Кто, если не Я? (СИ)

Он щёлкнул пальцами, и в комнату вошли двое здоровенных мужчин в таких же черных масках. Они взяли со стола какие-то инструменты и направились ко мне. Инстинктивно я закричал и забился на стуле, но мои попытки сопротивления оказались тщетными. Мне в рот вставили кляп, и я почувствовал острую боль в ноге. Затем наступила тьма.
Очнувшись, я обнаружил себя висящим на стене и все ещё привязанным к стулу. Моё тело ныло от боли, а из ноги сочилась кровь. Рядом со мной стоял человек в маске, который безмолвно наблюдал за мной. Я понял, что попал в руки опытных и безжалостных врагов. И теперь мне придётся сделать выбор: выдать информацию, которую они требовали, или столкнуться с невообразимыми пытками.
— Пусть повисит ещё немного. Позже присоединюсь, — заверил главный, как мне казалось, человек в маске, оставив в моей компании двух амбалов. — Постарайтесь его не убить. Скоро должен приехать шеф!
— Слушаюсь! — в унисон ответили здоровяки и взглядами проводили мужика до двери.
Моё тело медленно свалилось на пол. Один из них подставил под меня стул, чтобы я точно не распластался, так как ноги и руки онемели. Второй подошёл и достал из кармана флягу. Вытащил кляп изо рта. Приставил к моему рту и запрокинул. Я жадно начал глотать живительную воду.
— Что же нам делать с этим пленным человеком? У нас на руках ответственность за его жизнь. Но мы должны принять мудрое и справедливое решение, — досадливо нарушил минутное молчание мужик, тот, что справа. Они были на одно лицо, а точнее, маску и имели практически одинаковую конституцию.
— Да, в этой ситуации нам действительно нужно быть особенно осторожными и зрелыми. Мы должны помнить, что каждая жизнь ценна и у нас есть возможность сделать правильный выбор, — будто на одной волне поддержал своего собеседника левый здоровяк.
— Но у нас нет информации о том, кто этот человек, какую угрозу он может представлять или как он может нам помочь. Каковы наши альтернативы?
— Действительно, нам необходимо собрать как можно больше информации о пленнике. Необходимо провести некоторые допросы или расспросить других свидетелей. Это поможет нам лучше понять, кто он и какое будущее может его ждать, — спокойным голосом ответил левый собеседник.
— А что, если мы обнаружим, что он является угрозой для нашей безопасности или безопасности других людей? Нам придётся предпринять соответствующие меры, верно?
— Вы правы, если станет ясно, что он представляет угрозу, мы должны принять необходимые меры для защиты других. Однако даже в такой ситуации мы должны следовать принципам справедливости и человечности, — серьёзно призадумался амбал.
— Но что, если он просто оказался не в той среде или сделал ошибку? Неужели не стоит дать ему второй шанс? К тому же нет прямого распоряжения относительно того, что нам с ним делать. — Он призадумался. — Надо менять профессию.
— Мы не должны забывать о человеческом факторе и о возможности реабилитации. Если пленный проявит искреннее раскаяние и готовность измениться, мы можем помочь ему вернуться на правильный путь, — с надеждой произнёс левый мужик и посмотрел на меня. Даже через узкие щели в маске видел его взгляд. В нём не было злобы. Только спокойствие.
— Таким образом, наше решение должно быть основано на балансе между защитой общества и возможностью реабилитации пленного человека. Мы должны заботиться о его безопасности и одновременно дать ему шанс на возвращение в нормальную жизнь, — с оптимизмом предложил своё решение собеседник.
— Именно так. Когда принимаем решение относительно пленного, мы несём ответственность за его будущее. Давайте делать это обдуманно и справедливо, помня, что все мы можем ошибаться и заслуживаем возможности начать с чистого листа. Жаль, что наш шеф так не считает. Жаль. — Амбал подошёл ко мне и дал отпить из фляги с водой. После вернул кляп обратно в рот.
После недолгого разговора двух незнакомцев, они решили оставить меня в одиночестве в комнате, ожидая прихода некоего шефа. Я не мог не заметить, насколько это показалось мне странным. Ведь они привезли меня сюда для пыток и даже повредили мне ногу, но все же обсуждали моё благополучие. Что же это могло значить?
