Имперец. Том 1 и Том 2 (СИ)
Пока разбирался с этими любителями острых ощущений, ко мне уже подоспело двое следующих поляков. Ограниченное свободное пространство играло мне на руку, и эти двое больше мешались друг другу, чем реально могли нанести мне какой-то вред. Особенно учитывая то, что один из них бессмысленно махал ножом, а второй его немного побаивался.
Блок, захват, ХРУСТЬ.
Зубастый армейский нож нападающего входит ему же под подбородок, тело оседает, и следующему врагу этот же артефакт прилетает в глотку.
Ноющие статисты уже сообразили, что «москаль», за которым поехал Ежи, немного не та добыча, на которую они рассчитывали, и вообще сильно продешевили ребята с этим заказом, так что решили отползти по тихой грусти.
Но, увы, мы не в школе, когда можно поставить однокласснику синяк, извиниться, и все будет нормально. Ни одна падла не будет стрелять в меня и думать, что ей за это ничего не будет.
Будет. И еще как.
Я создал три дюжины ледяных пуль перед собой и отправил их хаотично носиться по помещению, разбивая бутылки, стаканы и безмозглые польские головы.
Спустя две минуты все стихло, но для очистки совести я все же прошелся по залу, проверяя наличие недобитых. Но таких не было.
Зато обнаружилась очень малоприметная и тем интересная дверца. При беглом осмотре такое и не заметишь, конечно, но у меня был богатый опыт работы на стройке в студенчестве, и поэтому вытертая краска у досок рядом с глухой стеной вызывала некоторые вопросики.
Я достал телефон из кармана и вместо условного звонка набил текстовое сообщение.
«Ребята, вам лучше присоединиться к вечеринке, пока все не выпили»
А сам выбил замаскированную под стену дверь.
Створка была прекрасная, толстая, а помещение внутри отделано великолепными звукоизоляционными материалами. И нет. Это была не пытошная. Это был кабинет командира отряда, или кто там у них за старшего.
В небольшой комнатке было зверски накурено, в центре разместился стол, за которым три человека разыгрывали партию в покер.
Первый, потянувшийся за стволом, упал сразу с ледяным ошметком в глазном яблоке.
Второй был более умным — попытался залезть под стол. Точнее, он думал, что умнее, потому что с развороченным ледяной шрапнелью горлом залезать под стол нельзя, можно только заваливаться.
Третий — судя по невозмутимости, командир этого балагана мертвецов — сидел, не шевелясь, и смотрел на меня немигающим взглядом.
— Кто вас нанял? — спросил я.
Мужчина молчал, сжав губы в тонкую полоску.
— Кто вас нанял, что убить меня? — уточнил я свой вопрос.
Поляк не отвечал, лишь следил за мной глазами.
— Не заставляй меня спрашивать третий раз, тебе не понравится, — предупредил я.
Мужчина лишь усмехнулся уголком рта, и в тот же миг его ладони, лежащие на столе, оказались пришпилены к сукну ледяными кинжалами. Он заголосил, запрокинув голову.
— Кто. Вас. Нанял? — процедил я, теряя всякое терпение.
Наемник посмотрел на меня безумным от боли взглядом и проговорил:
— Кто нанял, наймет еще, щенок. Мы знаем, что такое честь, москаль!
— У наемников нет чести, — усмехнулся я. — Только банковский счет.
Мужик взвыл — я льдом разбил ему колено, обходя комнату по периметру, ища что-то, за что можно зацепиться, чтобы задать конкретные вопросы.
— Ты — псина, — проговорил я. — Продажная псина, пшек. У наемников даже хозяина нет, вы ж как шлюхи, ложитесь под любого, кто больше заплатит.
Мужик скулил, а я замер перед тумбочкой, на которой лежали какие-то бумажки, и бездумно окинул их взглядом. А когда прочитал — охренел от найденного.
— И ты, псина, если бы не пожадничал и не взял дополнительный заказ на одного безродного пацаненка, и дальше бы сидел тут и строил свои грандиозные планы, — произнес я, оборачиваясь к пришпиленной жертве. — И, может быть, даже что-то успел бы воплотить в жизнь.
