Моя последняя любовь (СИ)

Засыпаю я быстро, практически в тот момент, когда голова касается подушки. Мне снится Оля и то, как мы с ней играем в догонялки. Как она счастливо хохочет. И она здорова. Даже волосики гуще и здоровее стали.
И я готова отдать всё за то, чтобы это стало реальностью. Чтобы мы вернулись домой. Бегали, прыгали, играли. Чтобы у неё были силы делать мне разные причёски, красить меня и хохотать, когда намеренно выходит за контур.
Утром меня будит телефонный звонок, который я спросонья принимаю, даже не глядя на имя звонящего.
— Алло, — отвечаю с закрытыми глазами.
— Люба! Люба! — кричит мама в трубку.
— Мам? — приоткрываю немного глаза. — Что-то случилось? Ты не дома?
— Я у Оли, Люба! — восклицает она, и голос её не похож на обычный. Он громкий, перевозбуждённый, взволнованный.
— Что-то с ней? — задаю вопрос, и сердце останавливается от одной только мысли, что мы опоздали.
— Да! — заставляет меня резко распахнуть глаза. — Её начали готовить к курсу уколов. Полноценному. Ночью какой-то мужчина оплатил все уколы! И доктора начали полномасштабную схему лечения, — говорит громко, уверенно, и когда слова доходят до меня, по моей щеке скатывается слеза. Целый курс уколов. — И мне даже намекнули, что тот мужчина готов и операцию проспонсировать.
— Чего?! Операцию?
— Люба, Оля вылечится скоро! — чуть ли не кричит в трубку. — Я побегу! Там нашу в новую палату забирают. В специальную, куда мне нельзя будет заходить. Только через стекло общение.
Он.
Это сделал он.
Серов.
Если нравится книга -- поставьте лайк! Сделайте автору приятно!
  
Глава 11
 
Я бы со всех ног неслась в дом Серова, адрес которого ещё с того дня запомнила наизусть, но у меня дурацкая смена в ресторане через несколько часов должна начаться. И пусть мне дали дополнительное время в начале дня, это не значит, что я могу опаздывать. А я точно опоздаю с этими дорогами. Коммунальные службы не справляются, а снег всё метёт и метёт. Шанса успеть туда и обратно нет.
Поэтому решаю отложить разговор с Ярославом до вечера. К тому же он и трубку не берёт, а женщина из динамика настойчиво твердит, что номер находится вне зоны действия сети или абонент недоступен, и предлагает перезвонить позже.
Прихожу на работу вовремя, быстро переодеваюсь, и второй день подряд вместо кофе иду прямиком в кабинет босса.
Спасибо ему за то, что он последние несколько недель безвылазно в нашем ресторане сидит.
И мне не придётся его долго искать и никуда ездить. Обычно Сабуров из одного ресторана в другой ездит, проверяя и давая нагоняй, если требуется.
Но у нас заболел управляющий, и Павел Денисович его подменяет.
Вообще, он любого подменить может.
Помню, у нас девчонка как-то ногу подвернула. Так босс сам взял её столики, потому как в тот вечер нагрузка была такой большой, что мы даже со своими с трудом справлялись и дополнительные взять не могли. И на кухне поварам помогает изредка.
Не знаю, правда это или нет, но рассказывали как-то, что он даже за секьюрити был. Смотрел за порядком, после того как из-за одной драки прошлому охраннику нос сломали, а второму осколок в руку попал. А во время своей временной службы охранником Павел Денисович девушку спас. Но выдумка или нет, знают лишь те, кто работает в том ресторане на выезде из города.
Подойдя к кабинету Павла Денисовича, долго стою на пороге, разговаривая с закрытой дверью, думая, что начальник внутри. Но в итоге понимаю, что шефа внутри просто нет. Стоило просто сразу дверь открыть, а не мяться рядом.
Взглянув на часы, спешу на свой рабочий пост.
— Лен, есть кто? — спрашиваю сразу администратора и прохожусь взглядом по залу, тотчас заметив двух интересующих меня персон. — Лен, я быстро! Минута! — и срываюсь к Сабурову и Серову, которые сидят за столиком.
— Ярослав, — восклицаю громко и радостно, привлекая внимание и гостя, и своего начальника.
Хочу сказать мужчине спасибо. Пообещать, что всё ему верну обязательно.
— Не хочу, чтобы ты меня сегодня обслуживала, — заявляет он мне и опускает взгляд обратно на меню.
 
