Коллекционер уродов (СИ)

Девушки даже за завтраком не переговаривались. Слишком уж вареными были, совсем сонными. И на уроке их не удалось растормошить.
— Взгляните только на себя, — сетовала Рада Адовна, — совсем не страшитесь гнева божественного? На вас морок напустил Мрак, а вы сидите довольные. Нельзя ночью бодрствовать, и тем паче на улицу выходить. А вам как об стенку горох.
Учительница вручила Гале дощечку для прописи, тренировать написание букв, и удалилась в оранжерею. У нее уже не хватало сил терпеть заторможенные их реакции.
Гала нахмурилась, пихнула Еву в бок.
— Мрак? Эй, не читай без меня!
— Не буду, пусто тебе! А ты что, правда веришь в эти детские байки?
— Вот еще. Конечно, не верю. А что за байки?
— Ну, что когда с неба Жара уходит, Мрак остается и утягивает заблудшие души. Поэтому ночью нельзя гулять. Но это все глупости. Мне папа рассказывал эти страшилки, чтобы я не уходила далеко и не потерялась. А еще говорил, что воды боятся надо. Я пока маленькая была, запрещал к реке спускаться. Всегда сам воду носил.
— А с рекой что не так?
— Ну, утонуть же можно. Но жрицы, конечно, выдумывают, что с иными миром соприкоснешься, а оттуда не возвращаются. Ну, помрешь, простыми словами. Ты им не верь. Ты же уже не маленькая.
— Я и не верю, — Галка задрала было нос, но тут же поспешила сгорбиться над письменами. А интерес тлеющий не отпускал, — у тебя папа был?
— Был? И сейчас есть.
— А почему ты не с ним живешь?
— Вот еще. Он пряльщиком всю жизнь проработал. В бедности и голоде. Не надо мне такой жизни. Не хочу как и мама состариться пастушкой, и изнывать от скуки и нехватки денег.
— У тебя мама есть?
— Умерла давно уже, от старости. Я сама папе сказала, мол, продай меня господину. А я не будь дурой и дочку ему рожу. Вот и заживу.
— Ты с господином ребенка заведешь?
— Тише ты, не так громко. Хочу, конечно так. Да и Владимир, я думаю, как и всякий мужчина ребенка хочет. Они же прямо рождаются с желанием детишек поняньчить. Этот, как его, отцовский инстинкт.
— Чего?
— Без обид, Галя, но тебе нужно быть продуманнее. Не как мужчины, не меркантильной. Но давай по-честному, не так уж и хороша работа управляющей. Или к чему ты там стремишься?
— Так я просто хочу быть хорошей хозяйкой. Знать как за всеми приглядеть. Вот и все.
— Нет, ты молодец, правильно, что старуху подсиживаешь, но ненадежная это служба.
Галка нахмурилась, отвернулась. Что за глупости? Как будто Влад ее выгонит, или Ева избавится. Внутри девочки зародилась скромная тревога, чуть царапающая горло изнутри.
— Давай, пока ты пишешь, я вслух почитаю про самурайшу?
Хвост довольно завилял, а губы растянулись в хитрющей ухмылке.
— Ай-да.
О Владе они больше не болтали, но Галка стала все чаще замечать как кокетлива и вертлява становилась Ева при нем. И как так можно? Он ведь старый очень. Как сказала сама Ева, господину уже почти двадцать шесть. Он был гораздо старше их обеих.
Ладно когда жена взрослая, а муж так, юнец глупый. Ведь для того жених и приходит в дом жены, чтобы она его под себя воспитала. Но наоборот, дико это. Хотя, если так подумать, в доме Влада все было неправильно.
И ничего.
В один из дней, как бы медленно ни читали книжку, как ни растягивали удовольствие, история самурайши закончилась.
Они тогда уже по привычке валялись в постели хозяина, пока сам он считал что-то усердно на счетах. Ева лежала, облокотившись спиной к изголовью, а Галка примостилась у нее на груди. Следила глазами, где читают.
И как произнесла Ева последние слова и закрыла книгу, повисла непривычная гробовая тишина.
Влад поднял на них взгляд, но промолчал.
Гала подмяла под себя хвост, нахмурилась, поджала губы. Будто старалась не заплакать. А Ева растеряна была, смотрела вдаль и думала о своем.
— Дочитали?
