У Королевы любовник? (СИ)

— Ай, да всё там просто оказалось, — скривилась я, вспоминая. — Господин Штольц записывал изображения с клиентками из примерочной. Я пошла к нему заказать платье, но взяла с собой браслетик леди Альты, который настроен на выявление наблюдения или записи с помощью артефактов. Ещё и направление указывает. Мне даже корсет расстегнуть не успели, как махинации Штольца вскрылись. Ох, и крику же было! Голосовых связок я за такое дело не пожалела. Подумала сначала, что модельер занимался шантажом своих клиенток, однако нет, он использовал записи только для себя. Ради самоудовлетворения. Пересматривал постоянно.
— Бесстыдник! — возмутился Эстер. — Надо было его казнить за подобное.
— Да ладно, — отмахнулась я, — если бы шантажировал или продавал кому-то записи, то да, пошёл бы на плаху, а так… позора ему хватит, репутацию потерял навсегда. Записи я изъяла и уничтожила.
— Не слишком ли мягкое наказание? — виконт вскинул бровь.
— У всех свои фетиши. Одержимость женским телом вполне объяснима. Что меня больше выбило из колеи, так это его помощницы. Девушки знали, что происходит, и работали на него. Они поворачивали клиенток под нужными ракурсами, иногда раздевали излишне, что не было необходимо при примерке или снятии мерок… А где же женская солидарность? Неужели не подумали,как неприятно оказаться жертвой в этой ситуации? Вот что делать с ними, я пока не решила. Сидят в темнице, дожидаются приговора.
— Спроси жертв этого модельера, — посоветовал Эстер.
— И спрашивать не надо, сама знаю ответ — казнить! Аристократки скоры на расправу, а жизни слуг часто за жизни вообще не считают. Но это всё — мои подданные. Что я за Королева, если позволю решать их судьбу обиженным женщинам? Тут нужен трезвый взгляд.
Кажется, придумала. Дам задание разобраться с этим своим камеристкам… Да, точно, хорошая идея!
— Ладно, — я скинула “жучки” в полку стола и сверху набросала всякого барахла для маскировки, — зеркальца для платья ты принёс?
— Нет, лучше поступить иначе. Закажи платье с посеребренными зеркалами, а магию я наложу на них уже после. Лучше не рисковать. Если модельер одарён, может заметить.
— Он под клятвой верности, — успокоила я, — но пусть — меньше будет задавать вопросов и спокойней работать. Так лучше. Однако… ты сумеешь зачаровать зеркала? В тебе же магия совсем недавно проявилась.
— Зато у меня есть поставщик лучших артефактов на все случаи жизни, — заулыбался виконт. Окей, если у него всё схвачено, то кто я такая, чтобы оспаривать этот план?
На том мы и завершили подготовку к перевороту. Я обязалась дать знать, когда расставлю в комнате Жермиена следилки, а Эстер уверил, что к утру от вьюнка не останется и следа.
— Один последний момент, — заметил виконт, — твой клинок. Я обещал научить тебя с ним обращаться.
— Да, мне хотя бы базовые приёмы. Надо подумать, как организовать занятия. И где? В моих покоях места ведь мало, да? Впрочем, тут весьма просторно… Так было бы безопасней всего. Хотя рано или поздно кто-то заметит, как ты ползёшь ко мне на балкон. Чем чаще это будет происходить, чем выше вероятность попасться однажды.
— Опасность есть, но заметно опасней будет встречаться в каком-то другом месте, которые сложно контролировать. Обоим нам придётся выходить и прокладывать путь туда, оставаясь не замеченными. К тому же время придётся подбирать такое, чтобы никто не стал искать…
— Тоже верно, — согласилась я, подумав. Сложно представить, где бы нам ещё уединиться, если только в заброшенной части сада, но о какой безопасности там может идти речь вообще? — Тогда попробуем вечерами здесь? Можно не каждый день.
— Думаю, ты быстро овладеешь базой, за пару занятий буквально. Дальше сможешь сама оттачивать движения некоторое время, а затем я проверю. Частить со встречами не будем.
— Тогда, — я опустила глаза, — до завтра, получается? В то же время.
— Договорились. Если что-то изменится, дай знать по зеркалу.
Виконт сгрёб сумку из-под артефактов и решительным шагом направился на балкон. На полпути остановился, вернулся, поцеловал мне руку, глядя прямо в глаза, отчего моё сердце зашлось галопом, и ещё более решительно покинул покои. Шепнув напоследок:
 