— Нет, я… — хочу оправдаться и сказать, что я совсем по иному поводу подошла, но меня вновь понимают не так.
— Любовь, иди работай, — отсылает меня Сабуров. — Это столик Снежаны. Мы у неё сделаем заказ. За твоими уже гости сидят. Не заставляй их ждать.
— Но… — открываю рот и закрываю его.
Несколько секунд молча и недовольно смотрю на мужчин, которые играют со мной. В один день садятся за мой столик и заканчивают тем, что звонят и помогают. А на следующий день словно и не знают меня.
— Спасибо, — всё же кидаю Серову и, развернувшись, ухожу прочь.
С трудом сдерживая желание расплакаться из-за поведения того, перед которым хотела чуть ли не на колени упасть за его поступок.
Расстроившись из-за случившегося, иду к администратору и со всем рвением берусь за работу. Стараясь отдавать себя процессу полностью, чтобы напрочь забыть о мужчине, что смеет играть мной, моими чувствами и мыслями.
Даже элементарное сказать не дал. Меня просто разрывает от обиды и непонимания.
Разве сложно было просто выслушать?
Но волей-неволей мой взгляд то и дело останавливается на мужчинах и Снежане, что обслуживает их.
— Обо мне говорят? — останавливаю подругу за руку.
— Нет, — мотает она головой, вбивая в заказ ещё две чашки кофе. — Обсуждают дела и инвестиции. У них даже на планшетах какие-то графики. И произносят очень много умных слов. Точно не о тебе.
— Ладно, — отпускаю её и вновь пытаюсь взяться за работу. Но моя спина то и дело горит, говоря о том, что за мной наблюдают.
Но взгляд Серова или хотя бы босса мне поймать не удаётся. Они делают вид, что меня не существует!
Но как можно делать вид, что человека нет, когда ночью ты отдал за лечение его сестры несколько миллионов? Разве так бывает? Кто так делает?
Почему я весь день думаю о нём?
Почему я должна так себя мучить?
— Люб, — Снежа подходит ко мне с кассовой папкой. — Они уходят.
— Да? — оглядываюсь и вижу, как Павел Денисович и Ярослав идут на выход.
— Чаевых мне, конечно, меньше, чем тебе вчера, дали, но меня попросили тебе кое-что передать, — и протягивает мне листочек небольшой, сложенный в несколько раз.
— Что это? — разворачиваю и вижу адрес.
“Улица Добра, микрорайон Щедрости, дом пять.
Жду тебя в семь. Принеси свои любимые цветы.”
Поднимаю взгляд на подругу и застываю в немом вопросе. То есть он всё же потребует плату за своё пожертвование?
— Не надо идти! — взволнованно произносит Снежа. — А вдруг это ловушка?
— Он лечение Оли оплатил!
— Ого! — округляет глаза. — Ужас! Но я бы всё равно не пошла! А вдруг он тебя заставит эти деньги отрабатывать?
— Люба, — рука Павла Денисовича касается моего локтя, и я испуганно вздрагиваю. — Отправляйся домой. Ты на сегодня свободна.
— Это из-за него? — спрашиваю его, указав головой на выход.
— Нет, Люба. Это исключительно из-за тебя, — дарит мне улыбку и, подмигнув, уходит в свой кабинет.
  
Глава 12
 
Понимая, для чего именно меня пригласили в дом Серова, долго дома реву и пытаюсь смириться с тем, на что мне придётся пойти. Пытаюсь себя успокоить тем, что я уже давно не маленькая девочка, и половые отношения в современном мире — это нормально.
Нормально, но не когда ты продаёшься.
И всё же я готова пойти на это, потому что этот мужчина оплатил операцию Оли, и моей сестре совсем скоро станет хорошо. Она не будет плакать от боли, и на её лице появится улыбка.
Говорят, что матери сделают всё за улыбку своего ребёнка. На сёстрах это тоже работает.
Надеваю красивый комплект нижнего белья, выбираю свободные приличные брюки и блузку поверх. Делаю себе макияж и даже волосы лёгкими волнами укладываю. Покупаю в цветочном магазине рядом с домом ромашки и сажусь в заказанное такси.