Катализатор (СИ)
И это радовало до невозможности:
— Замечательно. Тогда вопрос на засыпку: сколько тебе нужно времени, чтобы заставить эту хрень заработать, с учетом наличия схемы подключения к «Умному Дому» и рекомендаций спецов «Оракла»?
— Не знаю… — пробормотала она, попробовав врубить планшет. А когда поняла, что он просто так не заведется, посмотрела на меня: — Но начну прямо сейчас. Если разблокируешь эту хрень и дашь доступ в бункер.
Разблокировал. Дал. Причем не разовый, а постоянный. Потом занялся подготовкой к съемкам и забыл о ее существовании. А ближе к семи утра был вынужден вспомнить, так как Афина влетела в кабинет, сияя, как прожектор ПВО, заявила, что все работает, и с мольбой уставилась на меня.
Я назвал ее умничкой, отложил планшет со сценарием сцены фильма, в которую пытался вжиться, подключился к системе оповещения и вызвал к себе «детский сад», Тимура и Еремееву. Правда, по традиции обратился к мелочи, как к младшей дружине, но при этом давил лыбу, ибо это определение, некогда придуманное Кнопкой, почему-то веселило со страшной силой.
Егор и сестры Карсановы нарисовалась на пороге буквально через три минуты, радостно протараторили, что страшно рады меня видеть, услышали звук шагов старших и в темпе изобразили самых послушных детей на свете. В смысле, чинно расселись на диване, выпрямили спины и изобразили статуи.
Пока я здоровался с Тимуром и Светланой Николаевной, кажется, даже не дышали, ибо почему-то решили, что последняя в курсе причину вызова и поэтому крайне серьезна. А когда женщина опустилась в кресло и принялась щелкать суставами пальцев, вообще запаниковали, зная, что это — признак нешуточного волнения.
В этот момент я и заговорил. Вернее, шокировал вопросом, на который им очень не хотелось отвечать:
— Видеоотчет о наших приключениях в Париже видели?
Лгать мелочь не захотела, а говорить правду было страшновато. Но Егор, Аза и Заира почти одинаково вспыхнули и утвердительно кивнули, а Фатима отрицательно помотала головой и гордо посмотрела на меня:
— Я обещала ребятам не лазить в ваши блоги до пятнадцатилетия и держу слово.
— Уважаю. Тебя за умение держать слово, а твоих сестричек и друга — за рассудительность и честность. Кстати, я задал этот вопрос не для того, чтобы подставить вас перед старшими — мне надо было понять, что именно вы знаете об отношении окружающего мира к нашей команде. А теперь, когда уверен, что вы имеете представление о тех опасностях, с которыми нам приходится сталкиваться в Большом Мире, перейду к новостям, касающимся вас. Новость первая: в связи с тем, что эта попытка похищения членов нашей команды может оказаться не последней, я принял решение не отправлять вас в Москву, а организовать учебный процесс прямо тут, на Очаровании.
В этот момент мы, взрослые, чуть не оглохли, так как мелочь вскинула руки вверх и издала слитный вопль радости. Правда, потом покраснела и снова потупила взгляды, но мощи акустического удара нам хватило за глаза. Ворчать или ругаться не стали: мне не хотелось от слова «совсем», Тимур ушел в себя, вероятнее всего, пытаясь понять, что я был вынужден оставить за скобками, а Еремеева старательно прятала смешинки за густыми ресницами. В общем, ко второй новости я перешел после того, как отзвенело в ушах:
— Когда я представил классическую учебу по удаленке, мне захотелось застрелиться, ибо этот вариант развития скучен до невозможности. Поэтому вы будете учиться иначе. Само собой, если захотите…
Тут Светлана Николаевна сделала стойку и уставилась мне в глаза, так как об этом нововведении муж ей намеренно не сказал ни слова.
—…по методикам, по которым гоняют сотрудников спецподразделений.
