Путь к свободе (СИ)

Стараясь не шуметь, я быстрым шагом дошел до нужной смотровой щели и заглянул в зал.
Надо же, какая пунктуальность — до назначенного времени целых семь минут, а все пятеро лордов уже на местах. Неужто прибытие делегации столь сильно встряхнуло это сонное царство?
Та-ак… Лицом ко мне во главе стола сидит лорд Эдмон Неал, по совместительству мой отец, о чем мы оба жалеем. Он молчит, взгляд темно-зеленых глаз перебегает с одного советника на другого, смотрит словно сквозь них и лишь со стороны заметно, что прямая спина с плечами назад не демонстрирует уверенность, а выдает беспокойство. Вопрос только один — не напускное ли это?
Справа от лорда Эдмона на самом краюшке кресла устроился лорд Терен Амрас Сагард, стройный светловолосый мужчина лет пятидесяти (для мага его уровня это едва ли четверть от срока жизни) в серо-синей форме генерала армии. И хотя лорд исправно держал щиты от чтения мыслей, сам он оставался открытой книгой. Сидит на краю, торс повернут слегка к двери, шея втянута в плечи… Вот-вот вскочит и умчится из зала, сверкая пятками. Жаль, щиты мне не пробить, на это способен разве что отец или худощавый лорд в белой мантии слева от него.
Сильнейший маг-менталист империи лорд Геллар Тебрин Иамис по слухам претендовал на место Главы совета, поэтому к моему отцу, получившему эту должность благодаря выгодному браку, испытывал нескрываемое презрение. Что, впрочем, не мешало им вполне сносно общаться. Лорд Геллар читал книгу в светлом переплете с золотыми буквами, которыми отличалась храмовая литература, однако принцип ментальной магии «всё не то, чем кажется» слышал каждый и о чем книжонка на самом деле знал только сам лорд.
За два пустых кресла от него молодой мужчина в черном костюме с самым невозмутимым видом пытался разрезать мелкое желтое яблоко ножом для вскрытия писем. Лорд Бертран Фор’уд попал в совет так же, как и мой отец, но быстро снискал себе славу невероятно упрямого человека и немногие могли терпеть его. Я же относился к лорду гораздо терпимее, даже несмотря на темную историю, связанную с его женитьбой.
Дальше всех сидел ещё один претендент на место отца — лорд Винсен Эвен Араэл, черноволосый мужчина средних лет в дорогом белом костюме. Советник не скрывал раздражения, барабаня пальцами по столу. К сожалению, этикет запрещал говорить на подобных собраниях раньше Главы совета, поэтому бедному лорду ничего иного не оставалось как злиться про себя и буравить взглядом лорда Неала, желая явно вернуть того с небес на землю.
Наконец лорд Эдмон вздрогнул, огляделся и тихо кашлянул:
— Вижу, все собрались. Отлично. Её императорское величество себя плохо чувствует, поэтому простим леди отсутствие и перейдем к делу.
Отец смотрел на пустое кресло долю мгновения, затем отвернулся и кратко перечислил вопросы, которые заставили его собрать совет столь поспешно и не в привычное для заседаний время.
Лорд Неал главным поводом для беспокойства считал вовсе не вампиров, которых он собирался скинуть на императрицу (мол, к ней визит, пусть она и разбирается), а слухи о принцессе. Советники тут же зашевелились, а лорды Иамис и Араэл дружно заявили, что это их люди видели принцессу, что они точно не врут и не ошибаются.
Вот даже как? Я приник к глазку, стремясь разглядеть выражения лиц советников. Однако оба будто по команде закрылись непроницаемыми масками и смотрели на отца одинаково спокойно.
— Ну вернется девчонка и вернется, — протянул лорд Фор’уд и небрежно обтер ладонь о белоснежную рубашку, — Вам-то что?
— Принцесса не готова править. Её императорское величество, конечно, обрадуется возвращению дочери, — сказал лорд Иамис, выдержал прямой взгляд Главы совета и продолжил, — И может попробовать передать ей трон, благо это можно сделать, не дожидаясь совершеннолетия.
— Замуж выдать? А разве помолвка уже была?
