Путевые заметки вольного мага (СИ)

Логику жителей Валунов можно было понять. Они привыкли к естественному спокойному ходу вещей, к ставшей привычной и понятной обыденности местного быта, и все, что выбивалось из этой картины, пусть даже и не приносило им пока беды, но заставляло нервничать, бояться непонятно чего и буквально вырывало из налаженной тихой жизни в пограничной глуши.
Что же…
Я перебирала в голове всех живых и неживых существ, которые могли воздействовать на окружающую действительность таким образом. По сути, что происходит в Больших Валунах? Некая обладающая силой и долей странного юмора сущность взяла на себя обязанности местного исполнителя желаний. Ведь та же селянка с курицами очень переживала о том, что они плохо неслись, а мужик с собакой все ругал своего пса за пустой лай и отсутствие какой-либо помощи. Туда же можно отнести и сны, и сидр в колодце, и клад, и летающую корову. Потому что кто-то из запозднившихся из гостей в ночь перед обнаружением Фрошки на мельнице селян признался, что видел парящую по воздуху рогатую, но списал это на свое не совсем трезвое состояние. История с исчезнувшим вдовцом и его супругой говорит о том, что силы существа растут. Эта сила не может браться из воздуха, если предположить, что «ОНО» — именно то, о чем я думаю.
Можно сделать вывод, что берет «оно» эту силу из довольно мощного источника, коим, скорее всего, является мальчик, который щедро делится с местным неизвестным благодетелем тем, чего у него в избытке и не считает это чем-то неправильным.
К тому же плату за свои «чудеса» исполнитель желаний из Больших Валунов не берет, зла никому не причиняет, возможно даже полагая, что таким образом помогает селянам так, как мальчик помогает своей семье.
И мальчик… Я не стала вламываться в головы членом семьи Карин, так как кодекс запрещал читать неодаренных имперцев без согласования с Орденом или без угрозы жизни и здоровью мага, но по оговоркам и некоторым наблюдением поняла, что староста и его семья перебрались в Валуны из Лейры, небольшого городка на границы Центральных и Восточных земель. В этот город после получения диплома я заезжала месяц назад повидаться с Ролином, моим сокурсником по Софирскому магическому университету, который, в отличие от меня, не примкнул к Ордену, а выбрал стезю оседлого городского мага и отправился в Лейру помощником местного старшего мастера. Так… Вот он-то и узнает для меня кое-что о семье Карин в уплату одного старого долга, так сказать.
Я достала из кармана самописец и медальон почтового переноса, накидала Ролину небольшую записку с просьбой, скомкала ее в руке вместе с медальоном и представила в голове образ приятеля. Ладонь потеплела, украшение обожгло крошечной молнией. Мгновение, и от клочка бумаги в руке не осталось и следа. Одно дело сделано, теперь снова нужно подумать.
На самом деле существ, способных исполнять желания в мире Антей было в избытке. Правда, почти всегда такие субъекты требовали от пожелавших выполнения ответных условий, и почти всегда это не сулило последним ничего хорошего. В магической школе на курсе «Введение в мир магических существ» мы изучали и джинов, распространенных в пустынях Дракского Ханства, и лепреконов, живущих на территории гномьего Подгорья на Восточном материке, и крылатых единорогов, обитающих в Тариэле, соседствующем с Софирской Империей королевстве солнечных эльфов, и русалки, обитающие близ Южного архипелага, территории морских троллей.
Условия сотрудничества с этими магическими сущностями были разные, но я сразу отмела любой из вариантов, потому что просто не могла представить, как одно из этих существ могло появиться здесь, да еще и умудриться никак себя не обнаружить. Оставались демоны, которых какой-нибудь начинающий некромаг мол нечаянно выдернуть из Аэллы, подземного княжества темных. Эти ребята действительно при соблюдении определенных усилий со стороны вызывающего способны исполнить желание, но чаще всего взамен требовали такую плату, что недальновидный маг мог после этого пожертвовать слишком многим.