Эта фраза заставила подобраться всех, включая Тимура, и я, мысленно усмехнувшись, вытащил из ящика стола вроде как «Тиссо»:
— Каждый из вас получит «умные» часы, замаскированные под обычные, и будет их снимать только во время тренировок по ударке и грепплингу. А все остальное время эти хитрые девайсы с определенной периодичностью будут подкидывать блоки вопросов, на которые вам надо будет отвечать. Кстати, в спецслужбах система оценки знаний куда проще, чем в школах, то есть, вы либо знаете и живы, либо не знаете, из-за чего ранены или мертвы…
— В лучшем случае… — холодно уточнила Афина. — А в худшем ВЫ живы, а мертвы или ранены ТЕ, кому вы обещали прикрыть спину, или ни в чем не повинные гражданские лица.
— Все верно… — криво усмехнулся я и продолжил закручивать гайки: — Логика работы программного обеспечения, использующегося для обучения профессионалов, выглядит так: материалы, на основе которых генерируются проверочные блоки вопросов, прилетают на умные часы ежедневно в районе шестнадцати ноль-ноль. Когда и как вы занимаетесь самоподготовкой, никого не колышет… аж по двум причинам. Первая предельно проста: весь материал программы подготовлен куда более крутыми специалистами, чем те, которые пишут школьные учебники, поэтому не понять новые темы невозможно. Само собой, при желании учиться. А вторая значительно серьезнее: соглашаясь или не соглашаясь на этот вариант обучения, вы делаете осознанный выбор, за который придется нести ответственность. Ибо эта программа — единственный способ войти в мою команду по-настоящему. Ибо балласта в ней НЕТ и НЕ БУДЕТ!
Тут мелочь почти одинаково сглотнула и сжала кулачки.
— Теперь скажу несколько слов о стимулах… — мысленно усмехнувшись, продолжил я. — Положительные вас однозначно порадуют: баллы, получаемые за каждый правильный ответ, суммируются, и постепенно открывают все новые и новые возможности. К примеру, одна тысяча баллов — это личный«Глок» в оружейке, три — «голый» автомат АМБ-36, три двести — прибор бесшумной и беспламенной стрельбы, семь сто — неограниченный доступ в аэротрубу, которую послезавтра начнут строить на Изумлении, восемь с половиной — место в учебно-боевом выходе в горы в окрестностях Фролихи длительностью трое суток, девять — право пройти спецкурс по экстремальному вождению, двенадцать — возможность полчаса в неделю тренироваться под личным руководством любого тренера команды и так далее.
Этот список заставил ребят задохнуться от восторга, а Еремееву почему-то напряг. Сообщать ей при детях, что Виктор Викторович уже дал санкцию на дрессировку сына именно в таком ключе, однозначно не стоило, поэтому я мысленно пообещал себе пообщаться с ней тет-а-тет сразу после завершения беседы с «младшей дружиной» и перешел к следующему вопросу:
— Ну, а отрицательных будет всего два. От нуля и до минус четырехсот девяноста девяти баллов — все усиливающиеся удары током за неправильные ответы. Минус пятьсот — исключение из программы раз и навсегда. И еще: перед тем, как согласиться или не согласиться на участие в этом эксперименте, вы поставите автограф под более чем серьезной подпиской о неразглашении. Ибо кроме общеобразовательных дисциплин и иностранных языков в этой программе обучения имеются специальные, а обычных подростков такому не учат. Вопросы?
Первой руку подняла… Светлана Николаевна, дождалась разрешения говорить и почему-то перешла на «вы»:
— Денис Владимирович, а эта программа рассчитана только на молодежь, или в ней имеется база данных для дрессировки взрослых?
На этот вопрос ответила Афина. Причем без дураков:
— База одна и очень серьезная. Пройдете «детский сад» — она автоматом перекинет вас в «школу» и так далее.
— Ну, и где ставить подпись?
…Процесс выбора часов доставил мелким ничуть не меньше радости, чем предвкушение учебы по программе для сотрудников спецподразделений. Впрочем, окажись я на их месте, сходил бы с ума от мук выбора ничуть не меньше. Ведь личность, компоновавшая этот набор, подобрала три десятка по-настоящему красивых и стильных девайсов! И пусть две трети женских для самой маленькой, то есть, Фатимы, были еще не по руке, она раз по пятнадцать перемерила три более-менее подходящих варианта и остановилась на «самом-самом»… только после того, как выяснила мнение Светланы Николаевны!