Нас больше нет (СИ)
— Зачем ты мне это говоришь?
— Мы с Даней сколько раз пытались свести Давида с кем-то из знакомых, но он даже не смотрел в их сторону. Сегодня я увидела вас вдвоем и поняла почему. А что с этим делать — решать тебе. Отнесешь тарелки, раз ты выбыла из строя из-за травмы? — Кивком указывает на мой палец с приклеенным пластырем, давая понять, что разговор по душам окончен.
— Конечно.
Глава 17. Лера
Я выхожу во двор, ищу взглядом стол и спотыкаюсь, когда вижу у мангала еще двух мужчин. Один из которых мне до безумия знаком.
— Привет, речная нимфа. — Даниил машет мне рукой, улыбаясь.
Я поворачиваю голову к Давиду, смотря на того с подозрением. Неужели то, что я сбежала от охраны, было лишь мнимой видимостью свободы?
Наверное, на моем лице отобразилось что-то такое, потому что Даниил поспешил оправдаться:
— Не пытайся убить его взглядом, я понятия не имел, что помогаю скрыться его объекту охраны.
Его это, кажется, искренне забавляет.
— Еще и советов надавал, как сделать так, чтобы тебя по телефону не отследили, — громко смеется он, в то время как Давид смотрит на него осуждающим взглядом. Но не злым.
— Да, спасибо за тот совет, благодаря ему я получила отсрочку и оказалась в руках Цербера не сразу, — натянуто улыбаюсь я, игнорируя Давида, но каждой клеточкой тела чувствуя на себе его пристальное внимание.
— Он, когда узнал, в чьей машине ты скрылась, отчитал меня по полной программе. Так что я, можно сказать, из-за тебя даже пострадал.
— Уже и выйти погулять невозможно. Везде найдется человек, который знает того, кого знаешь ты. — С досадой качаю головой и ставлю тарелки на стол.
— Не то слово. Давидка скрывал от нас свою жену, не спешил знакомить, но судьба все равно по-своему распорядилась — привела тебя ко мне прямо в руки.
И смотрит искоса насмешливым взглядом на брата. Словно проверяет, насколько хватит выдержки того.
Давид стиснул руки в кулаки. Видимо, слова Даниила ему пришлись не по душе.
— Никого я не скрывал. Просто повода не было, — говорит раздраженно, а в глазах его брата читается: «Ну-ну, так я и поверил». В моих, впрочем, тоже.
— Ага, конечно. Лер, ты не стесняйся, чувствуй себя как дома. Мы ведь какое-то время даже родственниками были, хоть и не догадывались об этом, — ржет он, но взгляд снова косит на Давида, и я понимаю, что его целью не меня смутить было, он над братом подшучивает, вгоняя его в неловкую ситуацию. Которую тот, кстати, устроил сам.
— Ну, лучше поздно, чем никогда, — говорю я, все еще стоя у стола и не зная, что делать дальше.
В компании родственников Давида я хотела оказаться меньше всего. И я до сих пор не понимаю, какого черта он меня сюда притащил.
— Я Сергей. — Второй мужчина отрывается от мангала, подходит ко мне, протягивая ладонь.
Он высокий, светлый и с серьезным выражением лица.
— Лера. — Пожимаю его теплую ладонь, внимательно рассматривая его. Тоже брат Давида?
— Надеюсь, вы теперь почаще будете с нами, Лера. А то все по парам, а Давид все один да один. Скучно ему с нами.
— Серый, отстань от девушки, — не выдерживает Давид. Напряжение между парнями почти осязаемо.
Ситуацию спасают Мила и блондинка, которая мне кажется безумно знакомой. Они, смеясь и болтая, выходят из дома с блюдами в руках.
— Неужели Давид наконец-то соизволил познакомить нас со своей избранницей?
А, нет, ничуть она не спасает ситуацию. Заставляет Давида злиться и, кажется, пожалеть, что вообще привез меня сюда, меня же отчего-то вся эта ситуация забавляет. Потому что почему-то не меня в неловкое положение ставит, а его.
— Я просто приехал собак покормить, потому что кое-кто собирался на море, — сквозь зубы цедит он, бросая в мою сторону извиняющиеся взгляды.
А я наконец-то понимаю, что Давид не соврал, он и в самом деле хотел поехать со мной к Касперу, а не притащить на семейный ужин с родными. Просто не ожидал, что все они окажутся в одном месте.
