Настоящий полковник (СИ)

Вместе со Светловым прибыло шестеро из его взвода. Если по семь человек возить, то за завтрашний день весь взвод и соберётся. Почти. Несколько человек, что не влезут в три рейса, и плюсом врачи и артиллеристы планируются на следующий день. А так как аппетит приходит во время еды, то Иван Яковлевич стал опасаться, что обеим летающим лодкам придётся ещё два дня туда-сюда летать. Повар, например, явно не помешает. Кто-то же должен на такую ораву готовить. А ещё слесарь оружейник. Не может такого быть, чтобы сотни единиц оружие без поломок работали несколько дней. А что будет именно много этих самых дней. Брехт уже не сомневался. Что-то сдвинулось в реальности и инцидент на озере Хасан начнётся на три года раньше, но вместо нескольких дивизий со стороны СССР будет его взвод и пограничная застава, вместо десятков тысяч с танками и самолётами, меньше сотни человек.
Вляпался. Что ж, отличный способ проверить, правильно ли он людей готовит. Стоп. На фронт ведь во время Великой Отечественной агитбригады присылали. Нужно и ему кого заказать. Пусть Зощенко приедет, свои рассказы юмористические почитает. Эх. Раньше не догадался!
Событие семнадцатое
– Марьванна, а во Вторую мировую войну мы с кем воевали?
– Вовочка, ты что, дебил? С Германией.
– С Германией? А против кого?
Первая Мировая Война, про спецподразделения:
«Со своей стороны, французы создавали подобные отряды из сенегальских стрелков. Немцы побаивались негров. Их было плохо видно в темноте».
– Привет, Иван Ефимович. Не в курсе Летающая лодка Ш-2 добралась? – первое, что спросил у хорунжего бывшего. И понятно. Пусть она берёт всего сто пятьдесят, ну, в самом крайнем случае, двести кило груза, но это кажется – ерунда. Сегодня два рейса, завтра, послезавтра и вот уже тонна. А возить она должна в основном боеприпасы и оружие. Это только в плохих американских фильмах Рембо стоит по колено в гильзах и стреляет и стреляет. Вопрос к режиссёру, а где эти тонны гильз хранились до этого. При этом нужно не забывать, что снаряжённый патрон весит больше гильзы.
Рембо не было. Был вместо него целый взвод. Следовательно, нужно в тридцать раз больше патронов. Была небольшая надежда, что японцы поделятся, но это бонусом будет. Рассчитывать надо на себя.
– Прилетела. Как раз когда мы отправлялись. Договорились, что её заправят и сразу назад. До темноты рейс сделает, а назад уже утром как расцветёт. Привезёт четыре ящика патронов к винтовкам Арисака, – ответил крепким рукопожатием Светлов.
Четыре ящика. Картонные коробки с патронами хранились в деревянных ящиках по 1260 патронов на коробку. Вес ящика – 41 кг. Получается, привезёт пять тысяч патронов. На тридцать человек. Слёзы.
– Давайте ужинать. Как раз каша поспела.
Пограничники ушли к себе, так что на берегу под прикрытием кустов установили палатку и рядом из обрезков от причала соорудили небольшой столик.
Что-то опять Брехт плохо посчитал. Людей получалось с пилотом тринадцать, а палатка на десять человек рассчитана. Хотя, часовые нужны. Влезут, значит, все.
Поели, пока диверсанты маскировали палатку срезанными ветвями и маскировочной сетью, а железнодорожники стирали перепачканную в иле одежду, Брехт со Светловым сползали посмотреть, как продвигаются дела у японцев. Второй раз проще. Уже даже след виднеется в прошлогодней листве, как крокодил прополз. Ну, или ёжик прошёл. Тот тоже все листья перевернёт в поисках червячков и жучков всяких. Словно не маленький комочек, а большущий кабан.
В этот раз выползли куда положено. Отлично всё видно. А ведь целый день артиллеристы позицию обустраивают. Подальше от скалы окоп отрыт уже в полный рост, а там, где скала вылазила близко к поверхности, упёртые сыны Восходящего Солнца углубились по пояс. И не думали даже останавливаться, вгрызались и вгрызались в камень кирками. Освободившиеся не сидели, закинув ногу на ногу, а обустраивали позиции для пушек. Расчистили землю от камней, выровняли площадки и сейчас из вынутых и валяющихся поблизости камней сооружали что-то наподобие крепостного вала.
