Падение Мэроу (СИ)
– Как ты выжила? – спрашиваю я.
– Меня спасли ликаны. Равков и близко не было к нашему лесу. А вот ликаны всегда появлялись, когда Матерь спускалась на Мэроу. Они ждали её появления, как возвышенного чуда. И в тот раз они тоже явились. Ликаны видели всё, они прибыли, когда Матерь разрывала последнего из нас. Мои верные друзья взяли моё умирающее тело и бежали так быстро и далеко, как только могли. Их скорость и не черствые сердца, только они и спасла меня. Там, где падала моя кровь, возрождался камень, там, где капали мои слёзы, возник океан. Моё тело восстановилось, а душа и сердце навеки разбиты. В знак благодарности к ликанам и их виду я пожертвовала собой и возродилась в камень, я лишила себя женского счастья и потомства, чтобы удержать скалу и оберегать её жителей. Любой ценой.
– В Книге Матери и Отца говорится, что ликаны всегда были преданы прародителям.
– Так и было, пока они не увидели их истинные сущности. Вся печаль нашего мира в том, что не мы неидеальны, а наши создатели. Отец оказался неверным трусом, а Матерь – мстительной и вспыльчивой. Если бы ни тот день, то Великой Войны видов никогда бы и не было. Если бы прародители позволили нам жить так, как сами велели, и не вмешивались, то Мэроу сейчас уже был бы оплотом, а не тюрьмой.
– Как нам остановить Матерь? – спрашивает равк.
– Её не остановить. Она вернется домой, – произносит Древнейшая.
– Это не может быть концом, – шепчу я.
Мы не могли проделать весь путь и пройти столько испытаний, чтобы услышать такой ответ.
– Может. Колум, твой верный и преданный маг, говорил тебе о связи, которая будет сильнее и прочнее тех, что ранее были на Мэроу. Он не ошибся. Это так. Но связь эта появится не в этом мире. Не на Мэроу.
Древнейшая очень быстро меняет вектор разговора, я не успеваю за ней.
– Я не понимаю, – честно признаюсь я.
– Поймешь, когда придёт время.
В разговор вступает равк:
– Если Матерь не остановить, то что можно сделать, чтобы Мэроу остался существовать?
– Чтобы Мэроу не покрылся горами мертвых тел, населяющих его существ, вы должны сделать выбор.
– Какой? – спрашиваю я.
– Вы можете убить истинное дитя Матери, и тогда она накопит достаточно сил только лишь через сотни Алых Лун. И скорее всего это уже будут не ваши проблемы.
– Нет! – тут же отвечаю я. – Аргоса никто не тронет.
Древнейшая смотрит на меня, и через секунду пространство заполняют её слова.
– Тогда вам придется позволить Матери забрать ребенка и открыть врата.
– Но тогда Мэроу падёт, – говорит Бастиан.
– Нет. Вы пойдете за ней и убьете Матерь в её истинном доме и в её истинном обличии. Только так вы сможете её остановить. Раз и навсегда.
Огромное каменное помещение наполняется тишиной и размышлениями. Мы должны войти во врата и убить Матерь? Ту, что создала наш мир? Я даже не представляю, как мы это сделаем и сделаем ли вообще.
– Как нам её убить? – спрашиваю я.
Всё внимание древней ведьмы обращено на меня. Она слегка склоняет голову и внимательно смотрит. От её холодного и чистого взгляда становится не по себе.
– Я дам тебе оружие, – говорит она. – Но использовав его, ты больше не вернешься на Мэроу. Через это оружие вся сила Матери перейдет к тебе, а она станет смертной. Но твоё слабое и несовершенное тело не сможет выдержать такой поток магии. Ты спасёшь всех, но умрёшь сама.
– Я не буду жертвовать собой, – говорю я.
– Ты не столь эгоистична, какой хочешь казаться. Я могу рассказать твои следующие мысли. Воспоминания унесут тебя к могиле Нефел, ты будешь думать о том, что не смогла спасти её, не смогла дать ей шанса жить. Ты вспомнишь замечательного и доблестного Эмета, который тоже не удостоился долгой жизни. А после мертвых, ты подумаешь о живых. О мальчике, который потерял и мать, и отца. О нашем маленьком Аргосе, ты ведь хотела вернуть его к Лилии, и чтобы он вырос таким как Эмет. Ты подумаешь о Колуме, который лишь недавно встретил свою судьбу. Ты даже подумаешь о принце, но тут же одернешь себя. Я уже знаю, каков будет твой ответ.