— Так завтра же улетаем. Ты даты перепутал, — щебечет блондинка, останавливаясь рядом со мной. — Меня Оля зовут. Я сестра Давида и жена Сережи.
— Приятно познакомиться, — выдавливаю из себя улыбку.
Чувствую себя обезьянкой в зоопарке на самом деле. Все меня рассматривают, переглядываются между собой, но неприязни с их стороны не наблюдается. Скорее любопытство и удивление.
— Итак, вы с Давидом снова вместе? — игриво спрашивает она.
— Оль, отстань от Леры. Лучше за детьми присмотри, они решили украсить собачью будку, — резко перебивает ее Давид.
— Черт, а я думала, ты за ними приглядишь, — сводит домиком брови она, но Давид усмехается, отрицательно качая головой. Мол, сама давай, дети-то твои.
— Мясо почти готово, — сообщает Даня.
Я делаю несколько шагов к Давиду. Останавливаюсь рядом с ним и говорю тихо, чтобы никто не услышал:
— Мне, наверное, лучше домой пойти.
— Будешь сидеть в четырех стенах, избегая встречи с отцом? Брось, раз уже так получилось, что все здесь оказались и ты с ними познакомилась, то оставайся. Это ни к чему тебя не принуждает, в том числе и к вежливому общению. Можешь отсыпать на их шуточки в ответ парочку колкостей. Ты это умеешь, я знаю, — смеется он. — Никто не обидится, они сами такие.
— Это неправильно как-то, — хмурюсь я, осматривая двор.
— А кто очерчивает границы правильности? В любом случае, если ты скажешь, что хочешь уйти, мы уйдем.
— Мы?
— Я все еще не передал дежурство. — Давид прячет руки в карманы, склоняет голову набок.
— Да брось, здесь всего-то один квартал пройтись. Я и сама доберусь.
— Не положено. Что с пальцем? — Он зацепился взглядом за мою руку, когда я поправляла волосы.
— Ничего страшного, порезалась, — отмахиваюсь от него.
— Дай посмотреть. — Он осторожно перехватывает мою ладонь, и я вздрагиваю от этого прикосновения.
— Не нужно, там царапина всего лишь. — Пытаюсь освободиться от его захвата, но его пальцы сжимаются вокруг моей кисти сильней, не позволяя это сделать. По телу вновь ползет предательская дрожь, я начинаю нервничать.
— И поэтому весь пластырь в крови? Пойдем в дом, нужно промыть и нормально заклеить его, иначе инфекцию какую-нибудь занесешь.
— Все нормально, Давид. — Эта его гиперопека раздражает. — Не переживай, папочка ничего не вычтет из твоей зарплаты из-за недосмотра за его дочуркой.
— Глупая. — Он резанул меня колючим взглядом. Мои слова ему не понравились. Он был прав, когда говорил, что в колкостях мне нет равных. — Пойдем. — Тянет меня за собой под насмешливые взгляды своих родственников, которые замечаю только я. Потому что Давид в этот момент слишком сосредоточен на том, чтобы быстрее довести меня до аптечки, словно я истекаю кровью от смертельной раны.
Давид привел меня в кухню. Я прислонилась бедрами к столешнице, наблюдая за мужчиной. Внешне он казался спокоен, но по плотно сжатым челюстям можно легко заметить его напряжение.
Он хорошо ориентируется в доме. Из этого я делаю вывод, что бывает в гостях у брата часто. Давид безошибочно тянется к полке, где находится аптечка, мой же взгляд падает на полоску оголенной спины, где из-за пояса торчит пистолет.
На мгновенье мне становится не по себе. Это пугает. Напоминает о том, что передо мной не безобидный мужчина, а жесткий, опасный и готовый… защитить меня в любой момент.
Я заставляю себя успокоиться. Он ведь работает в охране, оружие — это нормально при его деятельности. Правда, мне вдруг очень захотелось, чтобы ему ни разу не пришлось пользоваться им.
— Давай палец сюда. — Давид подходит к раковине, поворачивается ко мне. В руках у него баночка с перекисью.
Я кривлюсь. И так палец ноет от боли, пульсирует, а сейчас все заново.
Давид осторожно отклеивает пластырь. Капелька крови в мгновенье начинает скатываться вниз, к ладони.