— Спокойной ночи, Сиенна.
И вот тут я задумалась, даже не ответила ничего, так меня шибанула по голове эта невинная фраза. Сердечко рухнуло в пятки. Кажется, мне есть о чём поразмышлять… Я выключила свет, сняла халатик, улеглась в постель… А дальше нет, чтобы мысленно смаковать потрясающий поцелуй и уснуть с улыбкой на устах, решила вместо этого прокомпостировать сама себе мозг. Идиотка!
Да, поцелуй был просто нереальный! Волшебный, я бы сказала, но без магии, что радует. И ощущалось, что Дориан хотел меня, сильно, страстно, всей душой и телом. Но всё же… кого он целовал на самом деле? Меня или… Сиенну? Эстер ведь на неё запал первоначально, именно на неё, а я так… заменила. Выходит…
Да нет! Комплименты же, которые он говорил, основывались на моём поведении, разве я не права? Не припомню, чтобы он хоть раз хвалил меня за то, что было до попаданства. Скорее при сравнении до/после выигрывал второй вариант, то есть я, а не Сиенна. Ещё когда мы выбрались из реки, Дориан сказал, что слухи о моей доверчивости врут. И прозвучало как комплимент, кстати. Первый.
В дальнейшем виконт постоянно в приятном смысле поражался моему поведению и суждениям. Так можно ли считать, что ему нравлюсь именно я? Или всё из-за смешения моего поведения и образа милахи Сиенны?
И почему мне так важно это выяснить?..
А понравилась бы я ему в родном теле? Сколько в его чувствах заслуги Сиенны и этого тела? Зачем я вообще себя о таком спрашиваю?..
 Глава 16 
 
На следующий день у меня до самого вечера не было времени даже продохнуть. Пошли-поехали настоящие обязанности Королевы! Точнее единственная, зато супер важная — устроить бал-маскарад. Оказалось резко вдруг, что никто, ни один слуга, ни одна служанка в замке не способны самостоятельно принять решение касательно маскарада. Обычные балы проходили вообще без моего участия, а тут почему-то каждую мелочь я должна не просто одобрить, выбрав, например, из предложенных вариантов, но ещё и придумать, где взять эти, мать их за ногу, варианты. Я была так обескуражена, что начала реально выходить из себя почти сразу же, буквально метая глазами молнии и пугая всех, на кого взгляну! Камеристкам пришлось меня успокаивать и объяснять сакральный смысл творящегося дурдома. А то я реально была на грани становления Красной Королевой с её знаменитой фразой “Голову с плеч!”
Скажу сразу, то, что в моём понимании подразумевается под понятием “сакральный”, в плане бала так и не появилось. Нет никакой реальной сакральности! А вот знаменитая на любом месте работы фраза “исторически сложилось” подойдёт в данном случае как нельзя лучше. Всё сводилось к ней. “Традиции”, “так принято/заведено”, “привычно/привыкли” и тому подобное. Ладно, может я чуток утрирую… Но для меня вся суматоха вокруг маскарада выглядела именно так!
Теперь попытаюсь пояснить адекватней, ибо я уже более-менее успокоилась. В целом сей бал как бы считается способом Королевы показать… эм, ну, свою “глубину”. Сложно сказать, глубину чего… однако бжеж, что есть — то есть. Задавая камеристкам вопросы, я предположила следующие варианты. Глубину воображения (раз всё сама должна придумать), глубину организаторских способностей (ибо ещё и реализовать задумки потом), глубину нервной стабильности (потому как пережить подобный дурдом осилит далеко не каждая дама) — до конца мне не ведомо, но, наверное, всё сразу. Эдакое испытание огнём для Королевы, которое проводится раз в год.
Честно, страшно представить, каким был бы маскарад, задержись на этом свете первоначальная затюканная со всех сторон Сиенна. Полагаю, если бы она не покончила с собой раньше, то маскарад бы точно довёл её до ручки, без сомнения. Если уж даже меня почти довёл… до смертоубийства, причём, массового. Спасибо камеристкам и фрейлинам, без них я бы устроила во Дворце настоящую резню. А ведь ещё надо было проследить, что мой коварный план с особой тканью шёл, как задумано! Божечки-кошечки, как же сложно!