У меня нет слов, чтобы выразить весь ужас от осознания того, что Древнейшая знает меня лучше, чем я сама. Сглатывая ком горечи, я спрашиваю:
– Я соглашусь?
– Да. А вот принц будет против, – говорит ведьма и переводит взгляд на равка. – Да, Бастиан?
Принц, не мигая, смотрит на ведьму и уверенно говорит:
– Она не может умереть…
– Может. Все мы смертны, даже прародители. Я даю вам сутки на принятие решения. А точнее, на отдых перед финальным рывком. Эва, ты можешь идти. А вот у Бастиана ещё имеется вопрос, но ответ на этот вопрос не для твоих ушей.
Я разворачиваюсь и плетусь к выходу из каменной залы, но останавливаюсь. Оборачиваюсь и спрашиваю:
– Что за оружие ты нам дашь?
– Клинок из моих костей и магии. У Мэроу будет только один шанс. И вы должны преуспеть.
Выхожу из залы, оборачиваюсь и натыкаюсь взглядом на стену из тьмы и камня. Ликаны тут же провожают меня к моим спутникам, которые во всю уплетают еду. Посередине скалы расположен стол с различными яствами. По словам Ликанов, это дар Древнейшей и знак уважения. Поев и испив воды, я отхожу в самый дальний угол скалы и, свернувшись в клубочек, размышляю.
Древнейшая права, я соглашаюсь на смертельную для меня попытку. Возможно, так я смогу искупить вину за смерть Эмета и Нефел.
Постепенно я засыпаю, мне снится стена огня, но в этот раз там не девочка, а Королева Змей, она смотрит на меня и говорит:
– Ты не посмеешь.
Глава 28. Сон
"И только истинное дитя Матери вернет её домой… И придется ей пасть, как и детям её. Иначе будет она закована навеки…"
(Книга Матери и Отца. Глава двести пятнадцатая).
* * *– Я знаю, что ты измотана и жаждешь отдыха, но я не смогла обуздать свой интерес, – говорит Древнейшая, сидя напротив меня.
Оглядываюсь по сторонам и вижу самый прекрасный лес, который только можно придумать. Зелень ярче, солнце теплее, трава мягче, а птицы щебечут без умолку. Оборачиваюсь к Древней Эванжелине и бросаю взгляд на её ноги, которые сейчас вовсе не похожи на камень. Две нежные девичьи лодыжки выглядывают из-под подола светло-желтого платья.
– Где мы? – спрашиваю я.
– Это мой дом, – отвечает ведьма и, повернувшись направо, говорит. – Недалеко поселение, в котором жили первые ведьмы и маги. Я люблю сюда возвращаться. Но тяжелые мысли не позволяют оценить красоту по достоинству, я вижу эту поляну иначе, не так как ты. Море крови и стонов боли. Крики Матери и плач существ.
Это всё очень занимательно, но я не понимаю, как очутилась в воспоминаниях Древнейшей.
– Как мы здесь оказались? – всё же спрашиваю я.
– Я решила поговорить с тобой. Ты должна знать, что твоё предназначение, твоё рождение и путь, который ты уже прошла и пройдёшь, – не случайны. Ты должна была явиться на Мэроу, чтобы спасти его. Многострадальный мир ждал тебя. И ты пришла.
Я не испытываю восторга оттого, что дальнейшее существование Мэроу теперь зависит от меня. Я простая охотница с достаточно эгоистичной темной душонкой. Думаю, Мэроу нужно было ждать кого-то более подходящего.
Поднимаю взгляд на ведьму, встречаюсь с её льдистыми глазами и честно признаюсь.
– Я не знаю, выйдет ли у меня.
– У тебя получится, и я считаю, что ты должна знать о том, что будет с Мэроу, после того как Матерь и ты погибнете.
Меня удивляет моё спокойствие. Я разговариваю о своей смерти и ничего при этом не испытываю. Страха точно нет. Есть неуверенность в своих силах.
– И что же? – спрашиваю я.
– Все существа – её дети, которые были созданы в мире Огня, падут, и развеется их пепел по просторам двух миров. Существам рождённым на Мэроу, ничего не грозит. Мир будет чист, врата навсегда закроются.
– А как же те, кто пойдет со мной? Колум и Меланта? Аргос и Гвиана? Принц в конце концов? Они не смогут выйти?