Знак Звезд (ЛП)

- Одиннадцать? Я думала, что дары проявляются примерно во время первого изменения.
Вон уставился на воду.
- Обычно так и происходит. Дар также может проявляться, если перевертыш находится под сильным давлением.
Мое сердце сжалось.
- Что случилось?
- Было нападение. Мы до сих пор не знаем, кто за него в ответе. Кто бы это ни был, он нанял бродячих волков. У нас есть аварийные убежища и тайники для такого рода вещей, но когда сработала сигнализация, я играл в лесу. Прежде чем я успел добраться до одного, они поймали меня.
Я впилась пальцами в камень подо мной, когда наблюдала, как тени танцуют в глазах Вона.
- Ты не обязан мне говорить.
- Нет. Ты должна знать. Они хотели знать, где находятся пара и сын альфы. Мейсон и многие из наших лучших волков были в отъезде на конференции совета. Негодяи знали, что мы уязвимы.
- Ты им не сказал. - Может быть, я и не была знакома с Воном долго, но я знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он не раскрыл бы местонахождение убежищ, если бы мог этого избежать.
Он печально чуть приулыбнулся.
- Это их не слишком обрадовало.
- Что они сделали?
Любой намек на юмор исчез с лица Вона.
- Они пытали меня. Я не знаю, как долго это продолжалось. Когда я сломался, была уже ночь. Все было не так, как они ожидали. Я чувствовал, как энергия потрескивает по коже, и когда один из волков ударил меня, он рухнул на землю. - Вон перевел взгляд на меня. - Я убил всех четверых. Но все равно потребовалась вся ночь, прежде чем кто-то наконец нашел меня. Когда они пришли, то не могли отпустить меня без того, чтобы я не шокировал их и почти не поставил на колени. Как бы я ни старался, я не мог это выключить.
Слеза выскользнула и скатилась по моей щеке. Все, что я могла видеть, - это маленького мальчика Вона. Он потерял родителей во время нападения, подвергся жестокому обращению, и никто не мог прикоснуться к нему. Я двигалась, не задумываясь, забираясь к нему на колени и обвиваясь вокруг него. Я обняла его, будто это могло стереть все, через что он прошел.
- Мне так жаль.
- Я, вероятно, никогда не смогу это контролировать.
- Мне все равно. - Вспышка боли пронзила мой организм.
- Ты уверена в этом?
Я только крепче прижалась к Вону.
- Перестань пытаться напугать меня.
Он положил подбородок мне на плечо.
- Я не хочу этого. Не хочу быть связанным с другим человеком, которого я могу подвести. Не хочу рисковать, что могу причинить тебе боль или еще что похуже.
Я провела пальцами вверх и вниз по его позвоночнику.
- Я была напугана сегодня.
- Этот кусок дерьма никогда не должен был приближаться к тебе.
- Не тогда. - Первоначальную реакцию вызвал страх. Но эта вспышка никак не повлияла на то, что я почувствовала потом. - Когда я причинила ему боль. Это привело меня в ужас.
Вон прижал меня крепче.
- Я знаю тебя. Ты бы никогда не причинила боль тому, кто этого не заслуживал.
- Я просто говорю, что немного знаю, каково это - бояться.
Он напрягся, руки, обнимавшие меня, стали жесткими.
- Это не то.
Я подняла голову, чтобы посмотреть ему в глаза.
- Разве нет?
Он снял меня с себя и посадил обратно на валун.
- Ты даже не представляешь. Ты только начинаешь узнавать об этом мире. Ты не представляешь, как сильно я могу подвергнуть тебя риску.
Я соскользнула с камня и направилась к нему.
- Тогда объясни мне.
- Ты заставила парня упасть на задницу. Я погрузил брата в кому на неделю.
Я застыла.
- Что?
Вон заскрежетал челюстями.
- Мы подрались. Это было так глупо. Спорили о том, кто какую работу по дому выполнял на той неделе. Кин сказал что-то такое, что заставило меня разозлиться. Я толкнул его. Это было все, что требовалось. Он упал, как подкошенный.
Вон сжал руки в кулаки, костяшки побелели.
- Я думал, что убил его. Я стоял там несколько секунд, думая, что мой брат мертв, и что я сделал это. Потом я увидел, как поднимается и опускается его грудная клетка.