 
Я сидел в тишине, пытаясь проанализировать происходящее. Возможно, они хотели меня запутать или выяснить, насколько я могу быть полезным для них. Мои мысли кружились вокруг разных возможностей, и я понял, что нужно быть бдительным и не давать себя обмануть.
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошёл высокий мужчина в форме. Он казался строгим и авторитетным. Очевидно, это был шеф, о котором они упоминали. Он бросил на меня быстрый взгляд, а затем обратился к незнакомцам, которые меня привели.
— Как прошла встреча? — спросил он на русском языке с ноткой нетерпения в голосе.
— Все идёт по плану, сэр, — ответил один из них. — Мы провели необходимые процедуры и готовы продолжить.
Мне стало ясно, что они обсуждали мою судьбу и возможные дальнейшие действия. Шеф внимательно осмотрел меня и выразил свои мысли:
— Нам понадобится ещё некоторое время, чтобы получить все необходимые данные. Ваше сотрудничество будет весьма ценным для нас. Не волнуйтесь, мы позаботимся о вашем благополучии.
Мои опасения не исчезли, но я понял, что сейчас не время для паники. Мне нужно было сохранять хладнокровие и наблюдать за каждым их шагом. Кто знает, что они задумали и какие планы у них на меня? Оставшись наедине с шефом, я задумался о возможных способах выйти из этой ситуации. Может быть, я смогу найти какую-то слабость в их планах или даже обратить их против себя. Все, что мне оставалось, — это надеяться на удачу и использовать каждую возможность, чтобы освободиться из их когтей.
В комнату вошёл тот самый ящеролюд. Тогда я его не смог рассмотреть из-за шокового состояния и усталости. Теперь этот красавец был перед моим взором полностью. По сравнению с шефом он был высок. Приблизительно два метра. Телосложение как у человека, а вот голова, хвост и кожа принадлежали ящерице. Одежда у него имелась, причём, как ни странно, это был смокинг. Приблизительно так я их и представлял.
— Он ещё живой? — прошипел рептилоид.
— Он мой пленник, — приказным тоном ответил шеф. — Мне нет смысла его убивать. И за что его лишать жизни? Как я помню, глава клана запретил мегаполису любые убийства в течение этого месяца.
— Он использовал магию, — гибрид подошёл ко мне и пристально посмотрел. — Использование магии незарегистрированным гражданам запрещено в любое время и при любых раскладах. Исход один. Смерть.
— И ещё он убил четверых людей, включая владельца моей кухни. В данный момент для меня не имеет значения, использовал ли он магию или нет. — Он повернулся ко мне и внимательно посмотрел. — Раз убивать нельзя в течение месяца… — Он замолчал. — Это же не означает, что нельзя его мучить и испытывать на нём разные способы пыток?
— Нет, — одобрительно ответил ящеролюд. — А если он сбежит? Всё-таки обладает магией…
— Прожёг моего владельца заведения в одну секунду, — громко цыкнул шеф, не обращая внимания на вопрос собеседника. — Откуда у деревенского паренька такая сильная магия? Даже твоя не способна прожечь органику, Люциус.
— Сконцентрированная энергия в одну точку на короткое расстояние, — призадумался рептилоид. — Тут, скорее всего, сыграл адреналин в крови. Такое можно сделать, но последствия будут тяжёлыми…
— У него даже ожогов на руках не осталось. Какие последствия? Хотя тут проще спросить у него. — Шеф подошёл ко мне и вытащил кляп изо рта. — Добрый человек, как вы смогли использовать магию?
— Вы хотите меня долгое время пытать, а после убить. — Я сглотнул ком в горле. — И я должен ответить вам, откуда у меня такая магия? Пошли вы в баню! — Не стал материться. Вдруг тут они не знают про русский мат, хоть и общаются на столь знакомом мне языке.
— В баню? — с интересом спросил Люциус. — Знать бы, что это такое. — Ящеролюд подошёл ко мне ближе. Дотронулся холодными пальцами до лица. Провёл рукой. — Деревенский парнишка внезапно под действием сильного стресса открыл в себе магию. Редкость, но только это не означает, что такого не может быть. Допускается. Сколько у тебя классов образования?