Через открытую дверь тем временем раздались звуки шагов, короткие команды, а потом растерянные возгласы.
— Я здесь! — крикнул я, даже не собираясь выходить из комнаты.
По крайней мере, до тех пор, пока сюда не явится Серов, и я не покажу ему планы террористических атак на столицу.
Том 2
Глава 20
Москва, «Бермуды», Антон Васильевич Серов
— Нет, ты посмотри, как красиво лежат! — восхищенно проговорил Лютый. — Талантливый пацан!
— Ага, — мрачно отозвался Серов, осматривая результаты побоища, которое устроил один простой русский студент. — Хорошо торгуется и плохо контролируется.
— Работает человек по вдохновению, ну что ты, — отмахнулся силовик. — Главаря он тебе для допроса оставил, статистов положил. Все по красоте. Идеально подходит под мою команду.
— Ну еще чего! Так я его тебе и отдал, — фыркнул Серов, рассматривая положение тел у входа, где был прямой контакт.
— Да зачем он тебе? Вы ж теоретики, работники бумаги и пера. А тут смотри, как все четенько. Явно мой кадровый ресурс!
— Вот погляди сюда, что ты видишь? — спросил Серов, кивнув на тела с ножевыми отметинами.
— Чистую работу, — охотно ответил силовик.
— И я, — кивнул особист. — А как у пацана в восемнадцать лет может быть такая чистая работа?
— А как пацан, без году неделя открывший магию, может двумя стихиями так играючи управлять? — вопросом на вопрос ответил Лютый, и оба окинули помещение задумчивым взглядом.
Товарищи помолчали, и силовик продолжил:
— Тебе все равно штатную единицу под него не откроют. А у меня уже все готово — бери и бери!
— Виктор Сергеевич озаботится — и все откроют, — возразил Серов, немного помрачнев.
Кадровые вопросы были больным местом, чтоб эти гребаным бюрократам кто-нибудь паяльник в жопу для мотивации воткнул.
— Виктору Сергеевичу сейчас не до подающих большие надежды парнишек из народа, — жестко усмехнулся Лютый. — У него теперь головняк повеселее будет.
Москва, Кремль, Виктор Сергеевич Нарышкин
Император молчал. Молчал и с видом глубокой задумчивости размешивал сахар в чашке с кофе.
Виктор Сергеевич тоже молчал. Молчал и старался не дышать. Ну, или дышать через раз.
Ситуация была, прямо скажем, такая себе. С одной стороны, в сердце страны, буквально под носом у всей безопасности, террористы сидели в баре и спокойно попивали пивко вот уже несколько месяцев. С другой стороны, это не террористы, а честные наемники. У них и контракты есть, и даже выплаты по-белому. Налоги платят, как порядочные люди! Поводов придраться практически нет, а где есть — там только погрозить пальцем и выписать чисто символический административный штраф. У них даже вид на жительство и разрешение на работу был оформлен, чище не бывает.
И действительно, если бы командир наемников не пожадничал и не схватился за заказ на голову Мирного, эти подонки еще долго бы попадали в слепую зону всех систем.
Наконец, Дмитрий Алексеевич отложил ложку, тихонько звякнув о тонкий фарфор, глотнул кофейка, поморщился, будто там не кофе был, а рыбий жир.
— Что поляк говорит? — спросил император, отставив чашечку с таким рвением, что фарфор снова жалобно дзынькнул.
— Сначала рассказывал про величие Речи Посполитой, — заговорил Виктор Сергеевич. — После ряда наводящих вопросов, какого хрена он ее величие в Москве ищет, начал путаться в показаниях. Ну а потом специально обученные люди замотивировали его на сотрудничество.
— Ближе к делу, Витя, — раздраженно произнес Дмитрий Алексеевич.
— Да тут что ближе, что дальше, в принципе, — вздохнул Нарышкин. — Они работали всегда через посредника. Здесь так же. Приехали похалтурить в Россию, на родине-то все аристократы либо нищие, либо жадные. Пока халтурили, выполняли аккуратно мелкие заказики, он своим людям не препятствовал подрабатывать. А потом ему сделали такое шикарное предложение, от которого ну просто ни один поляк бы не отказался. Ну и голову пацана до кучи.