Безымяныш. Земля (СИ)
И сейчас один такой отряд лордов уже наготове. Вон, стоят на участке стены, что проходит над створками ворот, как и мы, ждут рассвета. Называются эти конкретные знатные рожи — Повелители крови. Если будет, куда выходить, они выйдут первыми.
— Прыгаем!
На мгновение опередив возглас Матвея, по глазам бьёт яркая вспышка. Две секунды — и возвращающееся зрение постепенно открывает детали представшей перед нами картины.
— Кто заказывал Великую степь?
Да уж… Слово «Великая» здесь подходит как нельзя лучше. Раскинувшемуся перед нами зелёному простору конца-края не видно. Впечатляющее зрелище. И совсем ведь не похоже на травяное море Предземья. Там трава высоченная, здесь — по крайней мере на ближней к нам части, которую могу разглядеть во всех подробностях — короткая, едва ли мне до колена дойдёт. Ну и цвет совершенно не тот. Может, ранней весной родина хортов имеет точно такой же ярко-зелёный окрас, но передо мной она предстала в своё время в жёлто-сером обличии.
Можно было бы предположить, что это первая свежая травка, которая вылезла и влажной земли после только что сошедшего снега, но тут уже настолько тепло, что вовсю пахнет летом. Причина свежести молодой травки в другом — та просто не успевает вырастать. Её лопают, едва она успевает всходить. Лопают прямо сейчас. Всего в сотне шагов от стены начинается стадо каких-то огромных мохнатых быков. Начинается… И не заканчивается.
Их тут тысячи… Десятки тысяч… А, может, и больше. Непрестанно колышущаяся коричневая река в ширину разлилась на версту, а длины же в ней… Нет, краёв слева, справа не видно. Неторопливо бредут мимо полиса, выщипывая на ходу свежую травку под корень. Вот это добычи… Просто бей-не хочу. Среди и так крупных быков, тут и там возвышаются ну просто огромные особи.
Вон, топает вдалеке живой холм, размером с двухэтажный дом. А правее верстой идёт зверь ещё больших размеров. Не иначе хозяин леса. То есть, степи. Хотя… Зачем, хозяевам, лишённым возможности плодиться, находиться при стаде? Просто эти мохнатые звери изначально немаленькие, вот и выглядит старый зверь настоящим чудовищем.
Правда, чудище — это не только размер. Ближе к нам, прямо за каналом, в страхе — ну а, может быть, удивление выступает причиной странного поведения хищников — крутятся на месте несколько десятков по-настоящему жутких существ. Здоровенные головы с вытянутыми вперёд зубастыми пастями удерживают толстенные шеи, переходящие в туловища необычной формы — широкие спереди и более узкие сзади. Твари — нечто среднее между волками и львами. Передние мощные лапы вдвое длиннее задних коротких. Похоже, лоскут при прыжке накрыл часть их стаи, и звери никак не поймут, что случилось.
— Гиенами лорды займутся. Наше дело — бизоны. Спускаемся. Сегодня оборонять стены без надобности.
Вслед за озвучившим нашу задачу Матвеем двигаем к лестнице. Другие отряды тоже начинают спускаться. Значит, бизоны. А хищники — это гиены. Понятно… Сегодня нам далеко идти не придётся. Добыча под носом. Как брать её только?
— Удачно скакнули.
— И не говори. Прямо к стаду.
— И стадо же прикроет от Зворов. На той стороне видел пару выходов. Но с нашей нет вроде.
По довольным лицам безымянных из местных понятно, что нам повезло. Внизу, у ворот, уже очередь. Первыми стоит отряд знатных. Сейчас лорды одеты попроще, и ярких красных цветов нет как нет. Чудные причёски распущены, крашеные волосы убраны под шлемы, обтянутые серой с тёмными пятнами тканью, чтобы металл не блестел. Штаны и рубахи того же окраса. В руках копья, на поясах топоры. Луки с колчанами отданы слугам. Пойдут лорды пешими. Осёдланные на всякий случай лошади отведены в сторону. Здесь они не нужны. А у нас их и нет. Кони — привилегия знати.
— Арбалеты, луки скидайте, — приказывает Матвей. — Сегодня они не понадобятся. Пустота отнесёт в оружейную.
И то верно. Настолько крупную дичь стрелой, и даже болтом в утор, не свалить. Тут, если только в глаз. Это оружие будет только помехой.
— Не потеряется? — с опаской спросил Рыжий Эф, скинув со спины арбалет и колчан.