 
Молодцы. И офицеры у них молодцы. Такую оборудованную позицию лихой штыковой атакой не взять. Вон по флангам ещё пулемёты поставят и трындец наступающим гайдзинам.
Светлов в брехтовский бинокль внимательно осмотрел позиции противника и потянул Ивана Яковлевича вниз. Извиваясь, как ужи, преодолели первые метров сто спуска, а потом пошли пригибаясь. Погранцов, кстати, не обнаружили, хотя Устюгов Пётр Петрович – начальник погранзаставы клятвенно заверил, что секреты поставил. Будем надеяться, что своих опознали и пропустили. А то, что же это за секреты?
– Что думаешь, Иван Ефимович? Справятся наши ребята?
– Должны, – как всегда немногословно прошептал «замок». Потом добавил, – Прямо завидно стало. Такое трудолюбие. Валы эти тоже используем, за ними можно мухобои поставить.
– Чего? – мотнул головой Иван Яковлевич.
– Это так у нас зенитные установки окрестили, – ухмыльнулся в чёрные усы бывший хорунжий.
– А, понятно. Слушай, Иван Ефимович, а ведь не получится завтра ночью начать. Нужно противотанковые ружья завести, нужно зенитные пулемёты. Ручные гранатомёты, что Шавырин привёз. Много получается. Не успеют наши маленькие самолётики завезти, – высказал свои сомнения Брехт.
Не просчитали? Да, нет, просто готовились начать эту войнушку сами и тогда всё правильно посчитали, а тут её японцы начали, и теперь расклад совсем другой получается.
– Ничего страшного. Судя по тому, что я увидел, там, внизу, справа от небольшого озерца, которое на карте помечено, как озеро Заяц, военный лагерь, и по его размерам можно прикинуть, что на нашем берегу реки не больше ста человек у супостата. С этими справимся. Пока они будут соображать, что же с нами делать и советоваться со своим Генеральным штабом, начинать ли настоящую войну с артиллерией и самолётами, мы уже все, что нужно завезём.
– Точно. Войну начать не просто и не быстро. Ну, тогда отдыхайте. Завтра ещё понаблюдаем за противником, людей примем и в ночь начнём «освобождение родной земли».
Вот что значит опыт. А Брехт, хоть и прожил здесь уже почти три года, в этой реальности, всё отвыкнуть от двадцать первого века не может. Всё офицеры на язык лезут, да майоры всякие. И забыл, что сотовых телефонов нет ещё, и донести новости до Токио и получить приказ оттуда назад, для окопавшихся на том берегу японцев – не быстрое занятие. А ещё ведь и не готовились в полномасштабной заварушке, пока ещё резервы подтянут. Тоже доктрина у самураев на чужой земле воевать и малой кровью.
Нет, ребята. Тут вам не там.
Событие восемнадцатое
– В армии тебя обязательно научат стрелять! – сказал прапор, изымая у новобранца две пачки «LM».
Инспекция в столовой воинской части. Инспектирующий полковник подходит к сержанту на кухне.
– Почему не кладёте лавровый лист в суп?
– Не едят, товарищ полковник!
Коварные японцы сорвали все планы. Такого хитрого хода от них никто не ожидал. Нет, они не напали первыми и не выявили лазутчиков брехтовских. Они прекратили работы по обустраиванию позиций и не затащили три свои пушчонки на сопку. Эти, с позволения сказать «флористы», прекратили работу и устроили себе праздник. 8 апреля День рождения Будды или праздник цветов ещё называют. Всё это объяснил Ивану Яковлевичу бывший хорунжий, почесав репу. Они утром вновь поднялись на сопку Пулемётная горка или гора, по-разному на картах указана, а там только пара часовых и один пулемётчик, а зато внизу на этом полуострове происходит какое-то действие. Не честно так. Тут половина окопа не доделана, а они празднуют.
– Праздник называется Хана Мацури, день цветов или праздник цветов переводится. – Просвещал зловещим шёпотом Светлов. – На самом деле празднование дня рождения Будды. В этот день храмы украшаются цветами, а посетителям раздаётся сладкий чай аматя, приготовляемый из разновидности гортензии. Напиток считается магическим, им также омывают статуи Будды. По легенде, сразу после рождения девять небесных драконов оросили голову ребёнка водой. Цветы же символизируют сад Лумбини, в котором родился Просветлённый.