Сын маминой подруги (СИ)

Но капуста работала только пока мы шли по дороге. Как только мы подходили к сараю, в котором коротала свои ночи коза, эта меховая красавица начинала упираться так, что затащить ее мог разве что дед, но никак не я в свои тринадцать.
Дунька полчаса изматывала нас, а потом словно отработав смену, как по часам, спокойно трусила на покой. И чего ей не хватало, спрашивается? Может внимания. А может она нас терпеть не могла. В общем, одним словом – коза еще та.
После вечерних раундов с Дунькой мы были настолько вымотаны, что сил хватало только залезть на чердак и завалиться на сено, поглядывая через открытое окно на небо.
Так вот, в одну из таких ночей Машка внезапно вздохнула, всхлипнула и тихо произнесла:
- Коль, а ведь это когда-то закончится?
- Да, никогда это не закончится, пока эта дура не сдохнет, - не понял я.
- Я не о козе этой драной, - и задумалась, - а может не драной. Я о нас с тобой. Вырастем, влюбимся, я выйду замуж, ты женишься, и закончится наша сказка. Но я все равно буду помнить нашу дружбу. И дуру-козу тоже помнить буду.
Я тогда ничего ей не ответил. И не потому, что не знал, что сказать (уж кто-то кто, а я точно знал, что она хотела услышать), а потому, что и сам опешил, что это все может просто закончиться. 
И вот мы с ней тут. И я хочу, чтобы это никогда-никогда не заканчивалось.
«Ну, что за романтичный писюн», - пожурил я себя и нежно поцеловал спящую Машку.
Мария
Снится мне, что я у Колькиных бабушки с дедушкой на даче. Много-много лет назад.
И так смешно мне смотреть на себя маленькую. Пощупала, груди нет. Ох, и переживала же я тогда так, что я плоская. У соседки-Катьки уже появилась, ей даже лифчик уже купили, а у меня беда просто. Трагедия века. Знала бы я тогда, что не из-за чего мне было переживать, ну вот совсем незачем. Грудь у меня потом появилась. И хорошая грудь, надо сказать. Многие заглядывались.
Но перед Колькой я никогда моих переживаний не показывало. Не потому, что засмеет (он вообще ко мне как к противоположному полу не относился), а потому, что я же гордая, а еще сильная (вон как с пацанами безостановочно по яблоням лазила). А отсутствие груди – моя слабость. А кто же добровольно свои слабости показывает? Хоть и в переносном смысле.
Наконец-то нас отпустили погулять. А какие гульки в нашем возрасте? Купание на речке или там в соседский огород залезть, ну еще на мотоцикле отца девчонки с соседней улицы покататься, если тот соизволит забрать с собой с речки в коляске троих-четверых оболтусов. Нам с Колькой частенько не везло – в вожделенном транспортном средстве часто оставалось только одно место, а мы с ним были неразлучны и никогда не ездили по одному.
В тот день мы бежали на речку, по дороге скидывая с себя футболки. На мне ярко-салатовый купальник. Хоть груди и не было, но обозначить принадлежность к женской половине нужно было. На ходу бросая вещи на берегу, мы врезаемся в речную гладь. Как обычно, я, Колька и еще трое парней. Мы всегда так время проводили – впятером, я у них своя в доску была.
А в тот день что-то пошло не так. В воде ко мне подбежал (ну, насколько в воде возможно подбежать) Пашка и дернул за развязки от верхней части моего купальника. Моя салатовая красота тут же куда-то улетела, а я стою с обалдевшим видом, прикрывая то, чего у меня еще, по сути, нет. Слезы градом, а я даже вытереть их не могу – руки-то заняты.
Что тут началось. Таким злющим своего лучшего друга я еще не видела. Он накостылял Пашке так, что тот еле-еле встал, а заодно и Вовке с Лешкой досталось. Ну, правильно, а что они смеются.
Отобрал мою салатовую тряпочку. Построил ребят в шеренгу, спиной ко мне. И сам также стал. Отвернулись, значит. Я смогла нормально одеть свой верх, благо что на речке кроме нас никого больше не было.
А потом? А потом он заставил Пашку нести меня с речки домой на руках. На секундочку - идти пятнадцать минут надо было. Да еще и после знатной драки. Объяснил просто – девочек никогда нельзя обижать, их нужно холить, лелеять и носить на руках.
А сегодня он сделал мне предложение. Я даже во сне улыбаться не переставала.
18
Николай
Наш день начался довольно рано. Поспали всего пару часов. Ну если можно назвать «поспали» наблюдение за звездами, а потом сон на твердой палубе яхты.
Еще раз искупался в море. Вода заметно бодрила. Зуб на зуб не попадал. Но Машке виду не подал. Я ж мужчина. А мужчина в понимании женщин это робот: ни эмоций, ни боли, ни усталости. Но чувства есть. И то не ко всем особям женского пола, а только к той самой одной неповторимой и любимой.