 
Оставался один вариант. Тот, к которому сейчас склонялась я. Если все так, то если все пройдет успешно, я могу не только избавить Большие Валуны от чересчур активного шкодливого соседа, но и попытаться извлечь из этого дополнительную выгоду для себя. Если… существо согласится со мной сотрудничать, а еще покинуть облюбованное им место с мощным источником магии.
* * *
Я так ушла в свои мысли, бездумно закручивая несколько маленьких камешков в крошечном вихре на ладони, что не заметила, что больше не нахожусь на облюбованной полянке в одиночестве.
Подняла голову и увидела, как Тенька Карин, мой «источник информации», зачарованно следит за небольшим магическим фокусом, и его глаза сияют просто непередаваемым восторгом.
Кивнула, подзывая мальчика поближе к себе. Тот осторожно приблизился, словно боясь спугнуть только что увиденное «чудо», и, не отводя глаз от моей руки, медленно приземлился на пенек в нескольких шагах от меня.
— Нравится? — улыбнулась я.
— Очень — восторженно проговорил ребенок — а учиться магии сложно?
— Такому — я кивнула на ладонь — нет.
— Хотел бы я быть магом. Жаль, что дара у меня нет.
— Все возможно — задумчиво проговорила я, рассматривая паренька — ты еще не дорос до предела, когда дар может открыться. Сколько тебе, весен десять?
— Одиннадцать — в глазах мальчика вспыхнула надежда.
— До тринадцати время еще есть — кивнула я. Я уже была почти уверена, что передо мной точно одаренный ребенок. Чувствовала это, видела по крошечным сполохам на его энергетическом контуре.
— А если… — Тенька задумался — если дар есть, что делать дальше?
— Пройти обучение хотя бы в магической школе, чтобы развить его — пояснила я.
Одаренных в Империи было не очень много, и наличие дара не зависело ни от статуса рода, ни от наследственности, ни от чего бы то ни было еще. Дар мог проснуться в любом ребенке, а дальше родители, опекуны или другие взрослые совместно с одаренным решали, развивать ли этот дар или нет. Чаще всего выбирали первый вариант, так как быть магов в Империи было почетно. Это открывало для человека из «низов» множество дверей и давало возможность в будущем неплохо зарабатывать.
Проснувшийся дар нельзя было спутать с чем-то еще, даже в самых глухих уголках Империи жители знали: если у ребенка в глазах появляются искры — он потенциальный маг. Причем, несмотря на необразованность жителей далеких деревень, Империя старалась сделать так, чтобы о том, как выявить «свежего» одаренного среди простого люда знал каждый селянин. Эту функцию по просвещению населения брали на себя в том числе храмовники, так как считалось, что магия — дар Благочестивого, а как я уже упоминала, имперцы были очень набожными и прислушивались к тому, о чем вещали служители местного божества на своих проповедях.
О каждом проявленном одаренном необходимо было сообщать старшим мастерам, закрепленным за каждым крупным городом. Эта функция обычно ложилась на местных старост.
Магическое образование в нашей стране было добровольным и бесплатным, только учись. Если у людей не было денег на то, чтобы отправить своего ребенка учиться магии, государство делало это за них.
Обучение нужно было начинать сразу после обнаружения дара, потому что через пару весен после этого расширить источник было уже нельзя, он замирал, позволяя одаренному проворачивать лишь крошечные магические фокусы и не более того, а искры в глазах исчезали без следа.
Склонности к магии не делали человека магом по умолчанию. Источник проявленного одаренного поначалу был похож на крошечный огонек, загоревшейся в сердце, которую затем нужно было вырастить и оформить в сияющий шар размером с ладонь. Разумеется, увидеть источник и его рост мог только обученный маг, переключившийся на "маг-взор'.
Первые несколько лет ребенок просто расширял свой огонек и учился управлять своим даром в целом, а затем уже выбирал направление, в зависимости от способностей.