к Дарье, которая упорно продолжала свои поиски. И ей это удалось. Опять послышался гул, и прошла трещина по стене, которая увеличивалась, раздвигаясь в стороны. Перед удивленными девушками открылась картина густого леса, голубого неба, яркого солнца. Ветерок слегка колыхал траву, летали бабочки, звенели цикады. Дарья, затаив дыхание, прошла вперед и остановилась на полянке с высокой травой. Сорвав ромашку, она понюхала ее и обернулась к Веронике с улыбкой.