Правильный вопрос. Хоть что-то мои предки с умом сделали — по закону дворяне сначала обязаны заключить помолвку на пять лет, для «проверки чувств», как говорится. Правда, есть две ситуации, позволяющие отменить помолвку: если пара образуется после турнира, на котором маги из простолюдинов борются за главный приз — возможность войти в род дворян, женившись на наследнице рода, и если леди на момент заключения помолвки находится в положении. В обеих ситуациях закон разрешает брак буквально в тот же день. Остальным надо ждать.
 
— Была помолвка. И срок прошел, — ответил лорд и поморщился, — Если её величество выдаст дочь замуж, Креит получит нового императора, который, по мнению многих, слишком юн и вряд ли справится с управлением империей.
Я фыркнул. Будто вы справитесь лучше! То-то мне постоянно приходят жалобы на произвол городских властей, которые для жителей хуже вампиров, на невозможность безопасно ездить по империи — всё это от идеального порядка, не иначе.
— Мы можем признать её неспособной править.
Или просто убить. Выследить, подослать наемников и прирезать, а труп закопать где-нибудь возле леса. Императрице скажут, что не уследили, не успели подхватить под руки и привести во дворец.
Они и не пытались. Слухам уже месяц, а советники даже не чешутся. Нет бы узнать действительно ли девушка — выжившая принцесса и если это так, то помочь ей добраться домой.
Немногие знают, что у трона Креита три наследника. Родная сестра погибшего Императора леди Сильвана Адела Неал, глава рода Неал и по совместительству моя мать, а также младшая дочь Императора, пропавшая много лет назад принцесса Алианора Аделис Креасс и я, Лориан Аэрэлисс Неал, племянник Императора.
И если леди Неал защищает закон, который запрещает ей править (он запрещает править родным сестрам и братьям коронованного правителя, возвращая это право только их детям), то нас двоих не защищает ничего. А зная моих родителей на помощь можно не рассчитывать.
Я встал, отряхнул от пыли рубашку и поспешил в кабинет. Услышал я достаточно. Они не искали её, чтобы вернуть (уж об этом я узнал бы сразу). Возможно, кто-то уже отправил наемников.
По закону трон, оставшийся без наследников, переходит «достойнейшему» из совета лордов. А мирным путем самого достойного советники при всем своем уме не определят.
Я вихрем промчался по комнате, на бегу закрывая потайной ход и подхватывая с кресла плащ. Некогда наряжаться, надо скорее рассказать Её Величеству…
А что рассказать? Конечно, она поверит мне на слово, однако прежде чем обвинять советников в покушении на жизнь принцессы нужно для начала найти виновного. Не все же замешаны, в самом деле.
Нет, о планах совета не буду сообщать. Незачем волновать её величество, раз ей нездоровится.
К покоям императрицы пришлось добираться потайными ходами. Я не собирался таиться, просто мне нужно было время чтобы всё обдумать и принять решение.
По привычке постучав и дождавшись ответа, я зашел в комнату.
Её императорское величество леди Хелена Эвелин Креасс сидела на краю огромной кровати, сгорбившись, и терла длинными тонкими пальцами виски. Заметив меня, леди улыбнулась, кивнула на кресло и сказала:
— Надеюсь, хорошие новости у тебя есть. Расскажешь?
Я молчал и разглядывал её, словно видел впервые.
Пустые серые глаза смотрели прямо, русые волосы собраны в короткую растрепанную косу, пряди обрамляли худое лицо с и по сей день остававшимися миловидными чертами. Пудра не скрывала морщин, строгое темное платье только подчеркивало возраст, аура в алых всполохах яснее внешности говорила о букете проблем со здоровьем.
Она всегда была такой. Бледной тенью ходила по дворцу, избегала балов, почти не интересовалась своими обязанностями правителя, ночами пила успокоительное и всё равно не спала, мучаясь от бессонницы или от постоянных кошмаров.
Для женщины в одночасье потерявшей мужа и четверых детей она прекрасно держалась. С того дня прошло семнадцать лет и, хотя леди более-менее смирилась с потерей, она до сих пор надеялась на возвращение младшей дочери, которую считала живой. О трагедии я знал в общих чертах, поэтому понять почему вампиры убили всех, а принцессу Алианору не тронули, не мог. Леди Хелена даже мне не рассказала что же произошло в тот день.