Гала обиженно метнула недовольный взор, и поспешила спрятаться в обилие подушек хозяйских. Ева медленно закивала, ее как головой окунули в воду. И душа из тела вышла, до того отстранена была.
 
— Ясно. Что же…
Влад, как бы к этой книге ни относился, рад был, что девушки заняты были чем полезным. Безопасным хоть. Наконец Гала не пыталась никого прибить и то благо. Потому Влад и решил поискать писательницу этого романа.
— Я уже заказал второй том…
Девушки тут же оживились, вспыхнули как спички. И поверить не могли, пытались вглядеться в лицо Влада, понять, не шутит ли он. И он не шутил. Гала не сдержалась, подскочила весело, и стиснула хозяина в объятиях своих крепких.
Ева хотела было проявить скромность. Но плюнула. Подбежала и обняла тоже.
Влад был доволен собой.
Кроме того, он поинтересовался у авторши истории, откуда она про уродов ведает. Думал, разузнать побольше, понять, как предвестники эти на засуху влияют.
Но вместо того, пришла ему неожиданная весточка.
Галка крутилась у пруда волчком. Она хотела помочь с посевами в воду, и постройкой плотины. Но только мешалась у служанок под ногами.
— А как ее привезут?
Писательница с востока поведала, что самолично знает одного урода. И вот уже как пару недель они ожидали нового жителя. Согласно письму, было то существо только наполовину человек. А на вторую — рыба. И жила эта тварь в воде.
Гале было невтерпеж познакомиться.
— На корабле, как самурайшу?
— Подай бечевку, — Сара почти не слушала, мастерила уютное гнездышко для русалки.
— А она плавать умеет? А меня научит?
— Гала, во имя богини, не мешайся.
— Ну, — девочка обиженно натянула канат, удерживающий бревна.
— И думать забудь про плавание.
— Это еще почему?
— Мрак тебя утянет. Утопнешь, сама не заметишь. Мрак мужчинам покровительствует, темное время для них. Не для нас.
— Глупости.
— Гала, не испытывай меня…
Море русалка действительно преодолела на корабле. Вместе с торговым судном. Прямо в бочке. И в этой же посудине уродку сгрузили на повозку и сейчас привезли к поместью.
Гала до боли знакома была ситуация эта. Она помнила, как еще несколько месяцев назад сама въехала гостьей сюда. А сейчас уже мнила чуть ли не хозяйкой.
Доехал экипаж вплоть до пруда, через тропинки узкие и поросшие. И был конвой этот как представление. Ребятишки во главе с Галой шныряли рядом, пытались подпрыгнуть повыше, заглянуть.
— Ту, — остановила Сара лошадей. Обошла повозку, поднялась на ступеньке и застыла.
— Что? Что там?
— Матушки родные.
Ждать было невтерпеж, Галка залезла в повозку тоже.
Круглое широкое корыто с высокими бортами было заполнено водой. А над поверхностью ее возвышался юноша.
Увидеть парня не ожидал никто.
Галка вообще не предполагала, что уроды и мужчинами бывают. И как-то привыкли говорить: "уродка", "русалка", "тварь".
А тут мужчина.
Точнее его, хм… Торс.
Только Сара глядела на ту часть, что сокрыта была в воде.
— Это же… Что же у тебя хвост на самом стратегически важном месте-то?
Женщина сердобольно качала головой.
— А писаешь-то ты как?
— Сара!
— Ну, что “Сара”, ты сама на него погляди. Без слез не взглянешь. Что же вы все уродки со своими этими… Особенностями. Еще и глаза косые щелки. Ужас. Вот чего господин вас в дом тащит?
Сара не переставала охать и причитать, даже когда отвязывала посудину от повозки.
Галка же смятение дворецкой не понимала и не разделяла. В русалке девочка видела вполне себе милого парня. Шуганного только и необщительного. Но и хозяин был таким же.
Кроме того, был урод вполне себе привлекательный, с длинными чернющими волосами, плоским лицом, пухлыми губами и очень сильным телом. Не удивительно как может разрастись спина, если каждый день ты вынужден плавать в воде, махать руками, грести.
А хвост. Невероятной красоты штука. Блестящий, с тысячями мелких переливчатых чешуек и плоским размашистым плавником на конце. Не оторвать взгляда. А как парень начинает двигаться, так зрелище настолько завораживающе, что рты у всех сами собой раскрываются.