— Нет, — успокоил Матвей. — А, если и да — это не твоя проблема. Деньгой не тебя накажут.
Всё! Подъёмные вороты перестали трещать, как и цепи звенеть. Мост опущен. Повелители крови тотчас же рванули вперёд быстрым шагом. Мы следующие.
— Обождём малость. Дадим господам разобраться с гиенами, — объясняет Матвей.
И добавляет, повернувшись к нам с Сёпой:
— Дар не тратим без повода. Только, если совсем уж прижмёт, или шибко старый зверь попадётся. Работаем копьями.
Мы с отрядом Ефима выходим на мост и останавливаемся друг рядом с другом. Я в первом ряду вместе с Лимом и Сёпой. Тут же Глист, Бровь и не уступающий Кожемяке в стати Медведушка. Старики-безымянные будут нас прикрывать. Матвей загодя объяснил, что оберегать одарённых в походах — главная задача отряда. Никакая добыча не стоит потери кого-то из нас. Мне такой подход нравится.
— На ловца и зверь бежит, — улыбается Глист, глядя на бросившихся к отряду знати гиен.
В стае только взрослые особи. Молодняк, видно, остался на замещённой лоскутом части степи. Прилично уступающие гиенам в размерах двуногие, ошибочно представляются хищникам лёгкой добычей. Шок от появления рядом стены и канала прошёл. Или охотничий азарт просто сильнее всех прочих чувств. Массивный гривастый вожак мчится первым. Ноги разной длины делают его бег необычным. Зверь трусит словно вразвалочку.
— Хорош, — завистливо вздыхает Глист. — На такого не жалко и чуть дара слить.
И он прав. Выступивший немного вперёд лорд вскидывает пустую руку. Та, вдруг, резко удлиняется, превращаясь в подобие пятисаженного копья, и пробивает грудь зверя. Хищник падает замертво, а рука одарённого уже прежней длины. Ничего так способность.
— Сейчас Теберан своё облако кинет, и тупо затыкают вялых.
Коренастый сутулый Бровь, получивший своё прозвище за густые чёрные брови, что срослись у волосатого дядьки в одну, знал, о чём говорил. Видать, за свои годы службы хорошо изучил все четыре отряда Великого Дома Эр-Драм. Не успели гиены вплотную приблизиться к растянувшимся в цепь охотникам, как один из лордов задействовал дар, и навстречу хищникам поползло мерцающее серое облако. В меру прозрачное, чтобы заметить, как влетающие в него звери тотчас замедляются.
— Мощная штука, — сообщает Сепану Глист. — Но пустить можно, только если по ветру идёшь. Иначе своих накроет — и кобзда празднику.
Попавшие в облако гиены выходят из него — уже не выбегают — какими-то сонными. Движения хищников вялые. Тут больше тратить дар незачем. Уж точно не уступающие нам в троеросте лорды берутся за копья. Точные резкие выпады разят неспособных сопротивляться гиен. Стая — всё. Дальше только вскрывать туши и шинковать сердца. Но этим уже займутся особые слуги знати, что пойдут по следам хозяев чуть позже.
— Выступаем! Наше направление — прямо! — командует Матвей.
И тут же ему вторит Ефим:
— Под копыта не лезть! Работаем осторожно! Если что, тикаем ко рву!
Сходим с моста и, растягиваясь на ходу цепью, направляемся к продолжающему как ни в чём не бывало неторопливо брести мимо полиса стаду бизонов. Слева Глист, за ним Лим, справа Бровь и Медведушка. Сёпу Матвей отодвинул чуть в сторону, чтобы, как он сказал: «Было от вас больше пользы». Сам же наш командир идёт в центре, а мы-предзы и местные расставлены через одного. Это загодя обговорено. Опыт с силой соседствуют. У Вступивших Ефима всё так же.
— Бегают они не особо проворно. Если на нас попрут, дергать в канал — и по верёвкам наверх. Вода их задержит. Отступят — слезать и по новой всё. Работы нам тут на весь день.
Глядя на бескрайнее стадо, скорее подумаешь, что не на день, а на всю седмицу, но, кто его знает, как поведут себя эти мохнатые, когда начнём тыкать им в бока копьями. Пока в поведении ближних зверей не заметно тревоги. Трава под копытами интересует их больше, чем приближающаяся сбоку мелкота с палками. Впрочем, сейчас им устроят проверку. Устремляю взгляд влево.