Вылез на палубу и застал Машку за разглядыванием кольца. Эта картинка грела мне душу. Реально аж теплее стало.
Обратно летели на чартере. После безумной ночи я не рискнул геройствовать. Не то, чтобы я умения свои показал, красавчик, и хватит, а потому что теперь еще большую ответственность за Машку чувствовать начал. Можно ее теперь наконец-то невестой моей называть. Как вернемся с корпоративной недели ко мне переедет.
В полете с Машкой обсуждали, как будем сообщать изменение жизненных позиций нашим родителям. Она предлагала по видео связи сообщить, я предлагал вызвать их к себе в столицу. Сошлись на том, что вместе в родной город поедем. Как раз после корпоратива.
До него, кстати, у нас оставалось совсем мало времени. Прилетим, заедем ко мне, потом к Машке и опять на самолет. Только уже в зиму. С корабля на бал, вроде как получается.
День куда-то пропал в этой бесконечной спешке. Аэропорт, дорога, дом, дорога, дом, дорога, аэропорт. Что за жизнь?!
Уже по приезду обнаружили, что теплой одежды взяли до ужаса маловато. Мне-то что – я холодолюбивый, а половинка моя мерзлячка еще та. Придется еще на шоппинг время тратить вместо того, чтобы на лыжах кататься и глинтвейн попивать. Ладно, найдем на это время. Его у нас целая неделя будет. Счастье будет, если на шоппинг Машка вместо меня Любу возьмет. А то мы же, мужики, шоппинги так любим, как вышивание крестиком. Не, есть, конечно, индивидуумы, но мне лично такие не встречались.
Разместились, как обычно в той же небольшой гостинице. Мы каждый год ее для этого арендуем. Специально под нас они и график подстраивают, и еду, и развлекаловки всякие. Я-то уже за столько лет привык, а вот Машка попервой головой крутила. Все ей интересно было: и деревянные стены здания, и украшенные еловыми веточками коридоры (а запах какой стоит – деревянно-сосновый!), и небольшой уютный камин в огромной «гостиной». Атмосфера праздника действительно ощущалась в каждой детали, которую заботливо готовили специально к нашему приезду.
Хозяева гостиницы – мои хорошие знакомые. В свое время мы с ними тут же и познакомились, когда они еще несколько комнат в своем собственном доме приезжим сдавали. Я у них месяц постояльцем был. Лыжи я люблю. И всегда любил. Жаль, только, что в родном городе возможности такой не было. Я их уже, когда от родителей вырвался, распробовал. Да и не дешевое это удовольствие. Не самолет, конечно. Но экипировка и сами лыжи немало стоят. А за ними еще ухаживать надо.
Я потом уехал, но общение мы продолжили. Я им сайт сделал. Сам тогда еще этим занимался. Потом прогочку одну финансовую разработал (не для налоговой, естественно, а для внутренних нужд). Вот у них бизнес вгору и попер.
А мы потом с Ромкой приезжали. Дальше – больше, с пятерыми первыми сотрудника (каждый за свои деньги тогда). Как дело и у нас побежало, мы уже всем коллективом приезжать стали. А Алексу с Ярой за хорошую скидку отдельное от меня спасибо. Впрочем, это спасибо я им каждый год с собой привожу. Так он, бизнес, и работает. 
В самолете признались всем присутствующим в изменении нашего статуса. Все, и наши, и просто случайные пассажиры, минут пять хлопали. А потом все дружно выпили по бокальчику. Я прям себя женихом уже прочувствовал.
Сумасшедший день быстро перешел в довольно спокойную ночь. Люди после перелета еще в себя приходили. Кто в душе, кто кальян курит. Новеньких у нас очень мало, почти все здесь уже были раньше. У каждого уже и номера свои обжитые, с прошлого года занятые. Устраиваются сейчас. Вещи разбирают. Первая ночь у нас всегда спокойная. Это дальше веселее будет. Вспомнят, как когда-то детьми в детские лагеря ездили, и начнется. Зубная паста – это самое простое, что может быть. Айтишники для остальных – люди со странностями, как минимум. Поэтому мои по-любому будут квесты ночные устраивать – куски кода по всей гостинице искать и дописывать или уравнения решать, чтобы в холодильник к пиву доступ получить. Программы на скорость писать будут. Ну и, конечно же, гитара и песни задушевные до утра. Куда ж без этого? Встаем, естественно, после такого к обеду. Поэтому завтрак нам в гостинице не готовят. А зачем? Зато полуночник у нас есть. И для недели отдыха это нормально. Не потолстеют точно – после утреннего подъема сразу на лыжи и борды.