- Вон... - Я протянула к нему руку, желая хоть как-то утешить.
 
Он отодвинулся от меня.
- Я сидел у его кровати семь дней, пока он не проснулся.
Внезапно реакция Вона на мой собственный семидневный сон обрела немного больше смысла. Он не был причиной моего состояния, но я дошла до этого, пытаясь спасти его.
- Это был несчастный случай.
- Просто потому, что что-то произошло случайно, не значит, что последствия стали меньше. - Он покачал головой. - Мне жаль, Роуэн. Я не буду рисковать.
И в мгновение ока Вон ушел. Исчез и забрал надежду на то, что мы с ним все уладим.
 -13- 
Вон, должно быть, предупредил остальных парней о своем исчезновении, потому что я пробыла одна не больше пары минут. Я смотрела на воду, когда позади меня послышались шаги. Я могла чувствовать парней - пульсирующие точки на невидимой карте. Я также чувствовала Вона, удаляющегося все дальше и дальше.
От этого знания у меня защемило в груди. Каждый раз, когда я думала, что у нас произошел прорыв, земля под нами рушилась.
- Ро? - Голос Энсона звучал неуверенно.
Я на мгновение позволила глазам закрыться. Мне хотелось наброситься на них, оттолкнуть их всех прочь. Но это говорили мои обида и страх. Я не могла винить остальных парней за действия Вона. Я даже не могла винить Вона. Он прошел через ад.
Я сглотнула, борясь с жжением в горле.
- Что произойдет, если Вон никогда не захочет быть частью этой связи?
Холден подошел и встал рядом со мной.
- Он уже является частью связи. Единственный способ сломать ее - если один из вас умрет.
У меня сжалось сердце. Я не хотела держать Вона в заложниках, не тогда, когда пребывание со мной причиняло ему столько боли. Как бы сильно это ни ранило меня, если бы я позволила ему уйти, я бы это сделала.
- И нет никакого способа это исправить?
Лукас встал рядом с Холденом.
- Я никогда раньше не слышал, чтобы такое случалось.
Кин пристроился с другой стороны от меня.
- Он этого не хочет, Ро. Я знаю, что он это сказал, но...
- Я причиняю ему боль. - Я повернулась к Кину, изо всех сил стараясь сдержать слезы. 0 Он через столько прошел, а я только причиняю ему еще больше боли.
Кин побледнел.
- Не думаю, что это так.
- Ты его только что не видел. Быть связанным со мной, бороться, чтобы держаться подальше, постоянно беспокоиться о том, чтобы причинить боль мне... это мучает его.
Кин провел рукой по волосам и посмотрел на озеро.
- Он уже много лет никому по-настоящему не причинял вреда.
- Но это бремя остается с ним.
- Знаю, - прошептал Кин. В его голосе звучало так много вины. Его собственной, с которой он боролся. - В тот день я подстрекал его. Я вел себя как придурок. Я знал, что он все еще борется за самообладание, но мне было все равно.
Я придвинулась ближе к нему, положив руку ему на плечо.
- Ты был ребенком.
Он посмотрел мне в глаза.
- Я был достаточно взрослым, чтобы понимать это лучше. - Мускул в его челюсти дернулся. - Ты знаешь, что после этого он почти год не прикасался ни ко мне, ни к кому-либо другому? Год отсутствия контактов с людьми. Потерянный в своем одиночестве.
Я чувствовала себя такой одинокой после смерти Лейси и почти исчезновения моих родителей. Были месяцы, когда меня никто не обнимал, но я все равно время от времени контактировала. Похлопывание по моему плечу. Пожатие моей руки. У Вона ничего этого не было. Стеснение в груди только усилилось.
- Я не знаю, как ему помочь. Будет лучше, если я просто отойду в сторону?
- Нет, - заговорил Энсон, и его зеленые глаза превратились в изумруды. - Он так привык к тому, что все спускают ему с рук исчезновения, думаю, пришло время поднажать.
Кин резко повернулся к Энсону.
- Ты понятия не имеешь, через что прошел Вон. Потеря наших родителей. Почти смерть. Такое раннее проявление. Это нечто большее, чем шрамы на теле. Это шрамы на его гребаной душе.